ЛОЖНАЯ ПРОПАГАНДА В ЛИТЕРАТУРЕ И НУМИЗМАТИКЕ, ПРЕДСТАВЛЯЮЩАЯ АВГУСТА II СИЛЬНОГО КАК ВОЗРОДИТЕЛЯ ОРДЕНА БЕЛОГО ОРЛА
ЛОЖНАЯ ПРОПАГАНДА В ЛИТЕРАТУРЕ И НУМИЗМАТИКЕ, ПРЕДСТАВЛЯЮЩАЯ АВГУСТА II СИЛЬНОГО КАК ВОЗРОДИТЕЛЯ ОРДЕНА БЕЛОГО ОРЛА
Приложение к статье: Белого Орла, орден
Орден Белого Орла является старейшей и важнейшей польской гражданской наградой. Он был учреждён для правления короля Августа II Сильного в начале XVIII века, в то время, когда шла Великая Северная война, которую Речь Посполитая и Саксония вели в союзе с Россией против Швеции. Хотя источники однозначно определяют время учреждения этого ордена в XVIII веке, Август II и его соратники указывали на его возникновение во времена средневековых польских правителей. Целью настоящего реферата является указание на факты и источники, служащие генеалогическому обоснованию этой награды в древних временах.
Вначале установим, что под орденом и наградой мы понимаем почётные знаки, в сегодняшнем понимании, вручаемые чаще всего в форме креста, звезды или медали, даваемые государством за заслуги на гражданской и военной службе, а также в профессиональной и общественной жизни[1]. Ян Фридерик Сапега, который первым описал историю Ордена Белого Орла, полагал, что слово орден имеет два значения. Первое — это сообщество людей, которые объединяются для достижения целей, соответствующих их знакам. Речь идёт о рыцарских орденах. Второе значение относится к награде, то есть знаку, близкому к сегодняшнему пониманию слова «орден»[2]. В настоящем реферате мы занимаемся орденом во втором значении.
Возникновение почётных наград уходит своими корнями в древность, они вручались заслуженным людям в различных сферах жизни. В качестве примера можно привести хотя бы лавры для победителей Олимпийских игр или театральные награды. Византийские императоры выделяли выдающиеся заслуги золотыми и серебряными медалями, перстнями и т.д. В средневековье наградой служили, например, рыцарские пояса, оружие, земли или народы. С течением времени награды стали орденами, символами принадлежности к рыцарству, братству или союзу. Наподобие римских знамён были и знаки отличия, которые со временем превратились в ордена. Однако для того, чтобы они могли вручаться и присваиваться, требовались соответствующие узы, а также признание и уважение лиц, облечённых властью. На Западе Европы в XII веке начали появляться рыцарские ордена в полном смысле этого слова. Первым был орден Сиона, учреждённый в 1149 году Гуго де Пейном. Старейшим и важнейшим был основан в 1429 году бургундским герцогом Филиппом III Добрым Орден Золотого Руна[4]. До конца XVII века большинство европейских государств уже имели свои ордена, исключением из которых была Речь Посполитая[5].
Считаю целесообразным кратко напомнить, как обстояло дело с орденами в Речи Посполитой до эпохи саксонцев и как к этому относилась шляхта. Ключевым вопросом было недоразумение, связанное с процедурой учреждения Августом II Ордена Белого Орла. В Речи Посполитой до эпохи саксонцев не был введён ни один орден, за исключением немногочисленных проб. Это было связано с принципом шляхетского равенства, поскольку, как говорится в пословице: «Шляхтич на огороде равен воеводе». Этот принцип не позволял принимать никаких знаков, могущих нарушить это равенство. Это касалось не только орденов, но и таких почётных званий, как, например, князь или граф. Титулы были известны в Речи Посполитой. Ими пользовались немногие представители древних родов, которые, однако, были обязаны получать их от папы или императора. Шляхта следила за тем, чтобы награждение орденами королём не могло её унизить, а также не смогло бы возвысить кого-то, кто мог бы претендовать на равенство с ней. Единственными атрибутами шляхетского строя, которые могли быть введены, были: шпага и родовой герб.
В связи с отсутствием наград в стране, короли, которые искали славы за границей, получали их от иностранных монархов. Многие из них так и поступали. Помимо королей, награждались и некоторые поляки, начиная с Зигмунта I, который получил высшую в Европе награду — Орден Золотого Руна (отказался от неё, приняв её король Швеции Стефан Баторий)[6]. Шляхта смотрела косо на принятие иностранных наград, считая это признаком подчинения иностранному государству. Принятие ордена было равносильно вступлению в рыцарский орден, которому предшествовала капитула, на которой избирался магистр. «Народ политический» считал, что принимающий награду становится подчинённым капитуле, что могло привести к конфликту с властью, поскольку монарх мог быть одновременно членом и главой ордена[7].
Первую попытку учреждения ордена в истории Речи Посполитой предпринял Владислав IV Ваза. По совету иезуита Яна Оссолинского он решил созвать капитул рыцарей Ордена Непорочного Зачатия Пресвятой Девы Марии. Учреждение этой награды должно было иметь политический контекст. Монарх хотел завоевать симпатии шляхты, чтобы привлечь её к рыцарскому ордену, в котором он был бы магистром. Таким образом, Владислав IV хотел укрепить свою власть. Устав ордена, принятый в 1633 году, предусматривал избрание 72 шляхтичей из Речи Посполитой и 24 монархов других государств. Рыцари ордена должны были приносить присягу королю и Речи Посполитой, а не папе, государству или стране.
Фото № 1: Памятная медаль (до 1718 г.), автор Х. П. Гроскаурт.
Попытка учреждения Ордена Непорочного Зачатия Пресвятой Девы Марии не удалась, так как против королевских планов выступила шляхетско-магнатская оппозиция во главе с Кшиштофом Радзивиллом. Владислав IV, однако, попытался довести до конца свои намерения, но на сейме 1647 года его планы потерпели крах. Оппозиция магнатов была настолько сильной, что король заявил, что не может ввести орден без согласия Сейма. В связи с этим идея создания первого ордена в Речи Посполитой потерпела крах.
Следующую попытку предпринял Ян III Собеский. Существует один экземпляр Ордена Собеского (Ordo Janina), сохранившийся сегодня в собраниях Замка Крулевский в Варшаве, который является лишь проектом. Неизвестно, смог ли Ян III Собеский в то время ввести его в жизнь, и если бы он попытался ввести более широкие круги рыцарства, это наверняка встретило бы протест шляхты, что окончательно провалило бы его планы[8].
Первым орденом в Речи Посполитой, учреждённым Августом II Мочным, во время продолжавшейся тогда Великой Северной войны, стал Орден Белого Орла. По вопросу времени учреждения этого ордена существуют разногласия. До недавнего времени считалось, что он был учреждён в 1705 году в Тыкоцине, что впоследствии оказалось правдой. Однако самые новые исследования, проведённые Петром Будзишевским, позволяют утверждать, что учреждение ордена могло произойти в 1698 году. В сентябре того же года Август II встретился с Петром I в Раве Русской, чтобы обсудить, среди прочего, вопрос о главе канцелярии и флоте России, Фёдоре Головине. Однако это лишь наиболее вероятная гипотеза. Можно также предположить, что такая идея появилась в 1701 году, когда Август II и Пётр I встретились в Биржах, где король обязался оказать помощь русским войскам, среди прочего, в Ливонии и Митаве. Это должно было служить укреплению русских войск в случае необходимости оказания помощи Августу II в Ливонии и предоставления займов[9].
В связи с заключением мира и военным моментом награждение русских сановников было отложено на более поздний срок. До первого награждения орденом дошло лишь 28 июля 1702 года, когда саксонский дипломат Кёнигсегг наградил в Москве Августа II в Архангельске «русским кавалером»: Фёдора Головина, Александра Меншикова и Гавриила Ивановича Головкина[10]. Эти даты указывают на момент учреждения Ордена Белого Орла. Однако это не было широко известно в XVIII веке, точно так же, как и то, каким образом награда была вручена другим иностранным сановникам до 1705 года. К ним, среди прочих, относились: Ян Мазапа, Ежи Огинский, Борис Шереметев[11].
