Военно-санитарная служба мирного времени в России

Общая постановка военно-санитарной была службы такова, что при каждом начальнике более крупных войсковых единиц или соединений имелся врач, на обязанности которого лежало указывать на нужды и недостатки санитарного состояния данной части.

При военном министре таким лицом являлся Главный военно-санитарный инспектор, при командующих войсками в округах — окружного военно-санитарный инспектор, а при войсках — корпусные, дивизионные, бригадные и полковые врачи.

Главный инспектор по медицинской части в 1817-1826 гг.

Усмотрев какой-нибудь недочет в санитарном отношении, врач был обязан делать доклад начальнику части и, если начальник одобрить предложенную меру, и она не выходить из сферы его компетенции, то приказом по части, округу или военному ведомству мера эта предписывалась к исполнению. В случае неодобрения начальником предлагаемой меры, вопрос мог быть передан на рассмотрение высшей инстанции.

Независимо от сего, начальствующие врачи давали свои заключения, если таковые от них требовались, по-разному рода вопросам, касающимся проектируемых мероприятий.

Далее, в деле предупреждения болезней среди воинских чинов являлось весьма важным фактором распространение среди чинов армии сведений по гигиене, подаче первой помощи и т. д.

Согласно существующему, в тот период, порядку, врачи вели занятия по охранению здоровья с нижними чинами в учебных командах. Не менее раза в неделю врач части давал уроки, сообщая нижним чинам, в самой общедоступной форме и по определенной программе, краткие сведения, касающиеся общих правил гигиены, мер личной профилактики и подачи первой помощи при несчастных случаях. Цель этих занятий заключалась в том, чтобы достигнуть понимания каждым унтер-офицером значения гигиенических требований, содержащихся в уставах, и сознательное исполнения им всех этих требований, и чтобы такой начальник из нижних чинов сумел объяснить своим подчиненным, почему от них требуется выполнение той или иной меры.

Опыт показал, что ученики учебных команд, в большинстве лучшие люди в части, сравнительно легко усваивали необходимые сведения, часто вполне проникались ими и служили хорошими помощниками в деле контроля за исполнением санитарных мер.

Следующей группой лиц, которым регулярно преподавались краткие сведения о подании пособия при несчастных случаях, а равно и об основах гигиены, являлись команды носильщиков.

В каждой части определённое число нижних чинов подготавливались врачами для исполнения в военное время обязанностей санитара-носильщика.

Помимо сведений о повязках, переноске и перевозке раненых и уходе за больными, им преподавались некоторые сведения по гигиене. В пехотном полку, например, носильщиков было 64 ч.; кроме того, все музыканты и барабанщики также обязательно привлекались к этому обучению; т. образом, являлся довольно многочисленный контингент лиц в войсковой части, сознательно относящихся к требованиям гигиены.

Кроме перечисленных регулярных занятий по гигиене, все большее и большее распространено приобретало сообщения по гигиеническим вопросам, делаемые врачами частей для нижних чинов, с соответствующей демонстрацией при помощи волшебного фонаря.

Следующей мерою для охранения здоровья армии являлся надзор за исполнением санитарных мероприятий. Врач части, был обязан, возможно, чаще посещать и осматривать казармы, кухни, следить за чистотою и опрятностью при приготовлении пищи, свидетельствовать пищу, присутствовать при ученьях, маневрах, наблюдая, как эти занятия отражаются на здоровье людей, особенно более слабых, которые должны были известны ему поименно. Периодически врачи осматривали всех нижних чинов части, обращая особое внимание на тех, кто начал прихварывать, слабеть или худеть; таким нижних чинам врач давал освобождение от занятий на определенный срок или зачислял их в слабосильные — для поднятия питания.

Для правильного суждения о причинах болезни и для быстрого прекращения их весьма часто представлялось необходимым производить исследования воды, воздуха, почвы, отделений и выделений больных, и поэтому планомерная борьба с болезнями и своевременное прекращение эпидемии возможны были только при наличии соответствующим образом оборудованных лабораторий и подготовленных работников.

