ПЕТР I КАК ПОЛКОВОДЕЦ

Проф. К. В. БАЗИЛЕВИЧ

БАЗИЛЕВИЧ КОНСТАНТИН ВАСИЛЬЕВИЧ (24.05.1892, Киев Киевской губ., Российская империя – 3.03.1950, Москва), историк. Окончил Хабаровский кадетский корпус (1910), Михайловское артиллерийское училище (1913), авиационную школу, факультет общественных наук МГУ (1922). Ученик С.В. Бахрушина. Профессор кафедры истории народов СССР/истории СССР исторического факультета (1935–1950). Источник фото и сведений: https://letopis.msu.ru/peoples/8349

Военно-преобразовательная, полководческая и флотоводческая деятельность Петра I сыграла крупную роль в усилении военного могущества России и в развитии русского военного искусства. При Петре I русская армия и флот меньше чем за четверть века добились таких результатов, для достижения которых многим странам Западной Европы потребовались сотни лет. Война со Швецией, преславная русское оружие, выдвинула армию в ряд первоклассных европейских армий. Являясь одним из основоположников русского военного искусства, Петр I оказал огромное влияние на дальнейшее его развитие при Румянцеве, Суворове, Кутузове.

Военная деятельность Петра началась с крупных неудач, несмотря на то, что русские солдаты проявляли в боях свойственные им мужество и неустрашимость. Во время осады и двукратного безрезультатного штурма Азова в 1695 г. в русских войсках не было необходимой дисциплины и порядка, командиры дивизий — Гордон, Лефорт, Головин — действовали обособленно, осадные работы велись медленно и неумело. Часть недостатков армии была нажита в промежутке между первым и вторым походами под Азов, но полностью избавиться от них все же не удалось.

С серьезной неудачи началась и война со Швецией. Однако горькое чувство разочарования, испытанное Петром при известии о поражении армии под Нарвой 19 ноября 1700 г., не только не ослабило его энергии, а наоборот, укрепило его волю к преодолению всего, что мешало подняться над сильным и опытным противником. В таком отношении к собственным поражениям проявилась характерная качество Петра: умение извлекать урок из каждой ошибки. «Славная была первая большая неудача под Полтавой, — писал Петр, — которая принудила нас к совершенной регулярной армии, основанной на началах, которые были заложены его предшественниками в XVII в. Новым в европейском военном искусстве была большая активность русской обороны. Вместо того чтобы отсиживаться в городах, ожидая противника, Петр сам искал его и тревожил неожиданными нападениями.

Действия русской армии в 1701—1705 гг. некоторые военные историки неправильно рассматривали лишь как оборону. В действительности Петр добился в этот период очень важных стратегических успехов, позволивших ему утвердиться в восточной части Финского залива. Побежденный Петром к активным действиям, Шереметев в конце 1701 г. разбил у мызы Эрестфер шведский корпус Шлиппенбаха, оставленный для обороны Эстляндии и Лифляндии, а в конце 1702 г. нанес еще более сильное поражение шведам под Гуммельсгофом. Эти победы имели для русской армии большое моральное значение, которое Петр выразил словами: «Наконец достигли мы того, что шведов уже побеждаем». Шлиппенбах принужден был перейти к пассивной обороне. Ограбив, таким образом, от нападения противника Новгородско-Псковский район, Петр уже осенью 1702 г. перешел к овладел осадой Ладожского озера и Неву. Развертывание военных действий в этом районе имело большое преимущество перед действиями в Эстляндии, где шведы опирались на ряд крупных крепостей и получали поддержку флота. На Неве и в Финляндии Карл располагал сравнительно небольшими силами. Русский армии удобно было пользоваться течением Волхова, который связывал основную военную базу, находившуюся в Новгороде, с Ладогой — исходным пунктом для боевых действий в этом районе; наконец, наступление вдоль Невы позволило русским войскам быстро выйти на взморье.

Намеченный план военных действий был блестяще выполнен в течение весны месяцев. В октябре 1702 г. русские войска после жестокого артиллерийского обстрела штурмом овладели крепостью Нотебург (древний новгородский Орешек), запиравшей выход Невы из Ладожского озера. Стратегическое значение этого пункта Петр выразил в названии новоиспеченной крепости — Шлиссельбург, то есть «ключ-город». В мае 1703 г. русским войскам сдалась шведская крепость Ниеншанц, построенная вблизи устья Невы, при впадении в нее реки Охты. Через несколько дней, 16 мая 1703 г., здесь были заложены Петропавловская крепость и город Санкт-Петербург.