Август II не был щедр на награды, так как в Речи Посполитой более широкие круги шляхты и магнатов не могли похвастаться тем, что они являются кавалерами ордена, поскольку в него не был включён ни один житель Короны и Литвы. Было объявлено лишь о вручении Ордена Белого Орла, что произошло на торжественном заседании 1 июля 1705 года[12]. Подробности заседания Августа II и Петра I в том же месте над Наревью, вручение орденов в виде украшенных медалей (так называемых малых орденов) и рыцарей: Иеронима Любомирского, Гжегожа Огинского и Никиты Репнина[13]. Быть может, особо награждённых было больше, хотя источники об этом не упоминают. Тем самым это было бы более масштабно, чем то, что было вручено особам, награждённым орденом в Речи Посполитой, а не ранее иностранным лицам. Помимо этого, торжество состоялось в Коронном замке, где были приглашены шляхта и магнаты. Недавно было высказано мнение, что именно в Тыкоцине был учреждён Орден Белого Орла. Можно утверждать, что это имело место дважды: неофициально в 1702 году и официально в 1705 году.
Август II, официально учреждая Орден Белого Орла в 1705 году, ссылался не только на свои заслуги в возрождении древней награды, но и на другие аспекты. Он хотел придать ордену более высокий статус, чтобы он мог привлекать как сторонников, так и противников, а также продемонстрировать свои достижения Владиславу IV, что должно было ослепить шляхту. Он ссылался на посредничество своих советников, которые имели исторические знания и легенды, пытаясь обосновать, почему он является восстановителем Ордена Белого Орла. Король знал, что шляхта боится введения «новых изобретений», и поэтому выступал против них. Он утверждал, что орден существует издавна, и что Август II является лишь его восстановителем, и нет причин для беспокойства по поводу «новых изобретений». Хотел ли он этим обмануть и убедить «политический народ» Речи Посполитой в своих правах, король ссылался на нумизматику и письменные источники.
Август II не скупился на восстановление Ордена Белого Орла, приказывая изготовить множество медалей и памятных монет, связанных с этой важной темой. В литературе[14] указывалось, что эти нумизматические памятники были созданы в 1713 году. В последнее время появляются предположения, что они были созданы несколько позже, некоторые медали должны были быть изготовлены в 1717 или 1718 годах[15]. Иные медали, а также монеты были изготовлены специально к празднику ордена и юбилею, которые приходятся на правление Августа II Мочного в 1721 году[16]. Все нумизматические памятники были изготовлены придворным медальером Хенриком Паулем Гроскауртом[17]. Медали были изготовлены из золота и серебра[18] в нескольких размерах. На аверсе медали виден профиль правящего короля Речи Посполитой, обращённый вправо. Вокруг профиля короля надпись: D. G. AVGVSTVS II. REX POLON. ELECT. SAXON[19]. На реверсе виден восседающий на троне король, по бокам которого стоят два льва, а над ним — парящий орёл. По правую и левую сторону от орла — пальмовые ветви, а над ним — корона, окружённая звездой ордена, на которой висит Орден Белого Орла. Всё это окружено надписью: RESTAVRATOR ORDINIS AQVILLAE ALBAE (восстановитель)[20]. Памятные талеры выглядели несколько иначе. На аверсе был изображён Август II, повёрнутый вправо. Он был одет в доспехи. На голове у него был лавровый венок, а на плечах — плащ, скреплённый застёжкой, который ниспадал на спину. Всё это окружала надпись: D G FRIDERICVS AVGVSTVS REX POLON. ET ELECT. SAXON[21]. На реверсе видна звезда ордена с девизом PRO FIDE REGE LEGE, которая была окружена надписью, размещённой на кресте Ордена Белого Орла. Вся композиция окружена надписью: RESTAVRATOR ORDINIS AQVILLAE POLONICAE (восстановитель)[22]. Читая легенды на этих медалях и талерах, нетрудно заметить, что они должны были формировать образ Августа II как восстановителя Ордена Белого Орла. Были они прежде всего вручены на празднике ордена.
Август II был представлен как восстановитель Ордена Белого Орла также в письменных источниках. Я хотел бы в настоящем реферате обратиться к двум текстам, которые должны были формировать его образ. Первый из них возник неофициально, и это был проект устава ордена. Текст не сохранился на польском языке, был издан в виде печати только в XIX веке. Хотя я считаю, что он интересен и о нём стоит упомянуть. Автором текста был Якуб Хенрик Флемминг, фельдмаршал Саксонии и первый министр Августа II при дрезденском дворе. Проект устава был найден Эдмундом Рачиньским среди документов, оставшихся после фальсификатора. Текст не датирован, но находится в сборнике рукописей 1713 года, что также позволяет предположить его датировку. Рачиньский в своей работе приводит весь документ[23]. Я не буду обсуждать все пункты проекта устава, а лишь наиболее интересные для настоящего реферата, а именно преамбулу и несколько пунктов.
Уже в преамбуле текста Флемминг ссылался на орденское прошлое, признавая Владислава Локетка основателем Ордена Белого Орла. Он ссылался также на попытки введения ордена Владиславом IV:
Владислав Локетек и Владислав IV, прапрадед и прадед нашего короля, учредили рыцарские ордена, один — Орден Белого Орла, другой — Орден Непорочного Зачатия Пресвятой Девы Марии; оба, однако, были прерваны из-за неблагоприятных времён, так как о первом из них сохранилась лишь память и остался лишь титул, а второй не был осуществлён на практике[24].
Здесь следует задать себе вопрос: откуда в этом проекте, как и в более поздних текстах, взялась ссылка на Владислава Локетка? Ответ мы находим в работе Яна Фридерика Сапеги «Annotacje historyczne...». У Сапеги Владислав Локетек на свадьбу своего сына Казимира с Альдоной, дочерью Гедимина, в 1325 году наградил заслуженных «круглым циркулем, который орёл в когтях держал»[25]. Попытка связать это событие с учреждением Ордена Белого Орла. К этому вопросу мы ещё вернёмся.
В дальнейшей части преамбулы устава Флемминга говорится о том, что король не установил, а восстановил Орден Белого Орла. Текст гласит:
Мы, избранные на польский трон, сочли необходимым возобновить эту почтенную организацию; как из-за давности лет, так и из-за заслуг наших предков, мы объявляем себя её Магистром и главой Ордена Белого Орла, дабы эта награда была вручена некоторым верным и добрым подданным нашим[26].
Как видно, Август II в этом фрагменте ссылался на Орден Белого Орла, в связи с чем ему не требовалось согласия Сейма Речи Посполитой. Он назначал себя «Великим Магистром и главой ордена», что позволяло ему вручать награды верным ему лицам. В пункте 6 устава упоминается, что важнейшей целью является возобновление Ордена Белого Орла, «возвышение и прославление славы Божьей»[27]. Это, конечно, типичная пропаганда, ведь неизвестно, не приписывал ли Август II себе заслуги в награждении людей, уже связанных с властью. В преамбуле проекта устава говорится, что до Ордена Непорочного Зачатия Пресвятой Девы Марии, поскольку многие пункты текста Флемминга были близки к положениям устава этого ордена, не было необходимости добиваться согласия шляхты на введение ордена Августом II. В пункте 39 устава упоминается праздник ордена, который приходился на 2 августа, то есть на «годовщину основания ордена», и оставлено место для вручения наград в этот день[28]. В пункте 49 говорится о «обновлении ордена»[29]. Обращает на себя внимание, что во многих местах подчёркивается возобновление, а не учреждение ордена Августом II. Также подчёркивается, что орден является вечным. В части проекта устава (пункт 59), посвящённой присяге, содержится формулировка: «обещаем также, возобновив и обновив орден Белого Орла, сохранить его на вечные времена...»[30].
Устав должен был прежде всего систематизировать положения и правила, связанные с Орденом Белого Орла. Однако проект устава, как и сам орден, должен был служить пропаганде, которая представляла бы общественности шляхетской Речи Посполитой, что Август II является восстановителем этой награды.
Фото № 2: Талер орденский (1721 г.), автор Х. П. Гроскаурт.
Вторым текстом, который я хотел бы проанализировать в рамках настоящего реферата, является уже упомянутая работа Яна Фридерика Сапеги «Annotacje historyczne...». Это, пожалуй, важнейший исторический источник, касающийся начатков Ордена Белого Орла. Он вышел из печати в двух версиях: на латинском и польском языках в переводе Адама Ходкевича. Обе версии были изданы в Варшаве в 1730 году, хотя на титульном листе латинской версии указан Кёльн. Была предпринята попытка создать французскую версию, но без успеха. Польская версия содержит 11 иллюстраций авторства Яна Самуэля Моцкого. Немецкая версия была издана в Нюрнберге в 1731 году. Один экземпляр[31].