Военно-санитарное ведомство содействовало, по мере возможности, устройству таковых лабораторий при частях войск; что же касается госпиталей и местных лазаретов, то таковые (из последних — наиболее крупные) снабжались вполне удовлетворительно оборудованными лабораториями, хотя и с немалыми затруднениями вследствие недостатка врачей.

Высшие медицинские инстанции осуществляли надзор за исполнением санитарных мероприятий путем инспекторских объездов частей и учреждений.

Служба предупреждения болезней приобретала особую интенсивность при наличии каких-либо эпидемий или при возможности заноса таковых. Особенно напряжённая работа в этом отношении бывала при прибытии в часть новобранцев. Кроме поголовного осмотра врачами всех прибывших, их помещали в отдельные помещения, дезинфицировали их вещи, прививали предохранительную оспу.

При наличии эпидемии в гарнизоне учащались санитарные осмотры, соответственно изменялась пища людей, устанавливается строжайший надзор за исполнением всех санитарных мер.

При возникновении больших или опасных эпидемий соответственно подготовлялся низший персонал, — обыкновенно носильщики, — для ухода за больными и производства дезинфекции, формировались особые летучие отряды для производства дезинфекции и устраивались специальные отделения для лечения заболевших и изоляции лиц, бывших с ними в соприкосновении. Наконец, всё старание направлялось на то, чтобы каждый случай был распознан, возможно, раньше, возможно скорее и чтобы были приняты самые энергичные меры для локализации заразы. Только такого рода энергичной борьбой и можно объяснить то, что наша армия за последние годы своего существования не знала сколько-нибудь опасных эпидемий как по характеру своему, так и по размерам.

Особо видное место занимал в этой отрасли санитарной службы борьба с глазными болезнями.

До начала XX века, а то позднее, глазные эпидемии (чаще трахома) охватывали целые части, длились годами и давали большое число безвозвратно потерявших зрение. Энергичная борьба, в виде постоянного надзора, строжайшей изоляции заболевших, планомерного лечения, сделала эти эпидемии достоянием прошлого.

Забота о санитарном благосостоянии армии начиналась уже с момента пополнения её рядов новобранцами и заключалась в недопущении в войска лиц, неспособных по своим физическим качествам к службе под знаменами. С этой целью, ежегодно во время призыва новобранцев, хотя и с немалыми затруднениями для правильного несения санитарно-врачебной службы в частях войск и военно-лечебных заведениях, командировались в присутствия по воинской повинности (сейчас военкоматы) около 650 военных врачей для осмотра совместно с гражданскими врачами призываемых. К сожалению, по недостатку военных врачей, не представлялось возможным командировать их во все без исключения присутствия. Принятые присутствиями по воинской повинности на военную службу новобранцы вторично осматривались военными врачами перед отправлением в войска на сборных пунктах при управлениях уездных воинских начальников, и признанные при этом к военной службе негодными отправляются на окончательное переосвидетельствование в губернии по воинской повинности присутствия.

Такой порядок вторичного переосвидетельствования новобранцев на сборных пунктах был установлен только в 1909 г. и дал результаты весьма благоприятные.

По прибытии новобранцев в части войск они вновь осматривались врачами части, при чем производились все установленные исследования их, и все полученные при этих исследованиях данные относительно состояния здоровья прибывших новобранцев отмечались врачами части в особых медицинских листах.

При обнаружении среди прибывших лиц, негодных к военной службе по состоянию здоровья, таковые направлялись в комиссии, образуемые при лечебных заведениях для освидетельствования и увольнения нижних чинов вовсе от службы или в отпуск для поправления здоровья.

Главнейшими санитарно-гигиеническими факторами в жизни военных чинов служат: помещения, пища, одежда и занятия.

