Высший командный состав войск противников в годы Первой мировой войны на Восточном фронте 1914-17 гг.

Олейников А. В. докторант Института российской истории РАН.

Оценка высшего командного состава войск противников на Восточном (Русском) фронте представляет повышенный интерес, как в силу огромного протяжения фронта, так и вследствие преобладания преимущественно маневренных форм и методов борьбы. При рассмотрении персоналий генералитета за основу брались 2 критерия: 1) занимаемая должность (от командира корпуса до Верховного главнокомандующего включительно) и 2) наличие вклада, заметного следа в наиболее значимых операциях на Русском фронте. Рассмотрены представители командного состава войск германского блока (Германская, Австро-Венгерская, Оттоманская империи, Болгарское царство) и Антанты (Российская империя).

Стоит отметить, что русская армия в основном избежала преступных "мясорубок» по образцу Западного (Французского) фронта, когда командование и немцев, и союзников обрекало свои войска на огромные потери, которыми оплачивались сотни метров занятой территории. Причем делалось это сознательно. Э. Фалькенгайн[1] пошел на организацию "Верденской мельницы» 1916г., решив перемолоть живую силу французской армии на узком участке фронта. Жизни германских солдат, используемых совершенно неадекватно, его совершенно не волновали. Жертвами годовой мясорубки стали свыше 500000 французов и более 400000 немцев. Это кровопускание добило последние остатки германской кадровой армии, офицерский и унтер-офицерский корпус были обескровлены. Пришлось создавать штурмовые части (а через год и делить войска на ударные и позиционные дивизии), так как поддерживать на должном уровне всю армию уже не представлялось возможным. Как отмечал комдив В. А. Меликов: "Многомесячная (с 21 февраля по осень 1916 г.) работа верденского "насоса по выкачи­ванию французской крови» по методам фалькенгайновской страте­гии с ограниченными целями (Strategic mit beschrankter Zielen) как известно, не только истощила французов, но и выкачала около полумиллиона жизней германских солдат»[2]. И это только один из участков Западного (Французского) фронта. Это невозможно сравнивать, скажем, с проводившемся в этом же 1916 году наступлением А. А. Брусилова, пусть и сопоставимым по потерям, но несравнимым ни по размаху операции, ни по стратегическому результату. Союзники же, осознавая свое превосходство в людском и материальном плане не нашли ничего лучшего, как прибегнуть к стратегии "размена», стремясь вызвать большие потери противника ценой собственных громадных потерь. Где же здесь военное искусство? Учитывая, что немцы воевали более качественно и грамотно чем все союзники, размен был не в пользу Антанты. Наиболее яркий пример – "Бойня Нивеля» 1917г. В то время как русские генералы, далеко не блистающие дарованиями (например, в 1916г. командующие соответственно Западным и Северным фронтами А. Е. Эверт и А. Н. Куропаткин) высказывались за ненужность наступления их фронтов севернее Полесья на глубоко эшелонированную и укрепленную оборону немцев, мотивируя это возможностью больших потерь и бессмысленностью пролития большого количества крови (выделено нами – прим. авт.) при прогнозируемых мизерных оперативных результатах. Да и вообще весьма странно, когда операции англо - французов, продвинувшихся на несколько сотен метров, характеризуются как большой успех, аналогичные (достаточно, впрочем, редкие) деяния русских (например, наступление у озера Нарочь в 1916г., на Стрыпе в 1915г.), когда продвинулись на несколько километров и с меньшими потерями, чем на Западе, считаются тяжким поражением. Как передавал свои впечатления по этому поводу фронтовик поручик К. С. Попов: "Для нас русских, одерживавших крупные победы и терпевших большие поражения, казались смешными и жалкими масштабы французских официальных сообщений, гласившие о занятии какой-то "воронки» и о продвижении в таком-то районе на 15-20 метров»[3].

Как раз - таки на фоне такого англо-франко-германского оперативного творчества именно русское и австро-венгерское командования смотрятся очень неплохо. Фельдмаршала Конрада фон Гетцендорфа сами немцы после ухода в конце 1905г. с поста начальника германского Генерального штаба А. фон Шлиффена считали лучшим стратегом германского блока. Что и подтвердили действия Конрада в дни Галицийской битвы, наступления против Италии в Трентино в 1916г. и другие операции. Генерал-квартирмейстер германского Восточного фронта М. Гофман, знавший и работавший с Конрадом фон Гетцендорфом, так характеризует положение австрийского стратега: "Планы начальника австро-венгерского генерального штаба ген. Гецендорфа, поскольку мне с ними случалось иметь дело, были все хороши, чего отнюдь нельзя сказать о планах нашего верховного командования; несчастье этого гениального человека состояло в том, что у него не было аппарата для осуществления его планов»[4].

Говоря же о русском генералитете, следует отметить несколько моментов. Да, война нового типа требовала нового стиля руководства войсками. Заочно-директивный метод не годился – не все руководители это поняли, растерялись, не смогли приспособиться, с трагическими последствиями и для вверенных войск, и для себя. Наиболее яркий пример – генералы А. В. Самсонов и П.-Г. К. Ренненкампф. Но история знает и примеры обратного порядка (П. А. Плеве, В. Е. Флуг, П. С. Балуев и др.). Вместе с тем имена двух лучших стратегов Первой мировой – это имена русского (Н. Н. Юденич) и германца (Э. Людендорф). Так сложилось, что и русские, и немцы именно на второстепенных для себя фронтах (Кавказский для России и Русский для Германии) имели выдающееся военное руководство, перевыполнив на этих театрах все мыслимые оперативные задачи (в отличие от главных фронтов). Оба генерала привнесли вдумчивый (во многом шахматный подход) к проводимым ими операциям, отличались решительностью действий. Но если Э. Людендорф[5] был, прежде всего, мастером импровизации, то Н. Н. Юденич – прежде всего организации. Ярчайшими примерами импровизации Э. Людендорфа являются Лодзинская операция 1914г., когда, не имея достаточно сил и средств ударом в стык фронтов сорвал широкомасштабное русское наступление, а также последнее германское наступление 1918г., когда немцы стояли в 70 км от Парижа. Но, вместе с тем, что было благом для немцев относительно Русского фронта, пагубно сказалось на ходе всей войны. Раздвоенность операций на два театра военных действий, упрямое проведение П. Гинденбургом[6] в жизнь собственных оперативных планов (в том числе и пользуясь собственной популярностью) сказались на исходе Первой мировой. Как отмечал исследователь В. Н. Доманевский применительно к периоду после Восточно-Прусской операции 1914г.: "Новое командование — Гинденбург — Людендорф, командующий и начальник штаба, которые, несмотря на противополож­ность натур и воспитания, составляли действительно "одно целое», благодаря победам, в корне изменившим положение в В. Пруссии, постепенно приобрели в Германии такой авторитет, с которым не могла не считаться и германская Ставка. П. Гинденбург, поддерживаемый Конрадом, очень скоро начал склонять Ставку изменить основной план: перенести центр тяжести операций на Восточный фронт до решения на западе. Это привело к раздвоению стратегической мысли германского командования. План операций начал терять первоначальную простоту и цельность — гармоничность и пропорциональность_, что предрешало исход войны не в пользу Германии. Все последующие кампании до 1916 года протекали под знаком компромиссных решений»[7]. А дальше уже было поздно. Гораздо лучше выглядит аналитик и сторонник решительных действий (вместе оба качества встречаются крайне редко) Н. Н. Юденич. Все его операции – от Сарыкамыша 1914г. до похода на Петроград 1919г. – ярчайший пример организации. Аналитический взгляд не изменил генералу и в его последней кампании – просчитав неудачу операции (на фоне 10-кратного превосходства красных в силах, он все же сделал максимум возможного в тех условиях) уехал в Англию. Во время войны сформировались русская и германская военные школы со своими уникальными стилями. Достаточно назвать лишь имена двух крупнейших специалистов прорыва – А. А. Брусилова и А. фон Макензена, выработавших свои методики и подходы.
Рассматриваемые персоналии расположены как бы в виде своеобразной картотеки, приводятся как факты их биографии, так и оценки деятельности. Наибольшее внимание уделено генералам, оставившим в силу своих личных качеств, наиболее яркий след в истории мировой войны.

1) Шлиффен Альфред фон (1833-1913) – граф, генерал-фельдмаршал, в 1891-1906 гг. начальник Большого Генерального штаба Германии. Основатель фундаментальной стратегической концепции Германской империи – "Стратегии уничтожения» в форме двойного охвата (ассиметричные "Канны»). Тщательно просчитанная доктрина Шлиффена была искажена его последователями и, ненадлежащим образом осуществленная, вместо полного разгрома франко-британских войск в течение 9 недель, привела к войне Германии на два фронта и проигрышу Первой мировой войны. Тем не менее, модифицированный план Шлиффена привел к быстрому разгрому союзников в кампании 1940 года. Шлиффен воспитал целую плеяду офицеров Генерального штаба – в будущем цвет германской армии. Генерал пехоты Г. фон Куль (бывший генерал-квартирмейстер Большого Генерального штаба) писал, что "Граф ф.-Шлиффен был самой выдающейся личностью, с какою когда-либо мне приходилось соприкасаться за время моей долголетней службы. Его память была необычайна. Насколько он сам был в курсе всех отраслей работы, настолько же он требовал от начальников отделений точной осведомленности во всякое время»[8]. Называя его "учителем современной войны» Куль отмечал, что именно при Шлиффене была отработана схема обороны Восточной Пруссии: "В мирное время граф Шлиффен не раз разыгрывал операции, в которых защитник Восточной Пруссии, будучи наготове позади Мазурских озер и действуя по внутренним операционным линиям против вторгавшихся со стороны Немана и Нарева русских, наступал на одну из неприятельских армий, поражая ее во фланг, или нападал превосходными силами на отдельные передовые части противника»[9]. Французский генерал Дюпон отмечает : "Автором плана, который чуть было, не погубил нас, был ген. А. фон Шлиффен»[10].