Овладев течением Невы, Петр отрезал шведские войска, действовавшие в Финляндии, от войск, находившихся в Эстляндии и Ингрии. В результате этого шведы потеряли новые поражения на обоих изолированных театрах военных действий. В 1704—1705 гг. шведы сделали несколько попыток вытеснить русских с устья Невы, где они удержались, атаковав с моря Кроншлот и с суши — на Петербург. Наступление шведов было отбито. В июле 1704 г. русские войска штурмом взяли Юрьев (Дерпт, ныне город Тарту), а в августе — Нарву и Иван-город. Шведская оборона Эстляндии была прорвана. Петр особенно радовался взятию Нарвы, под которой в 1700 г. русские потерпели поражение. «Нарву, которая четыре года нарывала, ныне, слава богу, прорвало», — писал он.

К началу 1705 г. русские войска занимали почти всю Карелию, Ингрию, почти всю Эстляндию и часть Лифляндии.

Таким образом, действия русской армии в 1701—1705 гг. носили ярко выраженный наступательный характер и привели к выдающимся стратегическим успехам. Русские войска приучались к маневрированию, приобретали боевой опыт и практически осознавали всю возможность действовать «практического» противника.

Одним из важнейших вопросов, возникших в связи с развитием регулярных армий, является вопрос о системе комплектования. На Западе, за исключением Швеции, в основном была принята наемно-вербовочная система, особенно процветавшая в Германии. Швеция для пополнения армии пользовалась «поселенными солдатами» (индельты). Петр I для комплектования армии избрал не шведскую систему, не имевшую наемно-вербовочную систему, а использовал старый русский опыт набора «даточных» от населения, придав набору строго определенный порядок. Он вменил в обязанность населению (крестьянскому и посадскому) периодически поставлять в армию необходимое число новобранцев-рекрутов (старое название «даточные» с 1705 г. было заменено названием «рекруты»). Рекрутские наборы производились по особым указам. Каждый набор давал армии от 30 до 40 тысяч солдат.

О том, насколько Петр введением воинской обязанности населения опередил систему комплектования, принятую в большинстве европейских армий, можно судить по следующему факту: в Австрии правильный рекрутский набор стал производиться лишь с 1772 г., а в Пруссии с начала XIX в.

Петр старался развить в солдате не механическое, а сознательное исполнение воинского долга. Он требовал от рядовых и начальников проявления инициативы в боевых действиях. Строгую ответственность за нарушение дисциплины одинаково несли и солдаты, и высшие воинские начальники, не исключая генералов.

Преобразовательная деятельность Петра I по укреплению регулярной русской армии была в основном закончена к 1708 г. Старые стрелецкие полки, а также полки прежнего «солдатского» строя были расформированы и использованы для пополнения полков нового формирования. Войска получили единую организацию, определенный штатный состав, единообразную строевую и боевую подготовку и были переведены на казенное положение. Было также произведено перевооружение войск. Старое ружье с фитильным замком было заменено ружьем с кремнево-ударным замком и багинетом (впоследствии замененным штыком). Благодаря этому значительно улучшилась рукопашный бой. Внедрение багинета имело большое значение для развития наступательной тактики. Новую, более совершенную материальную часть получила артиллерия.

В организации регулярной армии Петр I ввел ряд весьма важных нововведений, целью которых являлось усиление подвижности войск и их самостоятельности при решении тактических задач. Так, пехота получила по 2 легких пушки 3-фунтового калибра (калибр выражался в весе ядра) на полк и по 4 небольших мортиры. Кавалерия формировалась драгунского типа, т. е. могла действовать и в конном и в пешем строю. Драгунским полкам придавалось по нескольку небольших мортир, перевозимых во вьюках. Это послужило зародышем конной артиллерии, основателем которой иностранные военные писатели совершенно неправильно считают Фридриха II.

Очень интересным и оригинальным в тактическом и организационном отношениях было формирование «корволантов» — легких корпусов, состоявших в 6—7 тыс. человек, состоявших из кавалерии и «ездящей» пехоты, т. е. пехоты, посаженной на лошадей или на обывательские подводы, а зимой на сани. Идея этих формирований, совершенно неизвестных в иностранных армиях, возникла в связи с особенностями русского театра военных действий. Корволанты обладали большой для того времени подвижностью, легко перебрасывались на значительные расстояния и вместе с тем были достаточно самостоятельными и сильными для ведения боя.

В русской регулярной армии было введено систематическое строевое и боевое обучение. В 1716 г. был издан «Воинский устав» — замечательный памятник русского военного законодательства и военно-теоретической мысли. Петр требовал, чтобы обучение новобранцев производилось отдельно от обучения старых солдат, которые должны были приучаться к маневрированию в поле в условиях, близких к боевой действительности.

Большое внимание Петр обращал на создание и воспитание русских офицерских кадров, в которых, особенно в начале войны, ощущался острый недостаток. Очень важную роль в этом отношении сыграли гвардейские полки — Преображенский и Семеновский, ставшие практической офицерской школой для всей русской армии. Согласно установленному Петром правилу никто не мог занимать офицерскую должность, не пройдя предварительно солдатской службы.

После поражения под Нарвой война постепенно приобретала все более широкий размах. