Русско-шведская война 1656–1658 гг. и военное строительство в России

И условиях затянувшейся войны с Речью Посполитой и официально не завершенном войны со Швецией против России выступил крымский хан, отказывавшийся признавать воссоединение под скипетром Алексея Михайловича «всея Великия, и Малыя, и Белыя Росии» и поддерживавший любые попытки пропольски и протурецки ориентированной украинской казачьей старшины отложиться от Москвы. В силу этих обстоятельств к началу 1660-х гг. русское правительство было вынуждено окончательно отказаться от «стратегии сокрушения». Начало осознания царем и его ближайшим окружением непосильности для России подобной стратегии мы относим к неудаче Алексея Михайловича под Ригой в 1656 г. Государство оказалось в «дуге» войны практически по всему периметру своих протяженных границ. С конца 1656 г. неудача под Ригой, эпидемия в стране, сложная военно-политическая ситуация, в котором оказалось государство, потребовав от правительства усиления армии. Великий государь и русская элита в целом понимали, что радикальное усиление армии возможно лишь на путях строительства и реформирования войск иноземного строя. В мероприятиях русского правительства меры количественного увеличения военной мощи государства сочетались с попытками улучшить качественные показатели русской армии. Период 1657–1661 гг., обозначенный несколькими тяжелыми военными поражениями, стал для России временем наибольшего напряжения всех сил страны и мобилизации всех ее возможностей. Мероприятия по усилению и реформированию вооруженных сил за названный период во многом предопределили последующее военное строительство в России армии нового строя.

Начало процесса формирования в России армии новой модели относится к 1630-м гг., когда при Михаиле Федоровиче во время подготовки  к Смоленской войне (1632-1634) были созданы первые полки иноземного строя¹. После окончания войны правительство ежегодно призывает на смотры служилых людей рейтарского, драгунского и солдатского строя и использует их при организации охраны и обороны степной границы, а через несколько лет для тех же целей возобновляет практику комплектования полков². На основе системы поселенных войск формируются новые солдатские и драгунские полки, в гарнизонах новых городов появляются группы служилых людей иноземного строя.

С восшествием на престол Алексея Михайловича в России в целом интенсифицируется военное строительство. Большое внимание уделяется количественному увеличению воинских частей армии новой модели и служилых людей солдатского, драгунского и рейтарского строев³. Особенно бурно процесс военного строительства пошел при подготовке к войне с Польшей за Украину. Служилые иноземцы, выехавшие в Россию «на вечную службу» и нанятые по контракту, не могли обеспечить потребностей новой русской армии в начальных людях. Перед правительством встала задача подготовки командного корпуса из русских людей. Главным образом для этой цели в Москве был сформирован фактически учебный двухтысячный рейтарский полк под командованием полковника Исака фан-Буковена. Укомплектован полк был дворянами и детьми боярскими, которые проходили обучение как конному, так и пешему ратному строю. После прохождения обучения в этом полку служилые люди сами направлялись для подготовки солдат и драгун уже в качестве начальных людей. Голландец Исак фан-Буковен вместе с другими полковниками (Александром Лесли, Александром Крафертом, Яганом Бутлсром) участвовал в «освидетельствованиях» профессионального уровня принимаемых на службу иноземных начальных людей, разрабатывал своеобразные тесты для Иноземского и Рейтарского приказов по проверке профессиональных навыков начальных людей, урядников и рядовых⁴. В результате всех этих мероприятий в конце 1640 — начале 1650-х гг. была фактически создана регулярная армия нового строя, «и устав воинский издан был»⁵.

Начальная фаза войны за Украину показала, что уроки поражения в Смоленской войне не прошли для России бесследно: ее войска, основой которых стали полки нового строя, быстро заняли значительную территорию, сокрушая на своем пути любое сопротивление противника. Подготовленность России к войне, мобилизационные возможности самодержавия как внутренние факторы, с одной стороны, а с другой — внешние факторы: переход под руку Великого государя Украины, глубокий социальный кризис в Литве и неподготовленность к войне самого Польского королевства — обеспечили блистательный успех только что реформированной русской армии. Все это создало предпосылки для объединения под властью единственного православного царя, видевшего себя новым царем Константином Великим, наследия равноапостольного великого князя Владимира Святого — державы дома Рюрика.

Победоносное шествие русской армии остановил только шведский «потоп». Не желая полного крушения Польского государства и тем самым усиления соседней Швеции, правительство Алексея Михайловича приостановило военные действия и заключило перемирие с польским королем Яном Казимиром⁶. Но, не довольствуясь этим, правительство России пошло на явную авантюру. Наиболее радикальные западники в окружении паря во главе со всепрощаемым царским любимцем А.Л.Ординым-Нащокиным убедили Алексея Михайловича начать войну со Швецией, не завершив Польской войны и находясь в состоянии перманентной войны на крымском направлении.

А.Л.Ордин-Нащокин, возглавлявший при дворе Алексея Михайловича польскую партию, упорно стремился к заключению мира и союза с Речью Посполитой даже ценой потери всех присоединившихся и почти всех отвоеванных у польского короля земель, прельщаясь более чем сомнительными проектами русско-польского сближения. С другой стороны, польская партия при дворе требовала немедленной войны до победного конца со Швецией, с которой Россию, несмотря на тяжелые условия Столбовского мирного договора, в тот исторический момент не разделяло ни одно достаточно острое противоречие. В правление Михаила Федоровича Швеция являлась наиболее последовательным естественным союзником и партнером России⁷.

Со времен Густава II Адольфа Швеция обладала первоклассными вооруженными силами, основу которых составляли регулярные части постоянного состава. Это была наиболее эффективная европейская армия, доказавшая свои высокие профессиональные качества в войнах с самым различным, чаще всего превосходящим по численности, противником. Несмотря на это русской армии удалось нанести поражение шведам в Прибалтике и занять значительную часть Эстляндии и Лифляндии⁸. Первой крупной неудачей новой армии Алексея Михайловича стала осада Риги. Морская крепость оказалась «не по зубам» сухопутной царской армии.

После этой явной неудачи царь и его окружение начинают более рационально и прагматично оценивать положение, в котором оказалась Россия. Смятие 5 октября 1656 г. Алексеем Михайловичем осады Риги означало признание провала попытки русского правительства решить проблему русско-шведской войны в Ливонии одним решительным массированным ударом. Хотя армия Алексея Михайловича в шведской кампании 1656 г. показала достаточно высокий уровень боеспособности, однако обстоятельства требовали от царя обратить повышенное внимание на строительство вооруженных сил. Во-первых, следовало восполнить боевые и небоевые потери личного состава армии, что в условиях прокатившейся по России эпидемии моровой язвы (бубонной чумы) было непросто. Однако этого было явно недостаточно.

Угроза повторения ситуации Ливонской войны представлялась вполне реальном: не завершилась воина с еще сильной Польшей, уже началась воина со Швецией, шла перманентная воина на протяженных степных границах, сохранялись неустойчивая позиция украинской старшины и угроза нашествия крымского хана. Зимой 1656/57 гг. русское правительство не могло быть уверенным даже в том, па каком направлении и против кого из противников могут развернуться боевые действия летом 1657 г. В то же время безуспешность рижской осады и столкновение со шведскими войсками неизбежно должны были внести свои коррективы в строительство и реформирование русской армии, в первую очередь, войск нового строя.

Угроза возобновления войны со Швецией воспринималась в правительственных кругах России как вполне реальная практически вплоть до заключения Кардисского мирного договора 21 июня (1 июля) 1661 г.⁹ Шведская кампания 1656 г. и опасность новой войны со Швецией оказывали влияние на меры, предпринимаемые царем и его ближайшим окружением в области военного строительства с конца 1656 до 1661 г. Шаги правительства России за указанный период отнюдь не представляли какой-либо целостной военной реформы, проводящийся по единому согласованному плану. Однако значимость некоторых из этих мероприятий для процесса формирования в России армии новой модели, а также практически полное игнорирование историографией этого этапа реформирования вооруженных сил России заставляют обратить на них самое пристальное внимание. Это меры, которые предпринимались во многом под впечатлением кампании 1656 г. и под угрозой нового столкновения с одной из самых совершенных военных машин Европы.

Сразу после возвращения царя из Рижского похода в конце 1656 г. и па протяжении последующих нескольких лет правительство разворачивает целый комплекс мероприятий, но увеличению и усилению армии. Объявляются новые массовые наборы даточных людей, пополняются уже существующие и набираются новые полки иноземного строя, прибираются новые приказы московских стрельцов. По возвращении из-под Риги Алексей Михайлович пополняет московских стрельцов. Приказ Государевых Тайных дел направляет указ судье Иноземского и Рейтарского приказов царскому тестю И. Д. Милославскому о сформировании в Москве 3 рейтарских (1 — 1300 чел., 2 — по 700 чел.), 6 драгунских (по 1200 чел.) и 4 солдатских (1 — 1600 чел., 3 — по 1500 чел.) полков¹⁰. В течение 1657 г. по Государеву указу в Пскове князь И. А. Хованский формирует 3 новых солдатских полка¹¹. Эти мероприятия в большинстве своем протекали в рамках уже существующих форм и методов организации войск старого и нового строя, но именно после шведской кампании в государственной политике формирования вооруженных сил России появляются и принципиально новые черты.

В первую очередь речь идет о московских выборных полках солдатского строя, сформированных не в 1642 г., как можно прочесть у Х.О.Р.Брикса¹², II.О.Бобровского¹³ и М.Д.Рабиновича¹⁴ в течение периода с декабря 1656 по лето 1658 г.¹⁵ Впервые 7165 (1656/57) г. как дату начала образования выборных полков указал еще А. В. Чернов в своей диссертационной работе¹⁶. Детально исследовать начальный период истории выборных солдатских полков позволили, прежде всего, полковой архив Первого выборного полка, сохранившийся за первые 15 лет его существования, а также неплохо сохранившиеся архивы приказов, «ведавших» выборные полки: Устюжской чети, Приказа Тайных дел и Конюшенного, существенно дополняемые материалами архивов государственных учреждений, участвовавших в управлении, комплектовании и обеспечении выборных полков¹⁷.

Связь образования выборных солдатских полков с возвращением из Рижского похода Алексея Михайловича отмечал еще А. В. Чернов. Но с его мнением относительно причин «внутреннего» характера, вызвавших формирование московских выборных полков солдатского строя, нельзя согласиться¹⁸. Потери московских стрельцов от моровой язвы и войны, а также разгул преступности, к которым апеллировал историк, не могли служить побудительным мотивом для создания выборных солдатских полков. Приказы московских стрельцов все равно пополнили новоприборными стрельцами, и количество приказов с созданием выборных полков отнюдь не сократилось. Стрельцы обходились казне дешевле, чем полки нового строя, а по надежности московская стрелецкая стража безусловно превосходила солдат и драгун. Московские стрельцы, а не выборные солдаты, выполняли фактически жандармские и полицейские функции в Москве и в армии. Примечательно, что уже с первых десятилетий существования войск нового строя время от времени в документах встречаются упоминания о трениях и столкновениях между стрельцами и солдатами, что, на наш взгляд, связано с этими их функциями. Для борьбы с разбойниками и грабителями создают и реформируют полицию, но не регулярную армию.

Позиция А. В. Чернова общественном военном значении выборных полков, изложенная им в диссертации, также не выдерживает критики. Московские выборные полки солдатского строя с момента своего создания прошли дорогами всех войн, которые вела Россия в XVII в. Мы отдаем должное заслугам Чернова в изучении истории русского войска XVII в., однако его мнение относительно причин образования выборных солдатских полков представляется предвзятым и недостаточно обоснованным. Для выяснения причин и последствий образования именно в этот исторический момент (1656-1658) московских выборных полков солдатского строя принципиально важным становится определение их характера как первых регулярных полков постоянного состава русской армии новой модели¹⁹. Необходимо, во-первых, отметить хронологическое воспоследование образования выборных полков столкновению со шведской армией. Во-вторых, эти полки необходимо сопоставить с уже существовавшими к тому времени в России рейтарскими, драгунскими и солдатскими полками нового строя, выделив общее и различное между выборными и так называемыми «немецкими» полками нового строя.

Внешне наиболее явным отличием выборных полков была их «русскость», диссонирующая с иноземным по преимуществу командным составом иных солдатских, драгунских и рейтарских полков. Наиболее рациональным выглядит объяснение этой черты не традиционным недоверием к иноземцам в России вообще, а именно в контексте русско-шведской войны. Дело в том, что под Ригой из армии Алексея Михайловича бежали, как минимум, два иноземца — начальных человека: капитан Давид из Силезии и капитан-поручик Клаус Мюллер из Лифляндии²⁰. Сам по себе эпизод этот был незначительным, однако в армии Алексея Михайловича подобное случилось впервые. Происшествие не могло не пробудить в правительстве воспоминаний о событии времен Смоленской воины — тогда значительная часть наемных иноземцев из полков нового строя армии М. Б. Шеина перешла на службу к противнику.

При такой трактовке причин создания полков нового строя с русским командным составом весьма логичным выглядит присутствие в Первом выборном полку целой желдацкой роты и в обоих выборных полках — польско-литовских сиповщиков. Даже то, что командовал желдацкой ротой желдацкий же прапорщик, не могло изменить общего русского характера выборного полка, возглавляемого русским командным составом. Хотя формирование в составе Государева выборного полка желдацкой роты, возможно, в большей степени отразило претензии Алексея Михайловича на польский трон.

Появляются новшества в обеспечении и обучении войск. В Москве активно продолжаются испытания и обучение пушкарей стрельбе гранатами, а солдат начинают обучать метанию ручных гранат²¹. Налаживается массовое производство данного оружия, которым именно с этого времени начинают интенсивно оснащать войска²². В тот же период известные и ранее легкие переносные полевые заграждения от атак конницы в виде полупик, используемых по шведскому образцу («надолбы»), или типа испанских рогаток, становятся обязательными для русской пехоты, этого неизменно требует сам Алексей Михайлович от своих воевод. По-прежнему в солдатские полки выдаются пикинерские пики — «копья долгие списы», но отказываются от обеспечения солдатских (и драгунских) полков пехотными (пикинерскими) латами, хотя использование оных по остаточному принципу, по-видимому, еще продолжает иметь место. За рассматриваемый период заметно сокращается использование в войсках европейских шпаг — как закупленных на Западе, так и произведенных в России, зато утраченные было позиции завоевывает бердыш, вновь становясь любимым холодным (оборонительным) оружием русской пехоты старого и нового строя.

Новой чертой в наборах даточных стали масштабы этих мероприятий, приближающиеся к тотальной мобилизации населения страны. Для этой цели приказу Тайных дел потребовалась информация всех прежних наборах даточных, начиная с 162 (1653/54) г., и последующей судьбе собранных людей; в частности, Иноземский приказ должен был предоставить сведения о приборе даточных в солдатский строй²³. Приборы людей организуются в зависимости от населенности и доходности конкретной земли с 4-х, 3-х и даже с 1 двора по 1 человеку²⁴. За рассматриваемый период известен случай попытки правительства перейти от системы подворного призыва к подушному. При наборе в Устюжском уезде в январе 1660 г. взамен отпускных 300 новоприборных солдат по грамоте из приказа Тайных дел от двора с 2-3 взрослыми мужчинами призывался на царскую пехотную службу один, если же в одном дворе проживало 5 и более взрослых мужчин, такой двор должен был поставить в царскую армию двух мужчин: «от семей пятерых — по два человека, а от трех — по человеку»²⁵. Однако первый опыт такого перехода себя не оправдал, поскольку со всей местности ни один двор не дал в армию более одного мужчины, предоставив Москве весомые аргументы, подтвержденные и поддержанные как местной общиной, так и местной администрацией²⁶. Для повышения ответственности и уменьшения среди даточных, а также в целом среди солдат и драгун «нетства» и дезертирства все активнее используется институт поручительства.

Акции правительства по восстановлению, реформированию и усилению войска теснейшим образом связаны с внешнеторговой и внешнеполитической активностью России в этот период. Личная канцелярия Алексея Михайловича — приказ Государевых Тайных дел — ведал деятельностью царских «камисариюсов» из принятых на русскую службу иноземцев. Комиссариусы по наказам приказа Тайных дел, в частности, нанимали военных и иных специалистов, закупали вооружение, порох, свинец и прочие стратегические материалы, литературу по военному делу, собирали информацию о войнах, военных действиях и военно-политической ситуации в Европе²⁷.

Интенсивность, перечень и объем заказов демонстрируют активность и масштабность вооружения армии новейшим оружием, уровень потребности в военных припасах, востребованность ратных людей и мастеров военного дела, номенклатуру их специальностей, потребность и востребованность военных знаний теоретического, правового и методического характера, актуальность информации о военно-политической ситуации в конкретных европейских странах и в Европе в целом, заинтересованность русского правительства в освещении европейской прессой известии о России в благоприятном для нее свете. Через приказ Тайных дел именно в этот период предпринимались попытки нанять в Европе целые полки.

Главная проблема комиссариусов как закупщиков стратегических товаров и вербовщиков в этот период заключалась в афере русского правительства с медными деньгами, которые отказывались принимать в Европе. Вербуемые начальные люди и различные специалисты требовали оплаты своих услуг серебром и письменных гарантий этого царскими грамотами. Однако появление в составе русских войск, получавших жалованье медными деньгами, отдельных европейских наемников или целых частей, оплачиваемых серебром, неизбежно должно было взорвать ситуацию в армии и грозило окончательным крушением медного рубля даже внутри страны, а следом за ним и обрушением всей финансовой системы государства. В то же время потребность в притоке из Европы военных специалистов заставляла Алексея Михайловича, его советников, Боярскую думу искать пути преодоления данной проблемы. В этих условиях представляют интерес попытки русского правительства и царских комиссариусов найти компромиссное решение проблемы государева жалованья.

Найм в Европе отдельных начальных людей протекал достаточно успешно, преодолевая осложнения, вызванные аферой с медными деньгами. Даже в этой ситуации для многих иноземных начальных людей условия службы в России представлялись вполне приемлемыми. Найм начальных людей облегчался военной эмиграцией из Англии после поражения и казни Карла I Стюарта вплоть до смерти О.Кромвеля и последующего вступления на престол Карла II. Так, в 167 (1658/59) г. И.Гебдон нанял в Амстердаме роялиста — шотландского подполковника Владимира Хвитфорда, обещав ему производство в полковники. Хвитфорд после целого ряда приключений добрался до Москвы сухим путем, привезя отписки И.Гебдона и представив патент от короля в изгнании «Карлуса Карлусовича» — «свидетельствованные листы за печатью аглинского короля» о том, что 20 лет «служил он отцу иво и ему». Эти документы названный Хвитфорд сумел сохранить, побывав по дороге в плену у литовских шишей и у людей Гансевского. Сказался 25-летний опыт ветерана, прослужившего в подполковниках 10 лет и после поражения и казни Карла I вынужденного покинуть Англию. За спиной этого служаки были армии «галанского князя», «цесаря», французского и испанского королей²⁸. 29 июня 1660 г. к Архангельской пристани прибыла семья уже получившего к тому времени полковничий чин В.Хвитфорта — жена, два сына и дочь²⁹. В том же году сюда прибыли нанятые И.Гебдоном подполковники Томас Шел и Томас Бойд с братом, капитаном Робортом Бойдом, «ружейного двора стройщик» Каспер Колтов, печатной резец Франс Фан-Сувербек и некоторые другие мастера³⁰. Вместе с этой группой начальных людей приплыл рейтарский полковник русской армии Рыцор (Ричард) Палмер, выехавший из польского плена в Голландию и 12 июня 1660 г. в Амстердаме разыскавший русского комиссариуса, которому «бил челом» об отправке его в Россию³¹. До своего отбытия на корабле к Архангельской пристани он успел завербовать в русскую службу 16 офицеров в Англии, а вместе с «резидентом» И.Гебдоном сформировал полный командный состав рейтарского полка: подполковник, майор, 9 ротмистров, 8 поручиков, 8 прапорщиков и 2 капралов³². За штатом полка Р.Палмера записались в русскую службу подполковники Яков Диконе, Иван Купер и прапорщик Иван Джонс.

Гораздо больше трудностей возникало при попытке нанять целые полки или «регименты», под которыми в России подразумевались объединения из нескольких полков под командованием генерала. В 1658 г. комиссариус Алексея Михайловича Иван Гебдон вел в «Брыселе в Барабанской земле» переговоры с генералом Шарлусом Ергартом (Карлусом Жерадом (Герардом)) из окружения английского короля «Карлуса Карлусовича» (Карла II Стюарта, короля в изгнании) о поступлении генерала на русскую службу и найма им трех полков по 1000 чел., двух рейтарских и одного солдатского, — а к ним инженеров, огнестрельных мастеров, пушкарей, подкопщиков и «всяких мастеровых и учоных людей, которые ко всякой службе будут годны»³³. Документ аккуратно сообщает перевод на русский язык и русские параллели полного титула нанимаемой персоны: «Шарлус господин Ергарт вольной господин барун Брандонский бывшей губернатор Оксфортскои и Брыльской, и в Букинямском уезде порутчик, генерал над всею конницею аглинскою, генерал над девятьми землицами и капитан-генерал над всеми его величества прибочными людьми, а ныне Его Величества спальник и отец отчиства Аглинской земли». В отношении военных специалистов генерал, особенно подчеркивая свой авторитет, писал, что в случае его поступления на службу к Алексею Михайловичу «с собою привезет лутчих во всех цветах инженеров и огненых мастеров и начальных людей, таких ученых людей, какие в такую холодную страну отнюдь не пойдут, будет не для того что при таком славном генерале служить, а таких де ученых людей ныне везде добиваютца»³⁴.

В государевой грамоте, направленной И.Гебдону приказом Тайных дел, разъяснялось, почему «наемным ратным людям» не могут выплачивать жалованье серебром: «и только им давать серебряные деньги, то и во всех полкех по тому ж давать, — и от того в иных во всех чинех в Московском государстве будет смута большая — затем и учинить того невозможно»³⁵. Далее излагались выгоды русской службы, призванные, по мысли составителей грамоты, компенсировать отказ платить жалованье полноценными деньгами: «а товары съестные ценою заморсково в полы и гораздо меньши; и они б (вербуемые. — А.М.) в даче медных денег опасенья никакова не имели».

Однако попытки нанять в Европе войска и специалистов на медные деньги не могли увенчать успехом никакие доводы. Сами эти попытки, как и первоначальное стремление переложить решение проблемы на комиссариусов, отражают неопытность и наивность государственных деятелей и приказной бюрократии, проводящих финансовую политику России. В России сама вероятность организации и проведения денежной реформы в виде авантюры с медными деньгами гарантировалась самодержавной системой власти, ее авторитетом и ее возможностями. Однако даже в России вовлеченность страны в мировую экономику, крупные кредитные операции русского правительства с европейскими коммерсантами и развитие внутри страны рыночных экономических отношений не позволило и этой авантюре просуществовать сколь-либо долго.

По договоренности с И.Гебдоном Шарлус Ергарт разработал и представил 1 декабря 1658 г. царскому комиссариусу договорные статьи к подносу и объявлению «великому и преславному государю» Алексею Михайловичу. Нанимаемым английским генералом статья об оплате жалованья полноценной серебряной монетой была включена в текст договора как непременное условие найма. В Москву сей договор, в 20 статьях заключающийся, был доставлен к 20 января 1659 г. и, судя по пометам на переводе, документ в целом был самодержцем одобрен³⁶. Согласно статье 2-й договора о найме Шарлуса Ергарта, английский генерал должен был привезти с собой в Россию полностью укомплектованные и обученные полки — два рейтарских и один солдатский. Приехать в Россию Шарлус Ергарт обязывался «с некоторыми выборными добрыми инжинерами и огненой стрельбы с мастерами с пушкарями и с подкопщиками и иными, которые достойны будут… к особной службе».

Пока шли переговоры и переписка между Москвой и Брюсселем, политическая обстановка в Англии после смерти О.Кромвеля (3 сентября 1658 г.) и отречения от власти его сына Ричарда стала стремительно меняться. Вместе с этим менялась и конъюнктура в среде английских эмигрантов-роялистов. Вскоре И.Гебдон отписал в Москву уже о «неудобстве» приглашения на русскую службу генерала Шарлуса Ергарта из-за его близости к английскому королю³⁷. Тем не менее уже в 1660 г. была проведена сметная оценка проекта найма 2 рейтарских и солдатского полков³⁸. Согласно смете на наем, генералу, начальным людям и рядовым на указанных три полка «кормовых денег и на подмогу» предстояло выплатить 67?096 руб. К этой сумме приплюсовывалась стоимость ружья и пороха на эти три полка, составившая 67?450 руб. Часть требуемой суммы планировали получить от продажи в Европе хлеба и икры.

С английским генералом Шарлусом после возвращения Карла II в Англию и реставрации монархии сложилась ситуация, неловкая для обеих сторон: ранее генерал, живя в эмиграции, хотел выехать служить в Россию, а ныне он у нового короля «в близости». Наконец, весной 1661 г. английский король «с бояры своими о том сидел и приговорили»: разрешить нанять для русской службы в Англии 3?000 рейтар и солдат, а если генерал Шарлус не захочет ехать в Россию, послать вместо него иного генерала — «князя» Вилима Келегры (Сервилима Килигру, Килигры, Келеграф)³⁹. С Келегры вновь начались переговоры об условиях найма. Генерал запросил месячное жалованье своим полкам в следующем размере¹⁰:

рейтарский полк				солдатский полк
полковник -	120 руб.			полковник -		100 руб.
подполковник -	100 руб.			подполковник -		80 руб.
майор -	80 руб.			майор -		60 руб.
капитан -	60 руб.			капитан -		24 руб.
поручик -	36 руб.			поручик -		20 руб.
корнет -	30 руб.			прапорщик -		16 руб.
квартермейстер -	20 руб.			квартермейстер -		8 руб.
капрал -	16 руб.			сержант -		4 руб.
трубач -	16 руб.			капрал -		3 руб. 6 алт. 4 ден.
рейтар -		7 руб.	барабанщик -		3 руб.
			солдат -		2 руб. 16 алт. 4 ден.

Самому себе В. Келегры запросил 4?000 руб. подъемных и 500 руб. месячных кормового жалованья, да «порутчику Генералову» — 2?400 руб. и 200 руб. соответственно, да «маеору Генералову» — 1?600 руб. на подъем и 160 руб. на месяц. Всякий рядовой солдат или рейтар должен был получить сверх жалованья по 8 руб. подъемных, да каждый нанятый под началом В.Келегры человек должен получить «провозу… с харчем до Архангельсово города» 10 руб. К этому генерал просил, чтобы все платежи ему с подчиненными производились серебряными деньгами в течение всего времени службы. Исполнение условий договора с российской стороны должны были гарантировать поручители в Англии.

Вне прямой зависимости от договора с самим генералом В.Келегры комиссариус И.Гебдон, исполняя поручение Приказа Тайных дел о найме трех вышеназванных полков, переслал со своим сыном, также Иваном, полный расчет их найма и доставки в Россию. Сведения о найме этих трех полков в Москву приходили прямо противоположные. С Двины воевода И.Милославский отписал, что 13 июня 1661 г. в съезжей избе иноземец Томас Мор сказал ему, что 5 апреля отписал к нему из Лондона Томас Давис, сообщивший, что И.Гебдон уже «приговорил» на русскую службу три полка во главе с генералом В. Келегры, и следует вскоре ожидать нанятое войско к Архангельской пристани⁴¹. Но 12 июля 1661 г. сын комиссариуса Иван Иванов сын Гебдон в своей сказке сообщил, что заказанные приказом Тайных дел полки до сих пор не набраны из-за отсутствия средств у его отца, поскольку выданный и присланный последнему товар не продан⁴². Свою сказку Гебдон подкрепил представленным расчетом⁴³:

статья расхода	сумма
Начальным людям и рядовым трех полков на кормовое жалованье и «на подмогу»:	67 096 руб.
Корабли для перевозки 3-х полков: 15 кораблей по 450 руб.	6 750 руб.
Итого:	73 846 руб.
На покупку лошадей рейтарам: 2000 лошадей по 20 руб. лошадь	40 000 руб.
На корм лошадям до отправки и в дороге: по 10 руб. на лошадь	20 000 руб.
Корабли для перевозки: 10 кораблей по 450 руб.	4 500 руб.
Итого на лошадей:	64 500 руб.
Всего на найм, покупку и доставку:	138 346 руб.44

И.Гебдон-младший сообщил также, что если его (по смыслу подразумевается — с деньгами), не мешкая, пошлют к отцу, то И.Гебдон- старший «учнет приговаривать» и успеет прислать три полка «на последних кораблях», а если на кораблях не успеет, то пришлет те полки сухопутным путем («горами») на Любек и Ригу, «потому, что со свей- ским королем ныне мирно».