2) Мольтке Гельмут-Иоганн-Людвиг фон (1848-1916) – граф, генерал-полковник. В 1906-1914 гг. начальник Большого, с 1.08. 1914г. по 14.09. 1914 гг. Полевого Генерального штаба. Главный виновник искажения плана А. фон Шлиффена и проигрыша Германией Марнской битвы, а по сути кампании 1914г. и всей войны. Дюпон пишет: "Мольтке приумножал свои ошибки. До войны он при­держивался плана своего предшественника, что было впол­не благоразумно, но очень неудачно видоизменил его. Его соотечественники, говоря о нападении на Бельгию… обвиняют его в слишком слепом выполнении намерений Шлиффена и в непонимании изменившихся обстоятельств. Во время войны он дает себя смутить русским наступлением, у него уже с самого начала не хватает духа и, что уже совсем неблагоразумно, он ослабляет маневрен­ное крыло, отнимая у него два корпуса. В течение опера­ций с его стороны не видно никакого руководства; когда он случайно, желает вмешаться, то напрасно прикрывается именем императора; он не пользуется никаким авторитетом; его не слушают. Движение от границы к Шампани… по­кажет нам его нерешительность, а Марна — его провал»[11]. Кавалер ордена Пур ле Мерит, шеф 1-го гвардейского гренадерского полка.

3) Войрш Ремус фон (1847-1920) – генерал пехоты, с ноября 1914г. генерал-полковник, с 1917г. генерал-фельдмаршал. В начале войны командир Силезского ландверного корпуса (2 дивизии, 72 орудия), ставшего под его началом одним из элитных соединений германской армии. Блестяще в рекордные сроки провел мобилизацию корпуса. Обеспечивал связку между 8-й германской армией и левым крылом австрийских войск, взаимодействуя с 1-й австро-венгерской армией и действуя на Ченстоховско-Калишском направлении. 28 августа 1914г. корпус разгромлен в знаменитом бою под Тарнавкой. На заключительном этапе Галицийской битвы воевал у Равы Русской, не раз выручая австрийского союзника. В. Фогель давал такую характеристику корпусу Войрша : "Корпус Войрша называли у нас на фронте "пожарным", так как его бросали всюду, где нужна была сильная духом, ударная и стойкая часть»[12]. Русский участник войны так характеризовал Силезский ладверный корпус: "Нам лично приходилось сталкиваться с частями Войрша несколько раз: 3 сентября под Липском, а 6 и 7 впереди переправы через Вислу у Юзефова, где арриергард[13] Войрша занимал наскоро укрепленную позицию по р. Каменке. Прикрывая свою переправу арриергардом, Войрш спешил на поддержку австрийцам. Мы не можем сказать про бои 3 и 7 сентября, чтобы они показали особую стойкость ландвера, ибо два полка 75 пех. второочередной дивизии и 72 пехотный Тульский полк, с незначительными потерями сбили арриергард, захватив пленных и довольно большие трофеи. Но уже под Пилицей этот корпус действовал отлично»[14]. С октября 1914г. армейское управление "Войрш» воевало в Силезии и Польше в составе германского Восточного фронта (у Опатова, Ново-Александрии, Ченстохова). Именно войска Войрша стояли преградой перед русскими войсками на пути в Силезию, нависали над флангом "фаланги» Великого князя Николая Николаевича в период Лодзинской битвы, зимой 1915г. обороняли Карпаты во взаимодействии со 2-й австро-венгерской армией Бем-Эрмоли, в наступлении Макензена летом 1915г. действовали против Ивангорода, брали Брест-Литовск. В июне 1916г. действиями вверенной группы войск сорвал главный удар русского Западного фронта – силами 4-й армии у Барановичей. В этом огромная заслуга Войрша – как считали немцы: "В случае взятия Барановичей или Ковеля, прорыв был почти обеспечен, обе части разъединены, произошел бы стратегический разрыв, охват обоих флангов. А это значит отдать все взятое в 1915 году, при прорыве в районе Горлица-Тарнов, это было бы стратегическим поражением всего восточного фронта»[15]. В августе-декабре (армейская группа "Войрш») занимался функциями локализации результатов Брусиловского прорыва. Кавалер Железного креста, орденов Пур ле Мерит и Черного Орла, почетный шеф 51-го германского и 158-го австро-венгерского пехотных полков.

4) Жилинский Яков Григорьевич (1853-1918) – Генерал от кавалерии, 19.07.-3.09.1914г. Главнокомандующий армиями Северо-Западного фронта, впоследствии представитель русского командования в Союзном совете Антанты. Один из главных виновников поражения войск фронта в Восточно-Прусской операции, за что снят с должности. Кавалер орденов Св. Станислава 3-й ст. (1880); Св. Анны 3-й ст. (1888); Св. Станислава 2-й ст. (1894); Св. Анны 2-й ст. (1896); Св. Владимира 4-й ст. (1899); Св. Владимира 3-й ст. (1902); Св. Станислава 1-й ст. с мечами (1904); Св. Анны 1-й ст. с мечами (1905); Св. Владимира 2-й ст. (06.12.1909); Белого Орла (25.03.1912); Св. Александра Невского (04.10.1913).

5) Самсонов Александр Васильевич (1859-1914) – Генерал от кавалерии, с 19.07. 1914г. командующий 2-й армией Северо-Западного фронта. В ходе Восточно-Прусской операции одержав ряд побед (сражения у Орлау-Франкенау, Гросс-Бесау и Мюлена, Ваплица, Уздау, проиграл армейскую операцию ("Августовское сражение», "Танненберг», "Самсоновская катастрофа»). Допустил ряд просчетов, потерял управление войсками. Являясь хорошим администратором и строевиком, не смог сориентироваться в боевой обстановке – покончил жизнь самоубийством. Кавалер орденов Св. Анны 4-й ст. (1877); Св. Станислава 3-й ст. (1880); Св. Анны 3-й ст. (1885); Св. Станислава 2-й ст. (1889); Св. Анны 2-й ст. (1892); Св. Владимира 4-й ст. (1896); Св. Владимира 3-й ст. (1900); Св. Станислава 1-й ст. с мечами (1904); Св. Анны 1-й ст. с мечами (1905); Золотое оружие (ВП 12.02.1906); Св. Владимира 2-й ст. (1906); Св. Георгия 4-й ст. (1907); Белого Орла (06.12.1909); Св. Александра Невского (06.12.1913).

6) Ренненкампф Павел-Георг Карлович фон (1854-1918) – Генерал от кавалерии, генерал-адъютант, с 19.07. 1914г. командующий 1-й армией Северо-Западного фронта. Войска армии провели ряд успешных боев (в т. ч. знаменитый бой у Гумбинена), осадили Кенигсберг. Ввиду собственных ошибок, а также под влиянием ошибочных директив командования фронтом не оказал помощи 2-й армии. После разгрома А. В. Самсонова потерпел поражение в Мазурском сражении и вытеснен из Восточной Пруссии. Способствовал успешным действиям армий П. А. Плеве в Лодзинской операции (ноябрь), но за просчеты отстранен от командования и уволен. Личность в высшей степени противоречивая, о чем свидетельствуют многочисленные отзывы о нем.

7) Нахичеванский Хан Гусейн (1863-?) В августе 1914 г. в чине генерал-лейтенанта командовал 2-й кавалерийской дивизией, объединяя в своих руках командование всей конной группой правого крыла 1-й армии. В 1916 г. произведен в чин Генерала от кавалерии, в 1914-1915 гг. командовал 2-м, в 1916-1917 гг. Гвардейским кавалерийским корпусами. Очевидцы давали такое определение этому человеку: "Ген. Хан-Нахичеванский перед войной командовал 2-й кавалерийской дивизии и очутился во главе большого конного отряда до известной степени случайно…. Широкого военного образования не имел, привык пунктуально исполнять приказания начальства; лично очень храбрый. Не умел держать в руках непосредственно подчиненных начальников дивизий, которые иногда не исполняли прямых приказаний, держались очень самостоятельно, но проявляли инициативу не для достижения, боевых целей, а для получения возможно больших удобств для своих частей. Сам Хан-Нахичеванский имел некоторое пристрастие, к тем частям, которыми раньше командовал (до прибытия гвардии - к своей 2-й кав. див., после прибытия гвардии - к 1-й гвардейской кавалерийской дивизии); потери в этих частях производили нa него очень сильное впечатление. Наконец Хан-Нахичеванский, мягкий и очень добрый человек, попадал под безответственные влияния. Командовать ему пришлось при довольно трудной обстановке, имея под своим начальством самые блестящие полки гвардии, которые дрались и работали не жалея себя, но были приучены к особому вниманию и особому отношению к себе. Хан-Нахичеванский действовал по мере сил и разумения, не искал личных выгод, - был лучшим из начальников кавалерийских дивизий 1-й армии, которые все, делаясь самостоятельными, действовали хуже его»[16]; "Человек он в высшей степени достойный»[17]. Хан Нахичеванский – один из двух высших командиров Русской армии (наряду с графом Ф. А. Келлером), решительно высказавшихся против отречения Императора, предложив ему услуги в подавлении Февральского переворота 1917г.

8) Гурко Василий Иосифович (1864-1937) – генерал-лейтенант, с 1916г. Генерал от кавалерии. В 1914г. начальник 1-й кавалерийской дивизии 1-й армии, осуществлял руководство конницей левого крыла армии. Пытаясь наладить взаимодействие с армией А. В. Сасонова, занял Алленштейн. С ноября 1914г. командовал 6-м армейским корпусом. Контрударом корпуса 9-го декабря погасил германское наступление. Участник январских боев 1915г. у Воли Шидловски. В мае-июне провел две успешные операции на р. Днестр против австро-венгерских войск. С декабря 1915г. командующий 5-й армией Северного фронта, с августа 1916г. – Особой армией Западного и Юго-Западного фронтов. Участник Нарочской операции и Брусиловского наступления. В ноябре 1916 – феврале 1917 г. временно исполнял обязанности начальника штаба Верховного Главнокомандующего. На этом посту провел реорганизацию армии, разработал весьма перспективный план кампании 1917г., заключавшийся в переносе стратегического решения на Румынский фронт и Балканы (последнее принесло победу Антанте в войне). План был поддержан лишь А. А. Брусиловым и изменен. В марте 1917г. Главнокомандующий армиями Западного фронта. Один из наиболее энергичных и волевых генералов Русской армии. После негативной реакции на Декларацию прав военнослужащих в мае 1917 г. смещен с должности.

9) Притвиц унд Гаффрон Макс фон (1848-1929) – генерал-полковник, командующий войсками 8-й германской армии в Восточно-Прусской операции 1914г. После поражения при Гумбинене растерялся, отдав приказ об отходе за Вислу и эвакуации Восточной Пруссии. 9.08.1914г. заменен П. фон Гинденбургом и уволен в отставку.

10) Франсуа Герман фон (1856-1933) – генерал пехоты, в 1914г. командир 1-го армейского корпуса. Потерпел поражения у Сталлупенена и Гумбинена, успешно действовал при Танненберге, Первом сражении у Мазурских озер. В октябре-ноябре командовал 8-й армией, неудовлетворительно действовал в Августовской операции 1914г., впоследствии командовал корпусами и группами на различных фронтах, в том числе во главе 41-го резервного корпуса в Горлицкой операции 1915г. (награжден орденом Пур ле Мерит), 7-м корпусом во Франции, возглавлял группу войск в верденском секторе. Шеф 3-го гвардейского гренадерского полка.

11) Макензен Август фон (1849-1945) – генерал кавалерии, с июня 1915г. генерал-фельдмаршал. В августе 1914г. командир 17-го армейского корпуса 8-й армии. Разбит под Гумбиненом, в сражении при Танненберге замкнул кольцо вокруг армии А. В. Самсонова, участвовал в сражении у Мазурских озер. В ходе Варшавско-Ивангородской операции командующий ударной группой "Макензен» (17-й, 20-й и Сводный армейские корпуса) – добиться основной цели операции не смог. В ходе Лодзинской операции командующий 9-й армией. В апреле-сентябре 1915г. командующий 11-й армией (сразу после собственно прорыва преобразована в армейскую группу "Макензен-Киев») – "тарана» Горлицкого прорыва. Войска Макензена взяли Львов и Перемышль. Возглавлял именную армейскую группу с включением по обстановке и союзных войск (сентябрь 15-го – июль 16-го группа "Макензен» воевала на Балканах, август 16-го – июль 18-го – в Румынии). Специалист по прорывам, автор оригинальной методики наступательных действий. Осуществил Горлицкий прорыв 1915г., разгром Сербии (октябрь 1915г.), разгром Румынии (август-ноябрь 1916г.). Конец войны встретил главой оккупационных войск в Румынии. За бои под Лодзью имел орден Пур ле Мерит, за вывод из войны Румынии – Железный Крест (второй германский генерал, получивший высшую степень - Великий Крест Железного Креста). Почетный командир 1-го гусарского полка, шеф 129-го пехотного полка. Один из самых талантливых германских полководцев Первой мировой войны и самый популярный в Германии после П. Гинденбурга. Встречаются и несколько иные характеристики, рассматривающие карьеру знаменитого генерала под другим углом. Так, Дюпон пишет, что Макензен "не оста­вил по себе доброй памяти в Восточной Пруссии. Ему ста­вят в вину большую часть первоначальных неудач и упа­док мужества. Его упрекают в том, что он послал в огонь 17 корпус, которым он командовал, без артиллерийских снарядов. Как бы то ни было, Гинденбург и Людендорф не высоко ценили его военные качества. В то время как у них в руках было верховное командование, они ни разу не призвали его на французский фронт. Но Макензен был од­ним из фаворитов императора, военным учителем которого он был. Вследствие этого ему давали на востоке командные должности, которые считались скорее блестящими, чем важными. Это мнение было подтверждено и заключительной катастрофой, вызванной атакой генерала Франше д'Эспере»[18].

12) Людендорф Эрих (1865-1937) – в 1914г. генерал-майор, закончил войну генералом пехоты. В начале войны обер-квартирмейстер 2-й армии, отличился в Бельгии ("герой Льежа» - получил Пур ле Мерит из рук кайзера). В связи с неудачами 8-й армии в Восточной Пруссии назначен начальником штаба 8-й армии. В годы войны составлял неизменный "дуэт» с П. Гинденбургом, являвшийся проводником концепции Шлиффена "Стратегия уничтожения». Самый талантливый германский стратег Первой мировой, автор стратегических и тактических методик, мастер импровизации, специалист маневренной войны. В августе-сентябре начальник штаба 8- армии, в сентябре 1914 – августе 1915г. – 9-й армии (одновременно с октября 1914г. начальник Штаба Главнокомандующего на Востоке – в августе 1915-июле 1916гг. – Армейской группы Гинденбурга, июле-августе 1916г. – Фронта Гинденбурга), с августа 1916г. 1-й генерал-квартирмейстер полевого Генерального штаба (фактически начальник Штаба Верховного главнокомандующего). Автор и организатор операций германской армии августа 1916 – 1918 гг., в т. ч. последнего большого наступления на Западном (Французском) фронте в 1918г. Вместе с тем операции на Востоке, проводимые Э. Людендорфом и П. Гинденбургом часто осуществлялись в противовес замыслам и планам Верховного командования, что не способствовало общей результативности ведения войны Германией. По словам П. Гинденбурга "раз­личие мнений составило главную основу конфликта, разы­гравшегося эту эпоху между германской ставкой и моим штабом»[19]. Как отмечает Дюпон: "начальник штаба (т. е. Людендорф – прим. авт.), горячий, страстный, често­любивый, полный своими недавними триумфами, не хочет упускать лакомого куска. С 10 сентября (Первое сражение у Мазурских озер 1914г. – прим. авт.), в самый разгар победы над Ренненкампфом, которая доканчивает русскую катастрофу, он требует новых подкреплений. И в течение своих двух лет ожидания высшего поста он в этом отно­шении будет поступать одинаково. Для него война сосре­доточивается на его восточном горизонте»[20]. Недаром, кайзер Вильгельм в 1915-м сказал о нем: "Я не позволю Людендорфу возглавить Генеральный штаб. Он человек с невыносимым характер и высокими личными амбициями»[21]. Вместе с тем деятельность Людендорфа на Восточном фронте протекала в достаточно благоприятной ситуации. Как отмечает Дюпон: "Маневр, приведший к победе под Танненбергом в конце августа, известен. Людендорф все время говорит о нем в своих воспоминаниях и гордится им. Он прав: это одна из самых блестящих операций за всю войну. Но есть одна подробность, о которой он умалчивает, которая значительно облегчила его задачу и которая уменьшает значение его дерзновения. Он знал русский шифр; все приказы армии его противника, переданные по радиотелеграфу, расшифро­вывались им, и он знал о них одновременно с исполни­телями этих приказов. Каждый вечер перехваченные радио­телеграммы расшифровались к 11 часам. Их приносили Людендорфу, который по ним составлял свой приказ. Когда же, случайно, происходила некоторая задержка, он, обес­покоенный, приходил в шифровальное бюро, чтобы узнать о причине такового запоздания. Я узнал эти подробности лично от его офицера шифровальщика…».[22] Ставят Э. Людендорфу в вину обще-стратегическую близорукость – в условиях подхода американских войск на континент он растратил последние германские резервы в весеннем наступлении 1918г., но не смог оперативно-тактические успехи преобразовать в стратегические.