Помещения, занимаемые войсками, делились у нас на 3 группы:

1) казармы военно-инженерного ведомства,

2) казармы городские и

3) казармы, нанятые у частных лиц.

Следует также упомянуть и об особом виде расквартирования войск — по обывательским домам, применяемом тогда лишь в исключительных случаях.

Казармы военно-инженерного ведомства, в особенности более поздней постройки, занимали по своему благоустройству первое место, как наиболее удовлетворяющие современным требованиям гигиены. Они специально приспособлены для войск, достаточно просторны, сухи, светлы и теплы. При них имелось обыкновенно все нужное для обихода войсковых части: столовые, хлебопекарни, бани, цейхгаузы и сараи, а при некоторых и прачешные, хотя и в этой группе встречаются обветшалые уже постройки, с плохого вентиляцией, и неудовлетворительно держащие тепло.

Число войск, расположенных в инженерных казармах, непрерывно возрастало по мере постройки новых казарм (в начале XX века, в них помещалось 701 т. нижних чинов, т.-е. 56,1 % среднего списочного состава).

Казармы, принадлежащие городским самоуправлениям по своему благоустройству, в общем, стояли ниже предыдущей группы. Эти казармы не все были снабжены необходимыми службами, большое число из них плохо было приспособлены для своего назначения, неудовлетворительно ремонтировались и даже не удовлетворяли назначению.

Самыми худшими помещениями являлось 3-я группа — казармы, нанятые у частных лиц: это обыкновенно обывательские дома, без каких бы то ни было удобств и приспособлений для данного назначения, крайне неудобные для размещения войск, и только по нужде, за неимением лучших, приходилось довольствоваться такими помещениями.

При расквартировании по обывателям нижних чины размещались в простых избах, вместе с хозяевами, в крайней тесноте и не только при отсутствии сколько-нибудь сносных гигиенических условий, но и при полной невозможности что-либо сделать в этом отношении, вследствие общности помещений воинских чинов и хозяев.

Санитарное благоустройство казарм, помимо характера постройки, зависит еще от двух важных санитарно-гигиенических условий: способа водоснабжения и удаления нечистот.

Это, в свою очередь, находится в зависимости, главным образом, от общего благоустройства мест расквартирования войск: там, где имеются водопровод и канализация, казармы включались в их сеть. Большинство, однако, казарм находилось в мало благоустроенных в этом отношении поселениях, и потому с этой стороны гигиенические условия казарм не могли быть признаны вполне удовлетворительными.

В значительной степени благоустройство казарменных помещений зависело и от их обстановки, относительно улучшения которой частями войск применялись все посильные для них меры: заводили хорошие руко- и ногомойки, плевательницы особого устройства, сосуды для хранения питьевого воды, кипятильники, устраивали прачечные с оборудованием их стиральными и сушильными машинами, для кухонь приобретались тестомесилки и костодробилки, столовая посуда, ящики с подогревателями для хранения мясных порций.

Имеющее, в то время  место размещение нижних чинов на нарах постепенно, хотя и с немалым трудом, выводилось, и нары заменялись топчанами или кроватями. Около 1/3 всего времени, проводимого под знаменами, нижние чины жили в лагерях. В виду этого, санитарное благоустройство последних играло большую роль в общем вопросе о санитарном состоянии армии.

Лагери по своему благоустройству представлялись также разнообразными. В более старых лагерных стоянках имелись все хозяйственные службы, разведены цветники, посажены деревья, устроены свои колодцы, в некоторых лагерях артезианские, отхожие места с бетонными выгребами. Но не все лагерные стоянки находились в местах с благоприятными климатическими и почвенными условиями. Некоторые лагери западных округов располагались на местах болотистых, лагери Кавказа не имели мест для купанья, лагери Туркестана страдали от отсутствия достаточного количества воды.