Ян Фридерик Сапега в эпоху Великой Северной войны в 1706 году присоединился к сторонникам Станислава Лещинского, чтобы порвать с приверженцами Сандомирской конфедерации, а затем стал сторонником Августа II. В 1716 году он получил кастелянство Трокай. За заслуги перед властью 3 октября 1726 года он был награждён Орденом Белого Орла. Во время правления последнего короля Станислава Лещинского, а также в период бескоролевья, он перешёл на сторону Августа III. Малые заслуги побудили его историко-генеалогические и библиофильские интересы, результатом чего стал, среди прочего, труд, посвящённый истории Ордена Белого Орла[32]. Сапега является первым историком ордена, описавшим пропаганду, целью которой было обосновать его происхождение от древних легендарных правителей. Это была аргументация, имевшая привлечь на сторону ордена противников, которых не было в Великопольше. Это противостояло, например, противникам Сейма, которые не желали введения этого ордена в стране. Сапега также направил экземпляры своего труда, чтобы убедить противников, что орден не является «злобной новинкой», а чем-то издавна существующим[33].
Анализируя содержание польской версии труда Сапеги, можно заметить, что она отличается от латинской версии вступлением и титулами. Уже упомянутый нами Адам Ходкевич писал о короле и Сапеге: «Августейший II счастливо правящий, пожелал быть его последователем [Ордена Белого Орла — М.С.], но не имел в В.М. Пану [Е.Ф. Сапеге — М.С.] столь выдающегося мужа для столь великого замысла»[34]. Из этих слов видно, что Ходкевич хотел возвысить Августа II и его орден, который фактически был основан при нём, так как ранее был основан, но затем забыт. Сапега подтверждает написанное, показывая, что орден имеет полное право передавать эту мысль.
В основной части своего труда Сапега описывает средневековые времена, чтобы найти происхождение Ордена Белого Орла. Он не ограничивается только поиском его происхождения у Владислава Локетка, он также доходит до легендарного Леха. Он утверждает, что поляки имели обычай учреждать ордена со времён Леха, основателя польского государства в 550 году. Кроме того, он подтверждает это ссылкой: «как свидетельствуют многочисленные историки, которые утверждают, что у них был такой же геральдический знак, как у Леха, то есть белый орёл, который был основателем ордена под названием Белый Орёл»[35]. Это утверждение подтверждается иллюстрацией, на которой подписано: «LECHVS PRIMVS, PRINCEPS POLONIAE ET INSIGNIVM ORDINIS AQVILLAE ALBAE AVTHOR» (иллюстрация 3)[36].
То же самое касается его преемника Владислава, описанного Сапегой. Он утверждал, что и Пшемысл II учредил орден, но не создал его. Он писал:
Некоторые авторы считают Пшемысла II основателем, или же первым, кто учредил Орден Белого Орла, но это, скорее, ошибка, проистекающая из древности ордена Леха, который он, как видно из польских орденов, учредил и установил[37].
Нет никаких предпосылок к тому, чтобы Пшемысл II учредил Орден Белого Орла, ясно указывая, что он не только добавил воинов, которые должны были отличаться белым орлом, висящим на цепи. Сапега хотел показать, что Пшемысл II учредил орден на груди, на котором висел белый орёл, прикреплённый к цепи. Под иллюстрацией размещена надпись: «PREMISLAVS II REX POLONIAE DVX PO-MERANIAE ORDINIS AQVILLAE ALBAE INVENTOR EX ANTIQVISSIMO PRO-TOTYPO DELINEATVS» (иллюстрация 4)[38].
Следующим правителем, который должен был возобновить Орден Белого Орла, согласно Сапеге, был упомянутый Владислав Локетек. Он писал:
Наконец, в конце правления Владислава Локетка, когда наступили времена правления Казимира, татары и литвины — МС, напали на Орден Белого Орла, однако, как видно из истории, он был почти полностью уничтожен[39].