13) Флуг Василий Егорович (1860-1955) - генерал-лейтенант, с декабря 1914г. – генерал-от-инфантерии. В августе-сентябре 1914г. командующий 10-й армией Северо-Западного фронта. В ходе Августовской операции 1914г. нанес поражение 8-й германской армии, но из-за разногласий с командованием армией (вменено в вину взятие Сувалок на 2 дня раньше плана) отстранен от должности. Операция привела, по свидетельству генерала барона А. П. Будберга, одно время занимавшего пост начальника штаба 10-й армии, к прорыву и частичному обходу немецкого фронта в районе Роминтенского леса, т.е. "той операции, которая сломила, наконец, долгое и упорное сопротивление VIII немецкой армии, принудила ее отойти к Летцену и за р. Ангерапп и притянула на наш фронт немецкие резервы, облегчив этим союзников, изнемогавших в это время в ожесточенных боях у Ипра»[23]. Успешное окончание операции привело к занятию русскими гг. Сталлупенена и Гольдапа (т. н. Второй поход в Восточную Пруссию) с выходом к Мазурским озерам. Но, несмотря на успешные действия в боях против 8-й германской армии и взятие Сувалок, В. Е. Флуг был 23.09.1914г. за "опасную активность» отчислен от должности (прежде всего вследствие интриг генерал-квартирмейстера штаба фронта генерала М.Д. Бонч-Бруевича, будущего ближайшего советника В. И. Ленина – по непонятным причинам противодействовавшего активным операциям 10-й армии). В. Е. Флуг был одним из тех русских генералов, кто понимал значение морального фактора в современной войне. Как писал он сам: "Начальствующими лицами всякое активное предприятие с нашей стороны признавалось "опасным", "рискованным" и т.п., несмотря на то что ежедневно немцы на наших глазах с явным намерением бить по нервам противника, позволяли себе несравненно более дерзкие предприятия, сходившие им с рук совершенно безнаказанно. Словом в нас начинало закрадываться пагубное сознание превосходства врага - залог будущих поражений. Чтобы такое душевное состояние не передалось вновь прибывающим на Восточно-Прусский фронт войскам, казалось необходимым придать их действиям, в пределах данной стратегической задачи, возможно активный характер, пользуясь "нахальством" противника для одержания над ним первоначально хотя бы небольших успехов»[24]. Он понимал огромное значение, пусть стратегически и ненужной, победы русского оружия именно в Восточной Пруссии. 08.06.1915г. В. Е. Флуг был официально назначен командиром 2-го армейского корпуса, которым он командовал по май 1917г. Фактически это понижение в должности для бывшего командующего армией, тем более для генерала от инфантерии. Но В. Е. Флуг хотел быть полезным Отечеству, что и доказал впоследствии. Отличился при осуществлении Виленской операции 1915г. и локализации Свенцянского прорыва, за что был награжден орденом святого великомученика Георгия 4-й степени. Как явствует из Высочайшего приказа о военных чинах 9 января 1916 г.: "Утверждается пожалование главнокомандующим армиями Западного фронта за отличия в делах против неприятеля по удостоению Местной Георгиевской Кавалерской Думы ордена Святого Великомученика и Победоносца Георгия 4 степени командиру 2-го армейского корпуса генералу от инфантерии Василию Флугу за то, что в период Виленской операции в сентябре 1915 г., когда противник задался целью разъединить войска Северного и Западного фронтов и врезался клином между 5-й и 10-й армиями, а конница его, направленная в район Молодечно, оперировала в тылу 10-й армии и когда для противодействия замыслам неприятеля была выделена группа корпусов под общим руководством генерала Флуга, он не только удержал натиск противника, но, переходя в наступление частями группы корпусов, приковывал силы противника. Результатом проявленных генералом Флугом энергии, мужества и искусного руководства замысел германцев был парализован и генерал Флуг, выдержав бой с превосходным по силам противником, выручил своих от грозившей им опасности»[25]. С ноября 1915г. по октябрь 1916г. корпус В. Е. Флуга входил в состав 7-й армии Юго-Западного фронта, отличился в ходе Брусиловского прорыва (Язловецкая операция, разгромлен 13-й австро-венгерский корпус). А. А. Керсновский дает такую оценку Язловецкой операции : "Прорыв II армейского корпуса генерала Флуга удался блестяще. Позиции у Язловца, считавшиеся германцами неприступными (и модель кото­рых была выставлена в Берлине и Вене), были сокрушены туркестанскими стрелками 3-й дивизии, поддержанными справа 26-й, слева 43-й дивизиями. 13-й австро-венгерский корпус был сброшен в Стрыпу»[26]. Только с 24 по 29 мая частями 2-го и 16-го армейских корпусов было захвачено в плен 414 офицеров, 17000 солдат, 29 орудий, 66 зарядных ящиков, 7 бомбометов. Австрийцы назвали прорыв на Стрыпе "эпидемическим». 31 июля ударом по Южной германской армии Ф. фон Ботмера 7-я армия начала победное сражение под Збаражем – именно корпус В. Е. Флуга форсировал Золотую Липу и взял г. Збараж. Трофеями армии стали 166 офицеров, 8415 нижних чинов, 4 орудия, 19 пулеметов, 11 бомбометов. В августе армия нанесла поражение Южной германской армии на pp. Золотая и Гнилая Липа. Причем корпус В. Е. Флуга у Нараевки вел бои с отборными германо-турецкими частями. С октября 1916г. корпус Василия Егоровича действовал в составе 9-й армии Юго-Западного, а с декабря 1916г. – Румынского фронтов.

Генерал В. Е. Флуг принадлежал к числу волевых и решительных генералов русской армии, был человеком прямым и открытым, сторонником активного маневра – и неудобным подчиненным. Временное Правительство избавилось от многих заслуженных генералов, в их числе был и В. Е. Флуг. С 30.05.1917г. он состоял в резерве чинов при штабе Пет­роградского военного округа. Кавалер орденов Св. Станислава 3-й ст. (1893); Св. Анны 3-й ст. (1896); Св. Владимира 4-й ст. с мечами и бантом (1900); Св. Станислава 2-й ст. (1900); Св. Владимира 3-й ст. с мечами (1904); Св. Станислава 1-й ст. с мечами (1905); Св. Анны 1-й ст. с мечами (1905); Св. Владимира 2-й ст. (06.12.1911).

14) Николай Николаевич (Младший) Романов (1856-1929) – великий князь, Генерал от кавалерии, генерал-адъютант. 20.07.1914-23.08.1915гг. Верховный Главнокомандующий Русской армией. Железнодорожный маневр Николая Николаевича во многом обеспечил успешный исход Галицийской битвы (смог должной степени распорядиться резервами, сформировав 9-ю армию, и введя ее в бой на северном фасе битвы. А. Белой отмечает своевременность "железнодорожного маневра, осуществляемого русским верховным главнокомандованием»[27]) и Варшавско-Ивангородской операции, а организационные мероприятия привели к сохранению основы русской армии в тяжелое время весны-лета 1915г. Как отмечали иностранцы, Николай Николаевич умел возрождать свои армии "буквально из пепла». Ему присущи решительность и кругозор, пользовался большим авторитетом в армии (в том числе у нижних чинов) и государстве, прирожденный солдат. С августа 1915г. – Главнокомандующий Кавказской армией. 2-11.03.1917г. Верховный Главнокомандующий.

15) Гинденбург фон Бенкендорф унд фон Гинденбург Пауль (1847-1934) – в начале войны генерал пехоты, затем генерал-фельдмаршал. Начав деятельность с поста командующего 8-й армией, в сентябре 1914г. возглавил 9-ю армию, с октября 1914г. возглавил Восточный фронт Германии (в августе 1915-июле 1916гг. – Армейская группа Гинденбурга, июль-август 1916г. – Фронт Гинденбурга). Сторонник шлиффеновской "Стратегии уничтожения». Совместно с Э. Людендорфом инициатор стратегии на Русском фронте, непосредственный организатор всех операций 1914-1916гг. Летом-осенью 1915г. в Прибалтике в противовес оперативным решениям Верховного командования осуществлял собственную стратегию. С августа 1916г. начальник Полевого Генерального штаба. Кумир германского народа, самый популярный германский генерал Первой мировой войны, считался человеком, остановившим "русский паровой каток». Кавалер орденов Пур ле Мерит (1914г.), Железный крест (Великий Крест со Звездой – 1916, 1918 гг.). Шеф 91-го пехотного полка.

16) Иосиф-Фердинанд (1872-1942) – эрцгерцог, генерал пехоты, впоследствии фельдмаршал-лейтенант. В начале войны командир 14-го армейского корпуса, с 11 августа – именной группы. Достаточно посредственная в военном деле личность, неоднократно терпел поражения. Ознаменовав свое участие в Галицийской битве с успеха (разбил 17-й армейский корпус 5-й русской армии, участвовал в окружении 5-й армии), был разбит на этапе Городокского сражения (бой у Посадова). С октября 1914г. командующий 4-й армией. С переменным успехом воевал осенью-зимой 1914г. (бои у Ярослава, на р. Сан, у Кракова, Лиманова-Лопанова). Армия содействовала 11-й армии Макензена во время Горлицкого прорыва. Был разбит в мае 1915г. при Сеняве (14-й армейский корпус), в июне под Уржендове (Таневское сражение), неудача в июле в ходе Красноставского сражения. В сентябре 1915г. потерпел поражение в ходе Луцкой операции русской 8-й армии: "14-22 сентября, в районе Луцка, русская 8-я армия Брусилова произвела крайне удачную контратаку. 4-я австрийская армия бездарного эрцгерцога Иосифа-Фердинанда была разбита наголову. Австрийцы не только не смогли отправить на сербский фронт 6-й и 17-й корпуса, как у них было условлено с германским командованием, но были вынуждены обратиться с просьбой о германской помощи. Группе Герока, двинутой во фланг русским из Полесья и составленной, главным образом, из 24-го германского резервного корпуса, удалось морально воздействовать и остановить наступление Брусилова. Бои здесь затянулись до 23 октября. Наша контратака дала нам до 70 тыс. пленных»[28]. Э Фалькенгайн, говоря об этой операции, отмечал, что: "4-я австро-венгерская армия, двигавшаяся из района Луцка на линию Дубно — Ровно, была в такой мере потря­сена сильным русским контрударом, что приходилось опа­саться серьезных результатов»[29]. Во время Брусиловского прорыва армия находилась на направлении главного русского удара (8-й армии) и к 25 мая 1916г. была разгромлена и в значительной степени уничтожена. Иосиф-Фердинанд отказался от командования. С 1917г. генерал-инспектор ВВС.

17) Ауффенберг фон Комаров Мориц фон (1852-1928) – барон, генерал пехоты. В начале войны командующий 4-й австрийской армией. В ходе Люблин-Холмской операции нанеся поражение 25-му армейскому корпусу 5-й русской армии, пытался окружить ее главные силы. Преследовал выскользнувшую 5-я армию. На этапе Городокского сражения наступал на Раву Русскую, но угроза окружения вынудила отойти на р. Сан. В октябре уволен в отставку с присвоением почетного наименования "фон Комаров» за "победу» в Томашевском сражении. Как свидетельствует Н.Н. Головин: "Насколько переоценивалась А.-В. Главнокомандованием "победа у Комарова", свидетельствует следующий факт. Генералу Ауффенбергу было пожаловано Императором Франц Иосифом наименоваться впредь Ауффенберг фон Комаров. Правда, весьма скоро ген. Ауффенберг-Комаров был обвинен в тенденциозном преувеличении в донесениях и отрешен от командования, но в рассматриваемые дни А.-В. Главнокомандование верило в полной мере его сообщениям»…."В предвзятом мышлении Штаба 4-й А.-В. армии, полученные от своих войсковых начальников донесения об этом отходе русских преломилось в "бегство Плеве"…Австрийская оффициальная история и до сей поры остается в этом уверенной.. Если поражение, которое нанесли через несколько дней частям той же А.-В. Армии "убежавшие" с поля сражения войска ген. Плеве, до сих пор не внушило австрийским историкам сомнения в действительности так ими называемой "Комаровской победы," то тем менее этого можно было ожидать от непосредственных участников самого сражения. Они хотели верить в свою полную победу и создали себе "картины", против чего предостерегал полководцев Наполеон».[30]

18) Данкль фон Красник Виктор (1854-1941) – граф, генерал-полковник. В Галицийской битве – командующий 1-й австрийской армией. В ходе Люблин-Холмской операции нанес поражение 4-й русской армии, пытался осуществить ее двойной охват (почетное наименование "фон Красник»). На 2-м этапе битвы в результате разгрома корпуса Р. фон Войрша, группы Иосифа-Фердинанда и 10-го армейского корпуса своей армии отошел за р. Вислока. Совместно с 9-й германской армией армия участвовала в Варшавско-Ивангородской операции, в октябре разбит в Келецком сражении. Зимой 1914/15 гг. воевал под Краковым, потерпел поражение под Новым Корчиным. В ходе Горлицкой операции 1915г. действовал против карпатской группы 3-й русской армии. С мая 1915г. – на Итальянском фронте.

19) Брудерман Рудольф фон (1950-?) – генерал кавалерии. Во время Галицийской битвы 1914-го командующий 3-й армией. Активной обороной Галиции пытался сдержать напор русских 3-й и 8-й армий Юго-Западного фронта. Проиграл сражения на Золотой и Гнилой Липах, эвакуировав 21 августа Львов. Уволен в отставку.

20) Рузский Николай Владимирович (1854-1918) – генерал-от-инфантерии, генерал-адъютант. С 19.07.1914г. – командующий 3-й армией Юго-Западного фронта. Во главе армии участвовал в Галицийской битве, взял Львов. С сентября главнокомандующий армиями Северо-Западного фронта, с августа 1915г. – армиями Северного фронта. В начале войны пользовался славой "героя Львова», но ни один из генералов Русской армии не принес столько вреда, как Рузский. Так, в ходе Галицийской битвы "мираж Львова», которому он посвятил все свои усилия, во многом исказил общий рисунок сражения, который мог увенчаться большими для русских результатами. После завершения Августовской операции отстранил успешного командующего 10-й армией В. Е. Флуга от должности, за то, что последний занял Сувалки на 2 дня ранее намеченного Рузским срока - за "опасную активность». В ходе Лодзинской операции ударная германская группа благодаря Рузскому вышла из окружения - Рузский, не разобравшись в обстановке, предписал отступление 1-й, 2-й и 5-й армий[31]. Несмотря на протесты П. А. Плеве, Главнокомандующий фронтом настоял на своем. Распоряжение было в дальнейшем отменено, но временной момент упущен, и блокирующие части не были усилены. Германцы в ночном бою 11 ноября прорвал позиции 6-й сибирской стрелковой дивизии и соединились с главными силами. Запоздалое преследование германских войск, отходящих по фронту русских армий также не было организовано, несмотря на телеграмму Плеве командующему фронтом, считавшего, что "войска противника истомлены как большими переходами, так голодовкой, а сверх того наступили морозы. При таких условиях немедленное и безостановоч­ное преследование может дать самые решительные результаты»[32]. Преждевременно впоследствии была оставлена Лодзь – командующий 5-й армией П. А. Плеве в телеграмме еще от 19 ноября предлагал Рузскому закрепиться на занятых рубежах и повременить с отходом, мотивируя это тем, что: "войска прочно окопались, продолжают еще усиливаться, положение вполне для нас благоприятное, настроение войск вполне бодрое. По отзывам многих начальников, они и вверен­ные им войска крайне огорчены предстоящим отходом; полагаю со своей стороны, что войска 5-й и 2-й армий, оставаясь на линии занимаемых укрепленных позиций, могли бы успешно удерживаться на них до по­лучения возможности перейти в наступление, отход же их при теперешней близости противника представит чрезвычайные трудности, не говоря о неблагоприятном впечатлении на силу духа»[33]. Ответственность за свои действия Рузский свалил на подчиненных камандармов: П.-Г. К фон Ренненкампфа и С. М. Шейдемана. На Седлецком совещании 19 ноября настоял па при­остановке успешного наступления Юго-Западного фронта, повлияв таким образом на обстановку на всем Восточноевропейском ТВД. Добивался от Ставки разреше­ния отойти на Варшавские крепостные позиции, но потерпел неудачу. В январе 1915г. поддался на проведенные германским ко­мандованием демонстрации сил у Воли Шидловской и Ломжи, бросил на второстепенные направления все резервы. По настоянию Рузского 10-я армия провела Ласдененскую операцию, не давшую результатов, но поглотившую ос­тававшиеся резервы. Это в свою очередь, стало предпосылкой катастрофы 10-й армии в Августовской операции. Но и управленческие действия Рузского в ходе самой операции привели 10-ю армию к трагическому результату. Генерал А. П. Будберг (в то время начальник штаба 10-й армии) дает такую характеристику командования фронтом: "в те времена фактическим Главнокомандовавшим С. З. фронтом по оперативной части был достаточно всем известный и достаточно всеми презираемый и ненавидимый Бонч, великий визирь при совершенно выдохшемся Рузском, отдавшим все оперативные бразды правления в руки своей "Маскотты" (так он называл Бонч-Бруевича, приписывая ему все свои успехи на Австрийском фронте) и утверждавшим все, что докладывалось ему этим пустопорожним и безграмотным в военном деле честолюбцем, захлебнувшемся в доставшейся ему власти и не знавшим ни удержа, ни предела в проявлении последней»[34].

На посту командующего Северным фронтом на последней стадии Виленской операции (осень 1915г.) после того как П. А. Плеве вынудил противника к отступле­нию, Рузский не дал возможности организовать преследование отступающего противника, свернув контрнаступление последнего. Рузского характеризовала большая осторожно­сть: в частности, отменил в 1916-м проведение 12-й армией Р.Д. Радко-Дмитриева операции по высадке десанта в тыл германской армии, пассивно действовал в период Нарочской операции 1916г. Решительно выступал против перспективного плана кампании 1917г., разработанного генералами В. И. Гурко и А. С. Лукомским. Наконец, давление командующего Северным фронтом Рузского в большей степени, чем все остальное, способствовало отречению императора.

21) Брусилов Алексей Алексеевич (1853-1926) – Генерал от кавалерии, генерал-адъютант. 19.07.1914г. был назначен командующим Проскуровской группой войск (занимавшей самый южный участок русского фронта), 28 июля преобразованной в 8-ю ар­мию Юго-Западного фронта. Принял выдающееся участие в Галицийской битве (сражения на Золотой и Гнилой Липах, Городокское сражение). Победа на Гнилой Липе уничтожила "значение победы австрийцев на севере в Томашевском сражении»[35], изменив стратегическую обстановку на русско-австрийском фронте. На последнем этапе Галицийской битвы войска 8-й армии вы­держали напор вдвое превосходящего про­тивника, чем способствовали основной победе частей 3-й и 4-й армий. Брусилов зарекомендовал себя как сторонник активных, наступательных действий В Городокском сражении 8-я армия сковала наступательным боем более чем вдвое превосходящего противника. Активные действия командарма-8 во многом способствовали захвату русскими инициативы в Галиции. С конца октября 1914г. по март 1915г. армия вела бои в Карпатах и за выход на Венгерскую равнину. Карпатская операция (30 марта Карпаты были форсированы) имела важнейшее оперативное и стратегическое значение, поставив германский блок на грань катастрофы. Генерал-квартирмейстер штаба Верховного главнокомандующего генерал-от-инфантерии Ю. Н. Данилов дал Брусилову следующую характеристику: "Это был очень образованный генерал, хотя и не прошедший академического курса, но много читавший и размышлявший над военными вопросами… Генерал Брусилов был военачальником, так сказать, кавалерийского типа и по своему физическому строению, и по моральным данным. В деле ведения боевых опера­ций он отличался большим порывом и необыкновенной стремительностью, каковые качества удваивались при успехе. Но вместе с тем под влиянием встречавшихся за­труднений, и особенно при отсутствии немедленной под­держки, эти его качества имели свойство довольно быст­ро падать. Во всяком случае это был один из самых выда­ющихся русских генералов... Полный порыва, Брусилов ручался за успех, но...про­сил подкреплений и патронов!..».[36] Во время отхода 1915-го неоднократно контратаковал, в сентябре 1915г. в Луцкой операции разгромил 4-ю австро-венгерскую армию. Зимой 1915/16 гг. занимался Брусилов и организацией импровизированных партизанских отрядов для действий в тылу противника. С 17.03.1916. – главнокомандующий армиями Юго-Западного фронта, настоял на нанесении армиями его фронта главного удара. Брусиловский прорыв – не только одна из самых блестящих страниц Первой мировой войны, но и русской военной истории в целом. Это признает и противник. М. Гофман пишет : "..русские неожиданно для себя одержали самую блестящую победу, которую они только имели за всю войну»[37]. В стратегическом плане операция знаменовала окончательный переход инициативы к странам Антанты, на стороне блока выступила Румыния. Австрийцы были вынуждены свернуть свое наступление против итальянцев в Трентино, германцы ослабили активность под Верденом. Вообще же, поражение, понесенное австрийцами, внесло больший вклад в распад Габсбургской империи, чем любой другой фактор. Одно из крупнейших поражений стран германского блока в войне едва не привело к обрушению всего Русского фронта в целом. Успехи Брусилова привели к изменению всей стратегической обстановки в Европе: кампания 1916г. заканчивалась в пользу союзников по Антанте. Как писал Генерал от кавалерии В. И. Гурко : "Это было время, когда репутация русской армии и самого генерала Брусилова небывало высоко поднялась в глазах наших союзников, и в первую очередь – итальянцев»[38]. Внес новое слово в развитие военного искусства, найдя выход из позиционного тупика. Брусиловское наступление является примером прорыва на широком фронте с чередованием активных и пассивных участков. Метод Брусилова был назван "стратегией параллельных ударов». Тем не менее, допустил ряд ошибок, позволивших противнику стабилизировать обстановку. Активно способствовал отречению императора. В мае-июле 1917г. Верховный главнокомандующий, снят после провала летнего наступления. Один из самых популярных русских генералов, организатор ударных частей.

22) Кевесс фон Кевессгаза (1854-1924) – барон, генерал пехоты, впоследствии генерал-полковник и генерал-фельдмаршал австрийской армии. В начале войны командир 12-го армейского корпуса и группы корпусов 2-й армии, перебрасываемых с Балкан в Галицию. Во время Галицийской битвы армейская группа совместно с 3-й армией противостояла русским 3-й и 8-й армиям. Потерпел поражение у Подгайцев. Впоследствии успешно действовал в Галиции и Польше, с февраля 1915г. командующий армейской группой "Кевесс». 22.07.1915г. взял Ивангород, с сентября 1915г. командующий 3-й армией, с которой участвовал в разгроме Сербии, воевал на Итальянском фронте. С июля 1916г. во главе армии противостоял русским войскам Юго-Западного фронта, с октября во главе 7-й армии участвовал в разгроме Румынии. В русском летнем наступлении 1917г. успешно сдержал натиск 8-й русской армии, в июле отбросил русских за р. Прут. Действовал против войск Румынского фронта. Один из самых способных генералов австро-венгерской армии.

23) Бем Эрмоли Эдуард (1856-1941) – барон, генерал кавалерии, впоследствии генерал-полковник и фельдмаршал. Командующий 2-й армией, развертываемой против Сербии. 12 августа первые дивизии армии выгрузились в Галиции. В ходе Галич-Львовской операции армия потерпела поражение от 3-й и 8-й русских армий. Участвовал в Городокском сражении, Лодзинском сражении, Горлицком прорыве (взял г. Львов). С сентября 1915 по июль 1916 гг. и в октябре 1916-1918 гг. Главнокомандующий группой армий "Бем Эрмоли». Участвовал в отражении наступлений Юго-Западного фронта 1916 и 1917 гг.

24) Эверт Алексей Ермолаевич (1857-1926) – генерал-от-инфантерии. С 12 августа 1914г. командующий 4-й армией, потерпевшей ранее поражение в Люблинском сражении. Пытался стабилизировать обстановку, на этапе Городокского сражения противостоящие 4-й армии войска противника начали отход. Участник Варшавско-Ивангородской операции, Келецкого сражения, в период Лодзинской операции действовал на Ченстоховском направлении с переменным успехом против 1-й, 2-й австрийских армий, корпуса Р. Войрша. В июне 1915г. нанес поражение австро-венгерским войскам в ходе Таневского сражения, участник Люблин-Холмского сражения июля 1915г., боев на р. Висла. С августа 1915г. Главнокомандующий армиями Западного фронта. В сентябре 1915г. предотвратил прорыв австро-германцев между Двинском и Сморгонью. Характеризовался как излишне осторожный и педантичный военачальник. Возражал против весенне-летнего наступления 1916г. и затягивал с началом его проведения, но войска его фронта должны были наносить главный удар. В конце концов, благодаря саботажу Эверта и неоднократному переносу сроков наступления функция главного удара была передана Юго-Западному фронту, но время во многом было упущено. Генерал А. А. Брусилов требовал от Ставки хоть какой-то активности других фронтов – это позволило бы, по крайней мере, сковать противостоящие им войска противника. Так, он писал генералу М. В. Алексееву 5 июня : "…если бы Западный фронт своевременно атаковал, мы бы покончили здесь с противником и частью сил могли бы выйти во фланг про­тивника ген. Эверта. Ныне же меня могут разбить, и тогда наступление Эверта, даже удачное, мало поможет.… мне горестно, что такими разрозненными усилиями компрометируется выигрыш войны, что весьма чревато последствиями, и жаль воинов, которые с таким самоотвержением дерутся, да и жаль, просто академиче­ски, возможности проигрыша операции, которая была, как мне кажется, хорошо продумана, подготовлена и выпол­нена и не закончена по вине Западного фронта ни за что ни про что»[39]. В итоге, генерал А. Е. Эверт при бездействии Ставки не только не начал в указанный ему срок (28—29 мая) на­ступления, но и откладывал его четыре раза (до 20 июня), после чего вместо главного удара на Виленском направлении произвел второстепенный удар на Барановичи. Пользуясь этим, германское ко­мандование подтянуло в полосу Брусиловского наступления 20 дивизий из Франции и Македонии, а также с других участков Восточного фронта. Решительно выступал против В. И. Гурко и А. С. Лукомского, поддержал отречение императора. Уволен в марте 1917г.