В конце 1658 г. в Голландии через царского комиссариуса свои услуги Алексею Михайловичу предложил англичанин — генерал, «честнейший милорд» Джерад Род, «самой разумной человек, во всяком воинском деле навычной… знатен во всяких служывых статьях самой доброй и знательной служылый человек», служивший ранее в голландской, английской и французской армиях⁴⁵. А с собой Джерад Род, по словам И.Гебдона, может привезти начальных людей и солдат, да «таких прежимянованных мастеров и знатцов привезет, что лутчи их не будет». Комиссариус предложил Д. Роду подготовить свои условия контракта. Однако практика разработки и утверждения договорных статей настолько растягивалась по времени что одно ожидание ответа могло сорвать контракт. Особенно когда речь шла о признанных специалистах, подобных генералу Джераду, которому делались предложения со стороны Франции и Венеции⁴⁶.

В то же время при попытках найма на русскую службу полков и региментов комиссариусы сталкивались и с недобросовестностью некоторых высших воинских чинов, бравшихся за найм воинских частей.

Так, исполнявший поручение приказа Таиных дел амстердамский «гость» Марк Гоголяр (Де-Вогляр) с товарищами заключили договор о вступлении в русскую службу с крупным инженером, генералом Бартоломеусом Да-Креки, господином Де-Ля-Рошем⁴⁷, который, получив под подписанный договор задаток, сбежал от голландских вербовщиков Алексея Михайловича⁴⁸.

Зимой 1658/59 гг. в Голландии И.Гебдону было сделано неофициальное предложение найма для России 3-4 кораблей для войны со Швецией на море⁴⁹. Несмотря на свои «кораблестроительные мечты», Алексей Михайлович не прельстился очередной авантюрой.

Пыталось правительство нанять полки и через начальных людей, служащих в России, используя их связи. Так, в октябре 1660 г. к датскому полковнику на русской службе Микулаю Бовману (выехавшему в Россию в 1658 г.) писал из Гамбурга его соотечественник полковник Максимиллян Ранорац Фан-Бурк, предложивший выехать на службу в Россию вместе с полком. По этим вестям комиссариусу Великого государя следовало провести переговоры, предложив полковнику Фан-Бурку прибрать для русской службы 4 рейтарских и 4 солдатских полка⁵⁰. Любечскому купцу Ягану Фан-Горну, находящемуся на русской службе, поручалось подготовить соответствующие статьи договора с датским полковником. Тогда же к русскому правительству через подобное посредничество обратился австрийский полковник Вернер Дыхейка, которому было предложено нанять для царя 3 рейтарских и 2 солдатских полка⁵¹. Договор с ним поручалось подготовить все тому же любечскому гостю.

В июле 1661 г. на русско-шведских переговорах, когда вопрос о мирном договоре был уже решен, шведский посол Бенкт-Горн предложил России шведские наемные части, «которые готовлены были к войне, ныне без дела»: «И буде ратные люди царскому величеству, которые у королевского величества ныне есть, годны будут, и королевское величество для дружбы и любви в службу к царскому величесту отпускать их поволит»⁵². Согласно Государеву указу от 1 августа 1661 г., принимаемый на русскую службу шведский корпус предполагалось сохранить «особно» под командой А.Л.Ордина-Нащекина⁵³. К этому времени правительство России готово было оплатить услуги наемников и серебряными (если откажутся от медных) деньгами⁵⁴, «чтоб теми наемными ратными людьми неприятеля устрашить и потеснить»⁵⁵. В то же время правительство пыталось использовать и принятые в Европе способы экономии на войсках: «А будет за помощию Божею у неприятеля которые места застанут они войною, и им в тех местех имати себе всякие кормы чего иль и сверх уговору, как о том повелось в иноземных обычаех, чтоб их держать на чюжих хлебах, а не на своих»⁵⁶.

Все эти масштабные проекты найма европейских войск так проектами и остались. Ни одного цельнонаемного полка в Россию привезти не удалось. По мере углубления в России финансового кризиса в результате аферы с медными деньгами Россия на какое-то время быстро перестала быть привлекательной для службы иноземцев. Как объяснял царский комиссариус в отписке, полученной в приказе Таиных дел 20 ноября 1661 г., никто из служивых людей не едет в Россию служить на медные деньги, «для того, что писано от всех торговых иноземцов с Москвы про медные деньги»⁵⁷.

Хотя попытки найма европейских полков и закончились безрезультатно, масштабные амбициозные планы русского правительства нанять в Европе целую профессиональную армию говорят о стремлении добиться решительного перелома в войне с Речью Посполитой и скорейшим образом завершить воину на максимально выигрышных условиях. В то же время эти проекты показывают, что внутренние ресурсы страны были истощены. В начале 1660-х гг. Россия вынуждена была отказаться от «стратегии сокрушения». Своеобразным итогом рассматриваемого периода стали волнения в столице летом 1662 г., вошедшие в историю под названием «Медного бунта» и свидетельствовавшие о крайнем перенапряжении сил страны. Регулярные национальные войска постоянного состава Россия смогла себе позволить лишь в масштабе двух выборных солдатских полков. Их образование стало наиболее значимым событием в ходе строительства и реформирования русской армии этого периода. Представляется весьма вероятным, что национальный состав элитных солдатских полков, как и впервые примененный принцип постоянной службы выборных полков, были спроецированы со шведской армии, имевшей костяк из небольшого количества к тому времени уже национальных регулярных солдатских полков постоянного состава. Но, конечно, в данном случае речь не может идти о буквальном копировании шведской или какой-либо иной системы. Данное предположение апеллирует, во-первых, к горячему интересу, который проявляет русское правительство к любой информации о вооруженных силах западных государств, а во-вторых, к открытому боевому столкновению армий двух государств, по горячим следам которого формируются выборные полки.

ПРИЛОЖЕНИЕ

1659 г. — Перевод проекта договора, присланного из Брюсселя комиссариусом Иваном Геб доном, о найме на русскую службу английского генерала Шарлуса Ергарта с тремя полками, с постатейными записями решений Алексея Михайловича по запросам генерала.

(Л. 282.), (Л.283.), (Л. 283 об.)