На свадьбе Казимира, будущего короля Польши, и Альдоны, дочери Гедимина, в 1325 году, Владислав Локетек вручал награды, которые считались Орденом Белого Орла. Сапега так описывал это: «круглый циркуль, который орёл в когтях держал»[40]. В дальнейшей части своего труда он опирается на автора Морено, известного также как Морен. Тот якобы утверждал: «Взял Орёл Белого в знак ордена, который получил от своих предков, вместе со своими рыцарями»[41]. И в этом примере текст Сапеги дополняет иллюстрация. На ней изображён Владислав Локетек с орлом, висящим на груди. Под иллюстрацией размещена надпись: «VLADISLAVS LOCTICVS REX POLONIAE INSTITVTOR ORDINIS HEROICI AQVILLAE ALBAE A' MCCCXXV» (иллюстрация 5). Как видно из этого, не был ли он учредителем Ордена Белого Орла. Скорее всего, речь шла о ювелирном украшении для гостей, которое не было рыцарским орденом, а лишь знаком отличия, который имел свой герб, то есть белого орла[42]. В других источниках также упоминаются награды в виде знаков, но их не называют орденами. Сапега сам признаёт, что название «Орёл Белый» употреблялось как титул, по этой причине титул не употреблялся в качестве ордена, а скорее как украшение. В этом случае следует согласиться с утверждением Збигнева Пухальского: «...нет достаточных данных, обосновывающих это утверждение, что до 1705 года [за исключением, возможно, медали 1702 года — МС] существовало какое-либо польское рыцарское объединение»[43].
Перейдём к окончательному моменту описания ордена Сапеги.
В 1705 году в Тыкоцине было много людей, как в то время в королевском дворце. Около 1 часу дня король вышел из своей комнаты, одетый в мантию, окружённый рыцарями. Впереди шли два рыцаря, которые несли Орёл Белый в знак ордена. Впереди шли король и королева, а рядом с ними — королевская чета. Король был одет в мантию, а на груди у него был орёл. Всё это было окружено рыцарями.
Этот фрагмент труда Сапеги свидетельствует о том, что награждение орденом в Тыкоцине было возобновлено. Мы видим это в основном в процитированном фрагменте.
Как мы уже упоминали в начале реферата, вручение орденов Ордена Белого Орла датируется 1702 годом, а 1705 годом. В Тыкоцине в 1705 году состоялось торжественное вручение орденов многочисленным магнатам Речи Посполитой, а также иностранцам. Это должно было быть вручено представителям Речи Посполитой, прежде всего тем, кто был ей верен, а также иностранцам, которые могли бы увековечить память о польском государстве и вернуть его к жизни. Понятно, что Сапега, который в своём труде собрал эти разрозненные факты, не был в состоянии охватить все факты. Нет у нас и того, чтобы эти награды были вручены до 1705 года, то есть Мазапе, Огинскому, Головину и Головкину.
Помимо рассуждений Сапеги о генеалогии Ордена Белого Орла, важно также подвести итог его труда, который раскрывает его публицистику.
Он пишет:
Из этого следует, что... не следует бояться, что введение этой награды вызовет в наших краях какую-либо опасность, ибо не только в нашей стране, но и в других христианских государствах, хорошо воспитанных, даже у самого папского престола, это не было введено[44].
Таким образом, ясно видно, что намерением книги было убедить «благосклонного читателя», то есть шляхту и магнатов, что орден Белого Орла является наградой, уходящей корнями в древние времена, восходящие к легендарному Леху, а также к Пшемыслу II и прежде всего к Владиславу Локетку. Он хотел показать, что орден не является «злобной новинкой», а чем-то, что уже было введено в Речи Посполитой. Сапега также искал подтверждение своей награды, ссылаясь на другие христианские государства. Кроме того, он упоминает, что Орден Белого Орла имеет санкцию «наместника Христова», то есть папы. В этом случае он пишет, что ордена, которые были введены в других государствах, также были введены папой, а также вводятся иезуитами. В Варшаве, например, был введён Орден Непорочного Зачатия, который был введён папой. Однако, как мы знаем, в Речи Посполитой не было папской санкции на введение ордена, и не было необходимости вводить его, так как это не соответствовало обычаям и традициям Речи Посполитой.
Все эти пропагандистские приёмы, используемые Августом II, а также нумизматические и письменные источники, указывают на то, что он не ссылался на Орден Белого Орла. Это привело к тому, что введение этой награды нарушило принцип шляхетского равенства, а также принцип, согласно которому шляхта не желала введения новых наград, которые не вписывались в рамки права. И если бы шляхта протестовала против введения ордена, то не было бы столь громких протестов, как во времена Владислава IV. Можно сказать, что политика пропаганды Августа II, связанная с Орденом Белого Орла, была успешной, так как вскоре после её введения она стала объектом вожделения представителей шляхетского сословия. Орден стал пользоваться популярностью, как во времена Августа III и Станислава Августа Понятовского. В связи с этим награждение было принято большинством общества, что способствовало привлечению сторонников и укреплению позиций тех, кто был у власти. Для получения общественной санкции и признания древности Ордена Белого Орла, безусловно, способствовали рассмотренные в настоящем реферате нумизматические источники, а также труд Сапеги. Устав Флемминга также должен был быть одним из элементов королевской пропаганды, однако по неизвестным причинам не был использован.