25) Плеве Павел Адамович (1850-1916) – Генерал от кавалерии. Один из лучших русских полководцев Первой мировой войны. Во главе 5-й армии участвовал в Галицийской битве Юго-Западного фронта. После неудачной по объективным причинам Томашевской операции принял 18 августа единственно верное и крупное оперативное решение на вывод армии из-под ударов австрийских войск в целях перегруппировки для дальнейшего наступления. Известнейший военный историк русского зарубежья генерал-лейтенант Н.Н. Головин отмечал, что этот отход "отнюдь не являлся вынужденным отступлением; это был отрыв от противника, возвращавший сохранившей свою полную боеспособность армии свободу маневра»[40]. Австрийские войска понесли более крупные потери и не смогли окружить корпуса 5-й армии. Маневр П. А. Плеве на этапе Городокского сражения двумя группами корпусов разорвал связность австрийского построения и сорвал замыслы противника : "5 армия помогла одной половиной своих сил 4 и 9 армиям, и другой половиной 3 и 8 армиям, применяя маневр глубокого движения обеими своими половинами в эксцентрических направлениях. Хотя, таким образом, операция 5 армии развивалась в двух направлениях, но была объединена одной мыслью командарма»[41]. Н.Н. Головин называет Плеве "выдающимся командующим армией»[42], отмечая такую черту командарма, как справедливое признание заслуг подчиненных, говоря, что : "генерал Плеве преклонялся перед доблестью и решительностью, про­явленными генералом Горбатовским в Томашевском сражении, и был преисполнен благодарности по отношению к нему, что и выразил ему лично на свидании со всеми командирами корпусов, в первых числах сентября, в районе Цешанува, перед движением армии к Сану»[43]. Участвовал в Варшавско-Ивангородской и Лодзинской операциях. Под Лодзью именно усилиями П. А. Плеве была окружена германская ударная группировка. Группа из 2-й и 5-й армий под командованием П. А. Плеве была отрезана от руководства со стороны командования фронтом и должна была действовать самостоятельно. Как раз в этой обстановке отсутствия препон со стороны Рузского Павел Адамович смог проявить свои качества и тяжелое положение его группы в течение всего сражения не повлияло на правильность оперативного руководства с его стороны. Отступление полуокруженных русских войск превратилось бы в катастрофу, спасти положение могли лишь активные действия войск и выдержка командования. Энергия П. А. Плеве предотвратила катастрофу в форме "Седана», вырвав казалось бы уже гарантированную победу из немецких рук. В тактическом плане Плеве зарекомендовал себя как сторонник маневра, активных действий, борьбы на флангах, эффективно применяет конницу. А. Нокс (представитель британской армии при русском командовании) – дал интересный психологический портрет Павла Адамовича касательно Лодзинской операции: "Успешность задуманного плана зависела от толкового его выполнения Ренненкампфом, командующим 1-й армией, и Плеве, командующим 5-й армией. Эта два человека, которые, как и Шейдеман, командующий 2-й армией, принадлежали к давно обрусевшим фамилиям германского проис­хождения, совершенно не походили друг на друга. Ренненкампф был лихим кавалеристом, обладавшим большой личной отвагой и всем видом своим напоминал прирожденного вождя. Плеве, напротив, был старичок маленького роста, сутуловатый, слабого здоровья. Ренненкампф пользовался в Вильне, еще до войны, личной популярностью, хотя и заставлял усиленно работать своих солдат и лошадей своей кавалерии. Плеве в Москве имел репутацию человека, слишком погруженного в подробности, детали, педанта. За исключением своих ближайших сотрудников он не был популярен из-за своей любви к точности в аккуратности, да и сам не искал популярности. Ренненкампф не ладил со своим начальником штаба, г. Мильянтом; известно было, что иногда он не стеснялся среди ночи по­сылать приказания, изменявшие или совершенно отменявшие распоряжения, только несколькими часами раньше отданные начальником штаба. Мильянт на самом деле, видимо, плохо действовал на нервы своего коман­дарма, так как однажды Ренненкампф прямо заявил ему, чтобы он "убрал свой нос подальше, потому что он не может более переносить его вида!». Плеве же, наоборот, работал в полном согласии со своим блестящим начальником штаба, г. Миллером. Ренненкампф, может быть, сделался бы Мюратом, родись он сотней лет раньше, на посту же командующего ар­мией в двадцатом столетии он был анахронизмом и прямой опасностью для этой армии. Плеве принадлежал больше к школе Мольтке и обладал логическим умом и железной волей. Не удивительно поэтому, что именно Плеве со своей 5-й армией спас 2-ю от надвигавшейся катастрофы, тогда как Ренненкампф всеми порицается именно за то, что не сумел вполне воспользоваться изменением обстановки в благоприятную сторону и позволил немцам ускользнуть. Несколькими месяцами позже поклонники Плеве из штаба 5-й армии любили рассказывать, как на походе к нему подскакал офицер, ординарец от Шейдемана, и взволнованно воскликнул: "Ваше пр-во, 2-я армия окружена и принуждена сдаваться!». Плеве в продолже­ние одной - двух секунд молча смотрел на молодого человека из под своих густых, нависших бровей и затем сказал: "Вы прибыли, мой милый, играть трагедию или с докладом? Если у вас есть донесение, то доложите его начальнику штаба, но помните, не разыгрывать трагедий, а то я посажу вас под арест»[44]. В февральско-мартовской Праснышской операции 1915г. руководил войсками 12-й армии Северо-Западного фронта. По свидетельству генерал - квартирмейстера штаба Верховного главнокомандующего Ю. Н. Данилова Верховный главнокомандующий "генерала Плеве … вместе с его начальником штаба генералом Миллером считал наиболее подготовленными для выполнения задуманной операции».[45] Русские благодаря решительным действиям Павла Адамовича одержали решительную победу над равноценным противником (взято до 14000 пленных немцев), чем в значительной мере были устранены последствия неудачного Августовского сражения 1915г. (зимнее сражение в Мазурии). П. А. Плеве не дал уничтожить 10-ю армию генерала от инфантерии Ф. В. Сиверса, и первоначальные успехи германцев в Августовской операции над армией Сиверса сменились их поражением от войск Плеве – не зря французы именовали зимний Прасныш "русской Марной». Заметен и стратегический аспект операции. Германский план удара на Седлец с северо-запада сорван, успех русских войск в этой операции наряду с другими факторами расстроил весь германский план весенней кампании 1915 г. Во главе 5-й армии успешно противостоял германцам в Прибалтике весной-осенью 1915г. (Митаво-Шавельская, Виленская операции, Свенцянский прорыв, оборона Двинска). В Митаво-Шавельской операции в условиях начавшейся осуществляться операции на окружение, Плеве вовремя вывел свои войска из намечающегося котла, сохранив армию. Военный специалист Г. Корольков отмечает: "в этом решении Плеве идет против требований Ставки - удерживать каждый аршин земли до последней крайности (это привело ко многим излишним потерям без всякой пользы для дела) и этим показывает правильное понимание маневра. Для него разрыв фронта менее страшен, чем напрасная потеря живой силы, он видел, что всякий раз­рыв может быть исправлен соответствующим маневром»[46]. Он же отмечает, что: "Недостаток сил и средств не позволял Плеве принять наступательный план и вырвать из рук противника инициативу, ему приходилось ограничиваться обороной. Однако, он не мог отказаться от активности и решил на удар противника отвечать ударом. Такой контр-маневр является не только противодействием воле противника, но выражает стремление оказать на нее давление и заставить его отказаться от удара»[47]. Ю. Н. Данилов отмечает, что с момента перевода в Прибалтику генерала П. А. Плеве со штабом "управление войсками было упорядочено и дальнейшее распространение неприятеля приостановлено».[48] Академик И. Ростунов отмечает применительно к Митаво-Шавельской операции: "Плеве, весьма здраво оценив обстановку, разгадал этот замы­сел (маневр двойного охвата немцев - прим. автора) Он отдал приказ о немедленном отходе, чтобы вывести вой­ска из-под ударов врага»[49]. Также историк пишет, что русское командование "находясь в невыгодных условиях, сумело противопоставить врагу способ борьбы, приведший к срыву его намерений. Только генерал Плеве, которого Ставка считала одним из лучших командующих армиями, в Риго-Шавельской операции проявил удивительную настойчивость и требовательность»[50]. Г. Корольков, говоря об отходе 5-й армии в июле-августе 1915 года отмечает, что это "показывает гражданское мужество Плеве, так как мало было генералов, способных принять решение, идущее враз­рез с требованиями Ставки "ни шагу назад»[51]. Тот же автор, сравнивая руководство русскими войсками в Прибалтике (Плеве) и в летнем Праснышском сражении (Литвинов) (проводившихся параллельно), отмечает, что : "Одновременно с этим (т.е. с Праснышским сражением) Плеве вел сражение под Шавлями, он имел те же материальные недостатки, но действовал активно. На каждый маневр германского командования Плеве отвечал соответствующим контрманевром и сам старался давить на волю противника. Литвинов воле противника оказывал лишь пассивное сопротивление и склонялся к подчинению ей»[52]. Обращает на себя внимание быстрота, с которой П. А. Плеве схватывал обстановку и принимал решения, что особо значимо при парировании ударов противника. Именно конница 5-й армии (части Казнакова) закрыла Свенцянский прорыв. Стойкость и решительность генерала проявились при сохранении Двинска и двинского плацдарма – как истинный военачальник, он старался руководствоваться стратегическими соображениями и работать на перспективу (плацдарм под Двинском как раз и сохранялся в расчете на будущее наступление). Имея разрешение руководства оставить плацдарм, почти не имея резервов, удержался. В тактическом плане заметно умение командарма оперировать на флангах противника – удержать плацдарм на левом берегу реки у Двинска Плеве смог, действуя на флангах Неманской и 10-й германской армий. Приветствует Павел Адамович технические новинки, являясь сторонником современной войны. Недолго (декабрь 1915-январь 1916гг.) замещал должность главнокомандующего армиями Северного фронта. По состоянию здоровья оставил службу. Кавалер орденов Св. Анны 3-й степени с мечами и бантом, Св. Станислава 2-й степени с мечами, Св. Анны 2-й и 1-й степеней, Св. Станислава 1-й степени, Св. Владимира 4-й и 3-й степеней, французского ордена Почетного легиона (Командорский крест), румынского Ордена короны (Большой крест), медалей (в т. ч. за участие в войне 1877-78 гг.)[53].