За неимением иных подходящих для лагерей мест, по необходимости приходилось мириться и с такими лагерными стоянками, принимая лишь всевозможные меры для парализования вредного влияния этих стоянок на здоровье войск. Однако, несмотря на некоторое несовершенство в устройстве лагерей, надо отметить, что пребывание в лагерях благоприятно влияло на здоровье нижних чинов.

Питание в деле охранения здоровья войск имело первенствующее значение. На эту сторону быта солдата в то время обращалось весьма большое внимание. Довольствие нижних чинов слагалось из 2 главнейших отпусков от казны: провиантского и приварочного.

Первый, провиантский представлял собою отпуск в натуре муки и крупы, а второй — денежный отпуск, равный стоимости ? фн. мяса с прибавкою 2 ? коп.

Соответственно с этим отпуском, каждая часть, сообразуясь с местными ценами на продукты, составляло раскладку на обед и ужин, в которой обозначалось, сколько припасов для приготовления каждого кушанья надо класть в котел, при чем, обращалось внимание на возможное разнообразие пищи в течение недели; в то время во всех частях производились 2 отдельные варки: на обед и на ужин.

В виду значительного вздорожания пищевых продуктов, и недостаточности установленного размера постоянной части приварочного оклада, количество жира в большинстве пищевых раскладок представлялось недостаточным. К устранению этого существенного недочета питания нижних чинов частей войск всеми мерами стремились, употребляя, для увеличения количества жира, всеми доступными способами.

Постную пищу, нижние чины получали во время 1, 4, 7-ой и недели говенья во время Великого поста.

Большинство частей располагались в местностях, бедных рыбою, и поэтому постный рацион нижних чинов в этих частях состоял, главным образом, из овощей, картофеля, капусты и растительного масла. Недостаточная питательность такого рациона заставила заняться разработкой вопроса о довольствии войск консервированной (соленой) рыбой.

В то время, в этом направлении делались опыты как относительно определения сохраняемости подобного рода рыбных консервов, их питательности и усвояемости, так и вообще относительно приготовления пробных варок рыбной пищи в войсковых частях.

На врачах частей войск лежала обязанность постоянного неослабленного наблюдения за безукоризненной доброкачественностью продуктов, идущих на питание солдата, а также участие в выработке наиболее целесообразных пищевых раскладок, с обращением при этом особого внимания на питательность и возможное разнообразие пищи, и надзор за соответственным приготовлением пищи.

Нижних чины, помимо горячей пищи, выдаваемой им 2 раза в день, получали еще чай и сахар по расчету на каждого ?-зол. чая и 6 зол. сахара в день. Введение чайного довольствия сократило потребление нижними чинами сырого воды и благоприятно отразилось на здоровье людей.

Снабжение нижних чинов одеждой в начале XX века, в Русской армии значительно было улучшено по сравнению с прошлым. В виду того, что старосрочная мундирная одежда, выдаваемая новобранцам, могла служить источником передачи болезней, в частях войск обязательно принимались меры к соответствующей очистке и дезинфекции подобного рода одежды, прежде выдачи её в носку. При несении караульной службы в зимнее время выдавались тулупы и кеньги.

Одним из крупных улучшений после длительного времени надлежит признать улучшение качества солдатских сапог. Наряду с постоянно прогрессирующим улучшением быта войск русской армии от нижних чинов требовалась с каждым годом все большая и большая затрата сил. Уменьшение срока службы, с одной стороны и усложнение военного дела с другой неизбежно влекло за собою усиление учебных занятий. Не только лето, но и зима проходили в непрерывных занятиях и притом не только домашних, но и в поле.