Приложение к статье: Белого Орла, орден
ПРИЛОЖЕНИЕ
Фото № 1: Памятная медаль (до 1718 г.), автор Х. П. Гроскаурт.
Фото № 2: Талер орденский (1721 г.), автор Х. П. Гроскаурт.
Комментарии
[1] Wielka Encyklopedia Powszechna PWN, t. VIII, Warszawa 1966, s. 279. (Великая универсальная энциклопедия PWN, т. VIII, Варшава 1966, с. 279.)
[2] T. Jeziorowski, Ordy i odznaki w dawnej Polsce, [в:] Za Ojczyznę i Naród. 300 lat Orderu Orła Białego, Warszawa 2005, s. 29-30. (Т. Езёровский, Ордена и знаки отличия в древней Польше, [в:] За Отечество и Народ. 300 лет Ордену Белого Орла, Варшава 2005, с. 29-30.)
[3] S. Oberleitner, Polskie ordery odznaczeniowe i niektóre wyróżnienia związkowe 1705–1990, Zielona Góra 1992, s. 11-12. (С. Оберляйтнер, Польские ордена и некоторые ведомственные отличия 1705–1990, Зелена Гура 1992, с. 11-12.)
[4] S. Łoza, Ordery i odznaczenia polskie, Lwów 1938, s. 10-11. (С. Лоза, Польские ордена и награды, Львов 1938, с. 10-11.)
[5] Widzem, s. 17; S. Oberleitner, op. cit., s. 29. J. F. Sapieha, Annotacje historyczne o początkach dawności, zeszłości, herbowości i wielkie sławnego w Królestwie Polskim Kawalerów Orderu Białego Orła przez Najjaśniejszego Króla JMości Augusta II z przywilejów Rzeczypospolitej... (Виждем, с. 17; С. Оберляйтнер, указ. соч., с. 29. Я. Ф. Сапега, Исторические аннотации о началах древности, прошлом, гербовности и великой славе в Королевстве Польском Кавалеров Ордена Белого Орла через Его Королевскую Милость Августа II из привилегий Речи Посполитой...)
[6] Z. Puchalski, Dzieje polskich znaków zaszczytnych, Warszawa 1998, s. 9-10. (З. Пухальский, История польских почётных знаков, Варшава 1998, с. 9-10.)
[7] S. Łoza, op. cit., s. 18-19; S. Oberleitner, op. cit., s. 29-30, 32. (С. Лоза, указ. соч., с. 18-19; С. Оберляйтнер, указ. соч., с. 29-30, 32.)
[8] M. Kosowski, Order orła Jana III Sobieskiego, [в:] Za Ojczyznę i Naród..., s. 47; S. Oberleitner, op. cit., s. 32. (М. Косовский, Орден орла Яна III Собеского, [в:] За Отечество и Народ..., с. 47; С. Оберляйтнер, указ. соч., с. 32.)
[9] J. Budziszewska, Czy Order Orła Białego ustanowiono dla rosyjskich generałów? O początkach odznaczenia 1698/1701–1705, „Kwartalnik Historyczny”, CXVII, 2010, z. 2, s. 12-16. (Ю. Будзишевская, Был ли Орден Белого Орла учреждён для русских генералов? О началах награды 1698/1701–1705, «Квартальник Хисторичны», CXVII, 2010, вып. 2, с. 12-16.)
[10] Ibidem, s. 15-16. (Там же, с. 15-16.)
[11] Ibidem, s. 24; W. Majewski, Mazepa Jan (Iwan), [в:] Polski Słownik Biograficzny, red. E. Rostworowski, t. XX, Wrocław-Warszawa-Kraków-Gdańsk 1975, s. 295; S. Roszak, O początkach i religii Orderu Orła Białego, [в:] Za Ojczyznę i Naród..., s. 61; A. Szcześniak, O początkach Orderu Orła Białego, [в:] Orły Białe, być może patrz: Mazepa, s. 61; A. Szcześniak, O początkach Orderu Orła Białego, [в:] Orły Białe, być może patrz: Mazepa, s. 61.