26) Горбатовский Владимир Николаевич (1851-1924) – генерал-лейтенант, впоследствии генерал-от-инфантерии. Успешный боевой генерал, герой Русско-Японской войны. Во главе 19-го армейского корпуса 5-й армии Юго-Западного фронта отличился в Томашевском сражении (под напором 3-х корпусов противника удержал позиции, контратаковал, выиграв бой у Тарноватки). Именно непоколебимость 19-го корпуса, о который разбились все атаки противника, позволила создать предпосылки для стабилизации ситуации: "19-й корпус сковал 2-й, 9-й и 6-й австрийские корпуса, заставив первые два корпуса свернуть с Холмского направления, не дал себя окружить и своим упорством в значительной степени содействовал тому, что 4-я австрийская армия не выполнила поставленной ей оперативной задачи»[54]. Успешно участвовал с корпусом в Лодзинской операции. В апреле 1915г. в Южной Курляндии (Прибалтика) во главе войсковой группы сдержал наступление германцев, стабилизировав фронт. С июня 1915г. командующий 13-й армией Северо-Западного фронта. В июле удержался против превосходящих сил Бугской германской и 1-й австро-венгерской армий (Грубешовское сражение), нанес контрудар. В ходе общего отступления русских армий отошел за р. Буг. В августе возглавил 12-ю армию Северного фронта. Участник Нарочской операции, с марта 1916г. командующий 6-й армией Румынского фронта, с декабря – 10-й армии, которая должна была наносить главный удар Западного фронта в кампании 1917г. Уволен в апреле 1917г.

27) Лечицкий Платон Алексеевич (1856-1923) – генерал-от-инфантерии, один из лучших русских командармов Первой мировой. В августе 1914г. во главе войск 9-й армии Юго-Западного фронта форсировал р. Сан, взяв Сандомир. В октябре нанес поражение 1-й австро-венгерской армии на р. Опатовка, в ноябре переломил ситуацию, ликвидировав прорыв противника на стыке 4-й и 9-й армий. В декабре выбил противника со Скавронского массива, нанеся поражение 1-й австро-венгерской армии. Участник Карпатской битвы, с апреля 1915г. действовал в Заднестровье. В апреле 1915г. нанес поражение 7-й австро-венгерской армии, взяв Залещики и отбросив противника за р. Прут (Заднестровское сражение), но общая обстановка в результате Горлицкого прорыва вынудила к отходу. В августе разгромил 7-ю австро-венгерскую армию при Дзвиняче. Во время Брусиловского наступления действовал в Буковине, проведя успешные Черновицкую операцию, Бороноуцкое и Коломыйское сражения, разгромив 7-ю австро-венгерскую армию. В июле наступал на Галич, нанеся поражение 3-й австро-венгерской армии, 28 июля взял Станислав. В августе действовал в Трансильвании и лесистых Карпатах, в сентябре в молдавских Карпатах. Благодаря действиям Лечицкого в октябре-ноябре против войск 1-й и 7-й австро-венгерских армий было отсрочено германское наступлении на Румынию. В декабре выдержал удар 9-й германской армии. С началом "демократизации армии» в апреле 1917г. вышел в отставку.

28) Конрад фон Гетцендорф Франц (1852-1925) – граф, фельдмаршал австро-венгерской армии. Начальник Полевого Генерального штаба при Верховном главнокомандующем (фактически – руководитель австро-венгерской армии). Один из главных "поджигателей» Первой мировой, в то же время самый талантливый стратег германского блока. Осуществлял предвоенное стратегическое планирование австро-венгерских войск, много усилий приложил к подготовке и перевооружению австро-венгерской армии, руководил операциями во время боевых действий. Энергичный и целеустремленный военачальник, не раз пытался переломить ход Галицийской битвы в свою пользу, но общестратегические аспекты (в том числе предательство германского союзника и проявившийся численный перевес русских войск сыграли свою роль). Первоначально (в Люблин-Холмской операции и на раннем этапе Городокского сражения) австрийцы имели успех, но общий "маятник» Галицийской битвы качнулся не в их пользу. То, что австрийские армии не постигла в Галиции полная катастрофа – прежде всего заслуга Конрада, которому удалось четко провести маневр отхода и консоли­дировать позицию. Поведение германских войск в период проведения Галицийской битвы назвал предательством и с этого момента питал к ним "злое чувство», которое еще усиливалось желанием сохранить возможно большую самостоятельность в рамках коалиции. Стремился при каждом удобном случае отвлечь внимание германского Верховного командования от Французского фронта на Русский и Итальянский. Идейный вдохновитель Горлицкой операции 1915г., успешно осуществлял операцию в Трентино 1916г. (неподержанную германцами, хотя просьба Гетцендорфа была). Но, сняв лучшие дивизии на Итальянский фронт, пришлось перевозить их обратно в ходе Брусиловского прорыва 1916г. Успех не был достигнут ни на Итальянском, ни на Русском фронтах. Во время войны вмешивался во все важнейшие вопросы внутренней и внешней политики, но кофликтовал с Э. Фалькегайном, что не способствовало успеху общего дела. В марте 1917г. смещен с должности и до июля 1918г. командовал 11-й армией в Южном Тироле. Как отмечалось: "Конрад фон Гетцендорф - один из самых выдающихся деятелей мировой вой­ны. Обладая бесспорным стратегическим талантом, он был весьма смел в своих предприятиях, забывая лишь, что орудие, которым он действовал, не отличалось достаточной прочностью. Австро-венгерская армия была искусственно создана из самых разнохарактерных, иногда враждовавших друг с другом народностей, причем из них только немцы, венгры, хорваты и босняки-мусульмане дрались храбро, остальные же — чехи, словаки, русины, сербы, румыны и др. — шли в бой неохотно и при случае массами сдавались в плен»[55].  

29) Келлер Федор Артурович (1857-1918) – граф, генерал-лейтенант, позже Генерал от кавалерии. Выдающийся кавалерийский военачальник, "первая шашка России». В августе 1914г. при Ярославице разбил 4-ю кавалерийскую дивизию австрийцев. С марта 1915г. командир 3-го конного корпуса. В марте разгромил под Хотиным обходящую группировку противника, чем спас 9-ю армию (яркий пример стратегической роли конницы, столь редкий в Первой мировой). Сторонник атак в конном строю (знаменитая атака у Баламутовки и Ржавенцев 27 апреля), взаимодействия родов войск. Сыграл выдающуюся роль в Заднестровской операции 9-й армии в апреле 1915г. В период Наступления Юго-Западного фронта 1916г. осуществлял преследование южной группы 7-й австро-венгерской армии, занял Кымпулунг. Являясь убежденным монархистом, предложил императору услуги в подавлении мятежа. Отказался присягать Временному правительству и уволен. Отличался личной храбростью и пользовался популярностью в войсках.

30) Шуберт Рихард фон (1850-1933) – генерал артиллерии (с января 1917г. генерал-полковник) германской армии. В начале войны командир 14-го резервного корпуса 7-й армии, в октябре-ноябре 1914г. – командующий 8-й армией. Потерпел поражение в Августовской операции 1914г. С октября 14-го по август 16-го командовал 27-м резервным корпусом 4-й армии. С августа 1916г. командовал 7-й армией во Франции (награжден орденом Пур ле Мерит).

31) Сиверс Фаддей Васильевич (1853-1915) – генерал-от-инфантерии. В начале войны командир 10-го армейского корпуса 3-й армии Юго-Западного фронта. Отличился под Перемышлянами (прорвал фронт 12-го австро-венгерского корпуса), 28 августа ликвидировал Вальдорфский прорыв. С 23.09.1914г. командующий 10-й армией Северо-Западного фронта. В октябре – ноябре с успехом вел бои местного значения, занял значительную часть Восточной Пруссии (с гг. Сталлупенен и Гольдап). Понимая опасность неразумной диспозиции армии, заявлял о возможности повторения против его армии "маневра, что был сделан немцами против армии генерала Ренпенкампфа», но командование Северо-Западного фронта в лице генералов Рузского и В.Д. Бонч-Бруевича оставило информацию Сиверса без внимания. В начале январе 1915г. по приказу генерала Рузского, несмотря на возражения Сиверса, ар­мия провела Ласдененскую операцию, которая успеха лишь привела к удлинению фронта и исчерпанию резервов. Потерпел неудачу в Августовской операции января-февраля 1915г. (уничтожен в окружении 20-й армейский корпус). В марте отбросил германцев к Сувалкам. В апреле 1915г. уволен в отставку. Тяжело переживая поражение армии, покончил жизнь самоубийством. Начальник штаба армии генерал А. П. Будберг дал следующую характеристику своему начальнику: "в нормальных условиях генерал Сиверс был очень хорошим начальником; он был сурово добросовестен в исполнении всех лежавших на нем обязанностей, работая очень методично, спокойно и рассудительно, с отчетливостью старого преподавателя тактики, производил впечатление очень самостоятельного, уравновешенного и решительного человека; при общей сухости характера был очень заботлив к войскам, постоянно тревожился их нуждами и тяготами, всячески старался им помогать и не налагать на них ничего излишнего и показного, но все эти положительные качества оказались малодейственными в той обстановке, в которую наша армия попала в конце января (1915г. – прим. авт.)»[56].

32) Пфланцер-Балтин Карл (1855-1925) – барон, генерал кавалерии, впоследствии генерал-полковник австро-венгерской армии. С началом войны командующий армейской группы "Пфланцер-Балтин», с мая 1915г. – 7-й армии. Являясь практически неизменным оппонентом русской 9-й армии, в 1915-16 гг. неоднократно терпел поражения, наиболее существенные из которых – в ходе Коломыйского и Черновицкого сражений в период Брусиловского наступления 1916г. С сентября 1916г. инспектор пехоты, в дальнейшем – на Итальянском фронте.