Это обстоятельство, конечно, могло играть не малую роль в деле санитарного благополучия армии, т. к. неправильно организованный труд, несомненно, влек за собой ослабление организма и тем самым вел к усилению заболеваемости, но в предупреждение этого следили, чтобы в работу люди втягивались постепенно, чтобы наиболее слабые имели более продолжительный отдых и более питательную пищу, чтобы, наконец, в период предварительной подготовки, путем правильно поставленной гимнастики, молодой солдат гармонично развивался и закаливался к перенесению предстоящих ему трудов. Заботясь о том, чтобы отдых солдата был, возможно, более полон и душевное его состояние не подавлялось однообразием казарменной жизни, в частях войск устраивались в свободное от службы время разнообразные развлечения: спектакли, кинематографические сеансы, чтения с соответствующими иллюстрациями помощью волшебного фонаря.

Заболевшие воинские чины поступали на излечение в гражданские и военно-лечебные заведения.

В гражданских лечебных заведения поступали только военнослужащие малых команд, расположенных в местностях, где не было врачебных заведений военного ведомства; громадное же большинство их пользовалось в военно-врачебных заведениях.

Военно-врачебные заведения распадались на 2 большие группы: войсковые, состоящие при частях войск, и постоянные.

Группу войсковых лечебных заведений составляли: приемный покой, войсковой лазарет и околоток, существующий при каждого отдельной части и даже команде и предназначенный для больных, требующих только маловажного наружного пользования или только отдохновения; при околотке же обыкновенно производились врачами амбулаторный прием больных (см. Амбулатории военные).

Приемные покои и полковые лазареты разнялись только своею величиною.

На приемные покои и на лазареты отпускались деньги в размере стоимости продовольствия здорового нижнего чина (провиантские, приварочные и чайного довольствия) с прибавкою в 15 коп. в сутки и отводилось помещение с отоплением и освещением.

На отпускаемые деньги покрывались все расходы по этим лечебным заведениям как по содержанию, так и по лечению больных.

По данным к 1 января 1910 г., число войсковых лазаретов, вместе с усиленными лазаретами гвардейских полков, было 333 (18 т. мест) и приемных покоев — 355 (3.580 мест).

Число означенных врачебных заведений не представляло постоянной величины, а изменялось в зависимости от нужд войсковых частей в военно-врачебных заведениях.

К постоянным военно-лечебным заведениям относили местные лазареты и госпитали.

Первых имелось 146 (16.219 мест), вторых 23 (16 101 мест, в том числе офицерских 952).

Кроме этого, имелся еще клинический военный госпиталь, состоящий при Императорского военно-медицинской академии, имеющий назначением, сверх пользования больных воинских чинов, практическое образование и приготовление к военно-медицинской службе студентов академии.

Местные лазареты содержались на посуточные оклады, отпускаемые в тех же размерах, как и в войсковых лечебных заведениях, при чем все расходы по такого рода лечебному заведению должны были покрываться из посуточного оклада, за исключением отопления и освещения, платы за помещение, за очистку отхожих мест, помойных ям, дымовых труб, за вывоз снега и за фураж для лошадей; что касается до госпиталей, то им отпускались от интендантства натурою вещи по установленным табелям, а припасы на продовольствие больных — согласно существующим табелям-порциям, утвержденным военным советом. Сверх того, для армии имелись еще и некоторые заведения специального назначения, как-то: 16 санаторных станций (3.915 мест, в том числе 1.009 офиц.), 8 психиатрических отделений (490 мест) при военных госпиталях, и клинические отделения при Киевском и Харьковском военных госпиталях. Войсковые лечебные заведения и местные лазареты были подчинены во всех отношениях старшим врачам, госпитали же имели особых начальников из генералов и штаб-офицеров, санаторные станции – суть вспомогательные лечебные заведения, функционирующие не круглый год, а только определённые периоды в течение лета и служившие, главным образом, для использования лиц, страдающих хроническими болезнями и нуждающимися в специальном лечении минеральными водами, грязями, морскими купаньями и т.п.

Хозяйство на санаторных станциях велось по лазаретному положению, т.-е. станции эти содержались на посуточном окладе. Начальниками санаторных станций состояли офицеры, назначаемые распоряжением окружного начальства.