[12] W sprawie dokładnej daty tego wydarzenia pojawiają się kontrowersje. Najście późniejszą datą jest 1 июля 1705, которая повторяется за первым историком ордена Яном Фридериком Сапегой (J. F. Sapieha, op. cit., s. 134). Появляются также другие даты: 3 июля 1705, 3 июля 1705, 3 июля 1705.
[13] M. S. B., Ustanowienie orderu Orła Białego, „Biuletyn Numizmatyczny”, t. V. (М. С. Б., Учреждение ордена Белого Орла, «Бюллетень Нумизматический», т. V.)
[14] P. Arnold, Medalierzy i medale z Orderem Orła Białego w czasach unii polsko-saskiej (1697-1763), [в:] Za Ojczyznę i Naród..., s. 155-158. (П. Арнольд, Медальеры и медали с Орденом Белого Орла во времена польско-саксонской унии (1697-1763), [в:] За Отечество и Народ..., с. 155-158.)
[15] Wg Henryka Sadownikiego także z Warszawy, а также с монетного двора в Дрездене (H. Sadowski, op. cit., s. 11). (По Хенрику Садовнику также из Варшавы, а также с монетного двора в Дрездене (Х. Садовский, указ. соч., с. 11).)
[16] Wg Henryka Sadownikiego także z Warszawy, а также с монетного двора в Дрездене (H. Sadowski, op. cit., s. 11). (По Хенрику Садовнику также из Варшавы, а также с монетного двора в Дрездене (Х. Садовский, указ. соч., с. 11).)
[17] Wskrzesiciel Orderu Orła Białego. (Возродитель Ордена Белого Орла.)
[18] Dei Gratia Fridericus Augustus Rex Poloniae et Elector Saxoniae – Z Bożej Łaski Fryderyk August Król Polski i Elektror Saksonii. (Божьей милостью Фридрих Август Король Польский и Электор Саксонии.)
[19] Wskrzesiciel Orderu Orła Białego. (Возродитель Ордена Белого Орла.)
[20] Gabinet medalów polskich..., s. 94-110. (Кабинет польских медалей..., с. 94-110.)
[21] Ibidem, s. 95. (Там же, с. 95.)
[22] J. F. Sapieha, op. cit., s. 76. (Я. Ф. Сапега, указ. соч., с. 76.)
[23] Gabinet medalów polskich... (Кабинет польских медалей...)
[24] Ibidem, s. 96. (Там же, с. 96.)
[25] Ibidem, s. 104. (Там же, с. 104.)
[26] Ibidem, s. 106. (Там же, с. 106.)
[27] Ibidem, s. 109. (Там же, с. 109.)
[28] Z. Zielińska, Sapieha Jan Fryderyk, [в:] Polski Słownik Biograficzny, t. XXXV, red. A. Gieysztor, Wrocław-Warszawa-Kraków 1994, s. 12-15. (З. Зеленьская, Сапега Ян Фридерик, [в:] Польский Биографический Словарь, т. XXXV, ред. А. Гейштор, Вроцлав-Варшава-Краков 1994, с. 12-15.)
[29] S. Roszak, op. cit., s. 66. (С. Рошак, указ. соч., с. 66.)
[30] J. F. Sapieha, op. cit. Wstęp tłumacza pozbawiony jest paginacji. (Я. Ф. Сапега, указ. соч. Вступление переводчика лишено пагинации.)
[31] Ibidem, s. 59, 62. (Там же, с. 59, 62.)
[32] Lech I Książę Polski Autor Orderu Orła Białego. (Лех I Князь Польский Автор Ордена Белого Орла.)
[33] J. F. Sapieha, op. cit., s. 70. (Я. Ф. Сапега, указ. соч., с. 70.)
[34] Ibidem, s. 75. (Там же, с. 75.)
[35] Ibidem, s. 76. (Там же, с. 76.)
[36] Ibidem, s. 77. (Там же, с. 77.)
[37] H. Sadowski, op. cit., s. 11. (Х. Садовский, указ. соч., с. 11.)
[38] Ibidem, s. 15. (Там же, с. 15.)
[39] Z. Puchalski, op. cit., s. 14. (З. Пухальский, указ. соч., с. 14.)
[40] J. F. Sapieha, op. cit., s. 134. (Я. Ф. Сапега, указ. соч., с. 134.)
[41] Ibidem, s. 146-147. (Там же, с. 146-147.)
[42] Ibidem, s. 145. (Там же, с. 145.)
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.