Статьи нововыезжева генерала ашинского и под ними Государевы указы 167-го году, что прислал камисариюс Иван Гебдан*

В переводе розные статьи поднесены и объявлены великому и преславному государю Божиею милостию царю и великому князю Алексею Михайловичу всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержцу и многим государствам и землям восточным и западным и северным отчичу и дедичю и наследнику и Великого княжества Литовского государю и облаадателю, которое письмо прислал его царского величества камисариюс Иван Гебдоп в царствующий // град Москву 167-го генваря в 20 день.

Именовано тем обычаем:

Шарлус господин Ергарт вольной господин Брандонский, бывшей губернатор Оксфортской и Брыльской и в Букинямском уезде порутчик, генарал над всею конницею аглинскою, генарал над девятьми землицами и капитан-генарал над всеми его величества прибочными людьми, а ныне его величества спальник и отец отчиства Аглинской земли.

1.

(Л.284.), (Л.284об.)

Что, смотря на нынешнее пребыванье короля государя моего, которого великая подвижность к Вашему царскому величеству, надеюся буде мне возможно обчих недругов ваших величеств, и я себя объявляю о себе покорственно быти генаралом под началом Вашим царским величеством или генералисимусом над пятнадцатью тысячами или больши, как Вашему царскому величеству годно. А быть тому войску конным и пешим, пушечному и иным устройством. И что б мне на то полная титла и иные привилеи и  на доходех генеральскими // мне подтверждено было за Большою государственною печатью.

* Курсивом выделен текст, авторами которого являются русские приказные (приказная бюрократия).

(Л.285.), (Л.285об.), (Л.286.), (Л.286об.)

По сей статье Великий Государь, его царское величество, изволяет быть ему над полками генералом под региментом царского величества генералисимуса. И на то ему и грамота царского величества дана будет за Большою царственною печатью и с его генераловою полною титлою, как тому есть обычей.

2.

Чтоб к строенью того войска обещаюся // с собою привести достойных начальных людей, что есть полковников, подполковников, майеров, капитанов, порутчиков и иных меньшей статьи начальных людей и с некоторыми выборными добрыми инжинерами и огненой стрельбы с мастерами, с пушкарями и с подкопщиками иными, которые достойны будут Вашему царскому величеству к особной службе. Также, будет Ваше царское величество изволит добрых выученых рядовых салдат, и тем всем быть со всем под моим началом.

По сей статье царское величество изволяет приговорить и привести к себе, Великому Государю, в службу начальных людей, так же и салдат ученых и всяких вымышлеников и пушкарей на 2 полка конных да на полк или два пеших. А быть им под его региментом с пристойным ратным строем по обыклому нраву царства Московского.

3.

Чтоб мне поволено было выбирать таких генаралов и иных начальных людей к вышепомянутому моему полку, которые мне годных к службе его царского величества по подтвержденью его царского величе[ства] или его генералисимуса. По сей статье царское величество изволяет выбирать ему в начальные люди к себе в полки полуполковников и ма- еоров и иных начальных людей за повелением царского величества и за свидетельством, кто во что будет достоин, яко же имеет тому быть в Московском государстве.

4.

Чтоб мне и прежпомянутым начальным людем инженерами и иным прежреченным на подмогу деньги наперед даны б были: се есть мне 6000 яфимков любских, а тем иным — всякому по своему чину корм вперед на 2 месяца. Только чтоб нам те деньги из нашего корму не вычитать, чтоб то было к вашей царского величества чести, а нам бы было чем нарядитца к царскому величеству.

(Л.287.), (Л.287об.), (Л.288.), (Л. 288об.), (Л.289.)

По той статье царское величество изволяет ему дать па подъем 6000 яфимков или в то число собольми.

5.

Чтоб меня пожаловать кормом по 1500 яфимков на месяц моего жалованья генеральского да конского корму на 20 ло- шадеи. А товарыщу моему, которому то войско подле меня начальствовать, давать бы на месяц по 400 яфимков, а конского корму на 10 лошадей. А иным моим генеральным начальным людем — по чином их, чтоб им // жалованье было безопасно заплаты, которая нам ото иных угодев дойти имеет. Так ж чтоб всем иным моим начальным людем: инженером и иным — давать полной корм, как иным иноземном дают, которые служат в таких чинех. И на то прошу, чтоб особной указ и полная мочь послана была его царского величества х камисару сюды в Галанскую землю для лутчего опасенства тем, которые со мною в службу датися хотят.

По той статье царское величество изволяет ему, генералу, корму по 500 рублев па месяц да конского па 15 лошадей; товарыщу его на месяц по 125 рублев да конского корму па 7 лошадей. А иным начальным людем давать корм по тому ж, как дают начальным людем, которые у царского величества служат и емлют корм, какими деньгами торгуют в Великой Росии. А когда начальным людем с полки своими оприч сходов неприятельских быть в городех, которые в подданстве // Великие Росии, и начальные люди удоволепы будут из уездов доходами и в к тогда по достоинству будет договорено и учинено как пристойно здержану и вперед крепче быть.

6.

Чтоб подлинное число, в котором наша служба его царскому величеству начатися имеет, при комисаре его, царского величества, присрочена была, и чтоб нам от того дни по вся месяцы корм без убавки // шол, покаместа мы будем в службе у его царского величества; и чтоб те кормовые деньги мне или кому иному под моим началом даваны б были, а мой бы воинской писарь роздал.

По той статье царское величество изволяет быть по тому, будет станет мешкать зачем — и прежимяловано в пункте четвертом на поднем против прошенья исполняно.

(Л.289об.), (Л.290.), (Л.290об.), (Л. 291.), (Л.291об.)

7.

Чтоб указ нам был учинен о проезде // нашем сухим и водяным путем, покамест доедем к его царского величества двору или к обозу; и чтоб нам даны были проезжие грамоты и указы для нашего приему, о чем больши договоримся с его царского величества камисары в Галанской земле. По той статье царское величество изволяет укажет дать проезжую грамоту по государствам.

8.

Буде которой из нас в полон попадетца //в нашем поезде туда или покамест в его царского величества службе будем, чтоб его царское величество нас в неволе не оставил, но окупом или розменою освободил.

По той статье царское величество буде где на службе кого начальных людей в полон возьмут, и их нитъ па тех людей, кому лучитца быть в вязене того государства людем, куды их                                                                                                                                                                  возьмут

9.

Чтоб нам вольная служба была по вере нашей в домех и в шатрех. И чтоб мне поволено было дву попов с собою привести, также одного дохтура да дву лекарей, которым надобно дать подмогу на подъем и достойно месячной корм.

По сей статье изволяет Великий Государь попом быть па их проторех, а дохтору и лекарю на подъем дать, что доведетца, а корм давать в дороге дохтуру против полуполковника, а лекарю против порутчика. как будут на Москве и пригодятца в службу царского величества, и им учнут корм давать // по разсмотрению. А чтоб дохтуры и аптекари такие были, будучи в Великой Росии изо всяких угодей составливали масти и лекарства всякие по прирожению руских людей не противно ветрам, и ествам, питьям руские природы.

10.

Чтоб никоторой начальной человек // или рядовой, под моим началом будучи, челобитьем или иным каким обычаем от его царского величества генералисимуса прослушан не был, и нихто в мою власть не вступался. А как я сам при войске не буду, чтоб в мое место первой начальной человек после меня войском нарежал.