Психиатрические отделения, составляя нераздельную часть того госпиталя, при котором состояли, отличались от других госпитальных отделений лишь отдельным штатом.

Клинические отделения Киевского и Харьковского военных госпиталей служили клиниками для университетов Св. Владимира и Харьковского.

В больших военных госпиталях имелись рентгеновские, а также и электролечебные кабинеты. Кроме того постепенно устраивались при постоянных военно-лечебных заведениях зубоврачебные кабинеты для оказания помощи нижним чинам, офицерам и их семействам.

В начале XX века, их имелось 5.

Что касается войсковых лечебных заведений, то при многих из них, также существовали зубоврачебные кабинеты, причем расход на оборудование их и на текущие потребности покрывается исключительно за счет остатков от полкового хозяйства. Всех таких зубоврачебных кабинетов в армии теперь имелось 122.

Постоянные лечебные заведения занимали или специально построенные для этой цели здания или соответственно приспособленные помещения иного назначения. В летнее время большинство лечебных заведений переводило своих больных в палатки, шатры или бараки, а зимние помещения в это время ремонтировались, дезинфицировались и проветривались. Пищевое довольствие больных в военно-лечебных заведениях производилось по особым табельным порциям, общим для всех лечебных заведений, кроме околотков, в которых больные получали пищу из общего ротного котла.

Инвентарем лечебные заведения снабжались по особым табелям от интендантства при формировании, и затем лазареты возобновляли и ремонтировали его за счет посуточного оклада, а госпитали за счет особых отпусков в мере действительной надобности.

Медикаменты, перевязочные средства, аптечные и врачебные предметы военно-лечебные заведения получали от казны по особым каталогам в определенном размере. Войсковые лазареты и приемные покои от казны перевязочные средств не получали.

Снабжение частей войск и военно-лечебных заведений медикаментами, перевязочными средствами и различного рода инструментами, врачебными предметами и аппаратами, производилось следующим образом. Главным источником снабжения этими предметами являлся завод военно-врачебных заготовлений (в Спб.). Завод обрабатывал перевязочные материалы, приготовлял хирургические инструменты и заготовлял значительную часть медикаментов. Свои изделия заводь отправлял частью непосредственно в лечебные заведения и войска, частью в аптечные магазины и склады (см.).

Медикаменты, не положенные по действующим каталогам, но признаваемые врачами необходимыми, приобретались покупкою, за счет ассигнуемой на сей предмет суммы в распоряжение врачей, по расчету 10 руб. в год на каждые 50 больничных мест.

Персонал военно-санитарного ведомства состоял из врачей, фельдшеров, фармацевтов и сестер милосердия.

Значительное число военных врачей получало свое специальное образование в Императорского военно-медицинской академии, следующее затем место занимали казенные стипендиаты медицинских факультетов университетов и, наконец, врачи, поступившие на военную службу добровольно или перешедшие из других ведомств.

Большинство врачей поступало на военную службу прямо "со школьной скамьи» и не обладало в достаточной степени ни знанием военно-санитарной службы и бытовых условий войск, ни желательной опытностью, а поэтому на первый год службы их приходилось прикомандировывать к военно-лечебным заведениям, где они и пополняли свои знания под руководством опытных врачей и приобретали необходимые для военных врачей специальные сведения и служебную опытность.

Во время дальнейшего прохождения службы также принимались меры к освежению и пополнению знаний врачей. К числу таких мер относилось снабжение врачей избранными научными сочинениями, премирование ученой работы и отчетов военных врачей и прикомандирование их на сроки в 6 месяцев к постоянным военно-лечебным заведениям, имеющим надлежащего образом оборудованные лаборатории, для изучения современных методов санитарно-гигиенических исследований, а также к военно-медицинской академии, сроком на 2 г. для усовершенствования в производстве их и для усовершенствования в науках. Кроме того, ежегодно наиболее выдающиеся врачи командировались с той же целью за границу на годичный срок. Прикомандирование к постоянным военно-лечебным заведениям сопряжено было обыкновенно с несением такими врачами и ординаторских обязанностей. Прикомандирование к военно-медицинской академии производилось с целью усовершенствования врачей в медицинских науках вообще, а также в хирургии и психиатрии. К числу мероприятий, принимаемых военным ведомством для подготовки военных врачей к наиболее продуктивной работе в условиях военного времени, надлежало отнести и установленные с 1906 г. санитарно-тактические занятия военных врачей.

Являясь существенно необходимыми для правильного использования в военное время имеющихся в распоряжении врачей сил и средств, занятия эти необходимо требовали некоторых предварительных теоретических познаний, относящихся к деятельности врачей в военное время, для наилучшего усвоения которых требовалось применение этих сведений к делу при решении на планах и в поле санитарно-тактических задач (см. Военная игра).

Имеющийся в армии некомплект врачей влек за собою необходимость, при малейшем увеличении заболеваемости в войсках или при случайных убыли врача, командировать в подвергшейся такой случайности части врача из другой части; командировки эти были тяжелы для врачей и крайне нежелательны для пользы дела, но избежать их совершенно не представлялось возможным. Может сам по себе существующий некомплект не мог быть признан особенно большим, но если принять во внимание безусловную необходимость различных командировок военных врачей для несения службы и если иметь в виду еще и командирование врачей с научной целью и расход больными и отпускными, то станете понятно, что некомплект врачей собственно в частях войск был часто довольно значителен. Для устранения такого некомплекта увеличивалось число казенных стипендий в военно-медицинской академии.

Низший медицинский персонал, военные фельдшера, подготовлялись: в специально устроенных военно-фельдшерских школах (см.) — так называемые "школьные фельдшера», — и при военно-врачебных заведениях, — так называемые ротные, эскадронные, сотенные и батарейные фельдшера.

Подготовка первых, как теоретическая, так и практическая, вполне удовлетворительна, и они являлись достаточно подготовленными к предстоящим им обязанностями.

Вторая категория стояла значительно ниже как вследствие краткости времени их обучения, так и вследствие низкого уровня общего развития; тем не менее, и они вполне были пригодны для не самостоятельной фельдшерской работы, под контролем врача.

Общее число медицинских фельдшеров со школьным образованием, положенных по штату для каждой части, обыкновенно для всех частей оказывался недостаточным, и их вакансии замещались в таких случаях ротными фельдшерами. Особую категорию фельдшеров составляли классные фельдшера. Согласно существовавшего законоположению, лучшие из фельдшеров, окончивших школы, прослужившие на военной службе не менее 3 лет, могли быть производимы в классный чин, при чем общее число классных фельдшеров по армии не должно было превышать 471 ч.

В составе классных фельдшеров некомплекта не замечалось.

Некоторые из этих фельдшеров назначались заведующими хозяйством войсковых лазаретов и вообще являлись помощниками врачей по хозяйственной и канцелярской частям. состоящие при военно-лечебных заведениях для ухода за больными сестры милосердия получают спец. подготовку, преимущественно в общинах Красного Креста.

В местные управления общества Красного Креста военным ведомством вносилось за каждую штатную сестру по 35 руб. в мес. и, кроме того, сестры милосердия получали от лечебных заведений помещение с мебелью, столовое и постельное белье и офицерское столовое довольствие, с заменой такового деньгами по действительной стоимости.

Низший служилый персонал назначался в военно-лечебные заведения из строя и уже практически приучался к уходу за больными во время службы.

Военные фармацевты, определяемые на военную службу, не имели какой-либо предварительной специальной подготовки к требованиям военной службы, некомплекта их не замечалось, т. к. число фармацевтов, желающих поступить на военно-медицинскую службу, превышало в несколько десятков раз число открывающихся вакансий.