(Л.292.), (Л.292об.), (Л.293.), (Л.293об.), (Л.294.), (Л.294об.), (Л.295.)

По сей статье Великий Государь изволяет в роспраавных делех ведать их и росправу чинитъ кроме государственных и убийственных дел ему, генералу; а что с иными полками какая ссора учинитца, и управа чинить с теми начальными // людьми, которые иных рейментов вопче.

11.

Чтоб мне власть была ненослушников и ослушников отставить и смиряти виноватых, а в порожние места иных начальников поставить. Такж уставить воинской суд и управу над моими подначальными людьми и наказанье чинить виноватым. А буде хто смерти достоин, чтоб мне указ учинить с ведомости его царского величества или его генералисимуса. И чтоб та власть у меня // не отнята была, покамест я его царского величества на службе буду.

По сей статье Великий Государь изволяет виниватых смирятъ ему, генералу. А буде, лучитца переменить из чину в чин, и ему переменять начальных людей оприч полковника и полполковиика. А переменить ис тех же полковых людей. А смертью без указу царского величества не казнитъ никого.

12.

Чтоб оприч начальства моего генерального мне дан был особно полк конной и пешей, и вольно б было мне выбирать ис конных в приоочнои свои полк в поле, как обычаи в ыных землях.

По сей статье, буде изволит Великий Государь, которым руским людем быть у него в прибочном полку, кроме тех, которые с ним приведены будут, и ему того прибочного полку полковничья корму не спрашивать, а бытъ // на прежнем генеральском вышеименованном корму.

13.

А яз и начальные люди мои, и иньженеры, и иные, которые со мной будут, обещаемся его царскому величеству служить три годы, от того числа, как у нас смотр будет. А буде его царское величество всех нас или одного, которого-нибудь из нас от службы своей отставить, покамест прежпомянутой срок дойдет, // чтоб всякому, которой отставлен будет, дано было на шесть месяцов корму сверх заслуженого его корму, чтоб ему было чем прокормитца, пока он иную себе службу сыщет.

(Л.295об.), (Л.296.), (Л.296о6.), (Л.297.), (Л.297о6.), (Л.298.)

По той статье царское величество изволяет: хто от службы отстанет, и тому отпуск будет учинен; а которые государства в недружбе царского величества с Великой Росией, и тем отпускным у недругов службы // не искать и к ним не приставать, понеж, быв в Московском государстве и с милостью отпущены, противным быть невозможно.

14.

А будет король аглинской, которого подданные есмя, у его царского величества учнет просить, чтоб мы все или некоторые из нас возвратились на ево службу в тех трех годах, не дослужа его царскому величеству // урочных лет, или коли б кто из нас для немочи по должности своей ему, царскому величеству, службу не мог исполнять, и нам бы поволено было отъехать. А дано бы нам было в дорогу всякому из нас на два месяца корму сверх заслуженых наших месяцов, чтоб нам было чем порокормитца в дороге.

По той статье царское величество быть изволяет ж в отпуске корму на два месяца в дорогу.

15.

А буде хто из нас ранен или изувечен и через то достоин учинитца к службе царского величества, чтоб мы для того не были от службы отставлены или за полками написаны в тех трех помянутых годех. А по скончании тех трех лет, чтоб нам дано жалованье на прожитье по нашим чином против преизящества его царского величества милости. Так ж чтоб вдовам и сиротам // тех, которые на его царского величества службе убит, выдан был их заслуженой корм, а сверх того, чтоб пожалованы были прожительным кормом, а будет они захотят ехать в свою землю, и им бы дан был корм на шесть месяцов, каков шол мужьям или отцам их, чтоб было чем поживитца в дороге.

По той статье царское величество изволяет: по прямым свидетельствам, // как которой службу свою окончит — по тому рассудительно будет учинено.

(Л.298 об.), (Л. 299.), (Л.299 об.), (Л.300.), (Л.300 об.)

16.

Чтоб мы все освобожены были от пошлин и от тягла, и чтоб нам была всякая оборона правная и вольность такою приязновою мерою, как иные иноземцы имеют, покаместа мы и живем царского величества в земле. А будет нашие земли дети или слуги или иные // наши ж слуги, которые не записаны в его царского величества смотреной книге, для некоторых дел преж или после скончания тех прежномянутых трех лет похитят ехать из его царского величества земли, чтоб то им вольно было со всякою своею рухлядью безо всякого задержания.

По той статье царское величество изволяет: поволыю будет ехать // с проезжими грамотами, будет кто чет, в свою землю.

17.

А понеж я не знаю прав и Уложенья государства Росийского, тако ж и привилия, и жалованья, которые даютца начальным людем нашего чину его царского величества в войсках, и я покорственно прошу, буде я в чем себя и начальным своим людем по достоинству не промышлял, // чтоб нам то выдано было по особной его царского величества милости. А будет кто-нибуди нашего чину руской человек или иноземец болыни жалованья нам имеят, покаместа мы будем на его царского величества службе, чтоб и нам тем пожалованым быть.

По той статье царское величество как хто ему, Великому Государю, служить учнет верно, и тому // и милость ево государева будет по разсмотреньо.

18.

А будет после тех трех лет царское величество изволит всех или некоторых из нас, которые сами захотят впредь служить по сем уговорным статьям, или как вперед угово- ротца будет мочно, чтоб однако ж нам поволено было всем или некоторым // ехать в свою или в ыную которую землю и с нашими людьми и з животы и имением; и чтоб нам в то время за заслуженыя месяцы наши корм, а сверх заел уженых месяцов жалованье всякому начальному человеку по ево чину выдано было.

По той статье царское величество изволяет быть по уговорным новым статьям, как хто уговоритца, а в неволю пикто задержан не будет.

19.

А чтоб его царское величество обнадежен был, и я обеща- юся пристойную поруку дать в тех деньгах, которые мне дойдут в городе в Амстрадаме, и мы все присягу учиним в том, что нам его царскому величеству служить верою и правдою, как честным и постоянным людем надлежит по обычаю и уставам воинским, и как мы обещаемся в сем (Л.301.)        договоре нашем. // А в займ прошу такова обнадеживанья от его царского величества мне и начальным людем моим, как доведетца в таких мерах.

По той статье царское величество изволяет на верную службу к присяге привести их по их обещанию. А в милости царского величества дана им будет его государева жалованная грамота.

(Л.301 об.), (Л.302.), (Л.302об.), (Л.303.)

20.

А чтоб все в лутчем исправлении было, и я покорственно прошу, чтоб его царское величество поволил — послать велел с полною мочью о том к своему комисариюсу в Галанскую землю, чтоб он договаривал и вершил все те вышереченные статьи и что еще придумая за его царского величества прибыли, а на то я прикладывать хочю большое радение. А чтоб нам //лутчими мерами должность нашу объявливать могли, и я прошу, чтоб к нашему приезду к его царскому величеству наши договорные статьи под- твержены были за его царского величества Большою государственною печатью. А то бы учинить как скорее, чтоб нам ведать, на чем полагатца. А надеямся, будет его царскому величеству полюбитца нас принять, что мы Божиею помощию достойни будем ко испол // нению его царского величества такой службе нашим особным действом, какой не чинили его царского величества и большие войска в государстве иво.

Писан в городе Брыселе в Барабанской земле 1-го числа декабря лета от Рождества Христова 1658-го и до сего 20-го по прошению, на которых статьях быть. // Так ж произволено пристойно на все статьи отповедью и на деяние совершенно всякому прошению порознь учинено. А по сем к подвижности делом добрым иоказатись и достижением вышеименованные крайние службы. А счастливого пути от моря первое место ведомо камисариюсу Ивану Гебдону.

РГАДА. Ф. 27. On. 1.№ Ч. I. Л. 282-303.

1. Сташевский Е. Смоленская война 1632-1634. Организация и состояние московской армии. Киев, 1919. С. 63-127.
2. Чернов А. В. Вооруженные силы Русского государства в Х?-Х?ІІ вв. (С образования централизованного государства до военных реформ мри Петре I). Краткий очерк. М., 1954. С. 137-138.
3. Он же. Строительство вооруженных сил русского государства в XVII веке (до Петра I): Рукопись дисс. на соиск. уч. степ. д. и. н. М. 1949. Л. 382-383, 399-400, 409-410, 339-353, 455-456.
4. Малов А.В. «Перевод с галансково письма, что подал боярину Илье Даниловичу Милославскому райтарсково строю полковник Исак фан Буковсн, как всяких чинов урядников воспросить про ратное ученье, что всякому уряднику в ратном строе подобает ведать. И против тех воспросов — ответ» // Российский архив. М. 1995. Вып.?І. С. 7-9.
5. Акты о высших государственных установлениях. М. 1945. T. 1. С. 51, 52. Имеется в виду первый печатный русский воинскии устав: Учение и хитрость ратного строения пехотных людей. М., 1647.
6. Демидова Н.Ф., Морозова Л.Е., Преображенский А. А. Первые Романовы на российском престоле. М. 1996. С. 105-106.
7. Поршнев Б. Ф. Тридцатилетняя война и вступление в нес Швеции и Московского государства. М., 1976.
8. Очерки истории СССР. Период феодализма. XVII в. М., 1955. С. 504-505.
9. Кобзарева ЕМ. Дипломатическая борьба России за выход к Балтийскому морю в 1655–1661 годах. М» 1998.
10. РГАДА. Ф. 27. (Разряд XXVII) Приказ Тайных дел. Он. 1. №?119. Л. 7, 19.
11. ^11. Там же. №?119. Л. 181, 187.
12. ^12. Brix Heinrich,Otto Richard. Gcschichtc des altcn Russischcn Hccrcs-Einrichtungcn von den Fruhesten Zeiten bis zuden von Peter dem Grossen gemachtcn Vcranderungen. Von Brix, Rittmeister. Berlin, 1867. S. 298.
13. Бобровский П. О. История Лейб-Гвардии Преображенского полка. T. I. СПб., 1900. С. 7-8; История 13-го Лейб-Гренадерского Эриванского Его Величества полка за 250 лет. Ч. 1. СПб., 1892. С. 4; Приложение №?1. С. 3.
14. Рабинович МД. Полки Петровской армии 1698-1725. Краткий справочник // Труды Государственного ордена Ленина Исторического музея. Вып. 48. М., 1977. №?75-77. С. 23-25.
15. Малов А. В. Начало выборных полков — предшественников петровской гвардии // «За веру и верность». 300 лет Российской императорской гвардии. Тез. науч. копф. СПб., 2000. С. 56-59.
16. Чернов А. В. Строительство вооруженных сил… Л. 420-421.
17. Малов А. В. Государевы московские выборные полки солдатского строя: Краткий очерк истории и организации // Цейхгауз. 2001. Вып. 13. №?1. С. 2-7; Государевы московские выборные полки солдатского строя: Командиры выборных полков // Цейхгауз. 2001. Вып. 14. №?2. С. 2-7.
18. Чернов А. В. Строительство вооруженных сил… Л. 421-422, 442-443.
19. Малов А. В. Социальный состав московских выборных полков и вопрос о природе войска нового строя (на примере московского полка Аггея Шепелева). // Политические институты и социальные страты России (XV1-XVIII вв.). Тезисы Международной конференции 2–3 октября 1998 г. М. 1998. С. 82-85.
20. Grbndlichc und warhaftige relation, von dcr Belagerung der Kunigl. Statt Riga in Liefland. Riga, 1657. P. 19.
21. Например: РГАДА. Ф. 27. (Разряд XXVII) Приказ Тайных дел. Он. 1. №?119. Л. 82, 84, 93, 121-122.
22. Там же. №?119. Л. 119а, 147-148.
23. Там же. №?119. Л. 47, 48.
24. Там же. Л. 51, 89.
25. Там же. Ф. 137. Боярские и городовые книги. On. 1. Кн. 136. Л. 1 — 1 об.
26. Там же. Кн. 136. Л. 2-154.
27. Демкин А. В. Западноевропейское купечество в России в XVII в. М., 1994. Вып. 2. С. 39-45, 52-53.
28. РГАДА. Ф. 27. (Разряд XXVII) Приказ Тайных дел. Он. 1. №?118. Ч. VI. Л. 70-76.
29. Там же. Ч. II. Л. 148.
30. Там же. Л. 136; Ч. III. Л. 90-92; Ч. IV. Л. 203.
31. Там же. Ч. VIII. Л. 20.
32. Там же. Ч. VIII. Л. 70-75.
33. Там же. Ч. IV. Л. 297-301, 314.

³³ Там же. №?118. Ч. VII. Л. 16.

35. Там же. №?118. Ч. I. Л. 266.
36. Данный перевод договора с постатейной записью указаний Алексея Михайловича помещен нами в качестве приложения к настоящей статье.
37. РГАДА. Ф. 27. (Разряд XXVII) Приказ Тайных дел. Он. 1. №?118. Ч. I. Л. 24-25.
38. Там же. Л. 37-38.
39. Там же. Л. 218-219.

³⁰ Там же. Л. 220, 222 -225.

⁴¹ Там же. Л. 253-255.

³² Там же. Л. 233-234.

43. Там же. Л. 235; Ч. III. Л. 54а; Ч. IV. Л. 239.
44. В росписи также указан пересчет на ефимки: 276?692 ефимка «по полтине ефимок полных с довеском, а весом 494 иуда 4 фунта без чети».
45. РГАДА. Ф. 27. (Разряд XXVII) Приказ Тайных дел. Он. 1. №?118. Ч. VII. Л. 129.
46. Там же. Ч. VI. Л. 59.
47. Там же. Ч. III. Л. 151-154.
48. Там же. Л. 136?150.
49. Там же. Ч. VI. Л. 65-66.
50. Там же. Ч. I. Л. 47-48. •
51. Там же. Л. 49.
52. Там же. №?539. Л. 1.
53. Там же. Л. 2-4, 9-10.
54. Там же. Л. 6, 8
55. Там же. Л. 9.
56. Там же. Л. 7.
57. Там же. №?118. Ч. VIII. Л. 92.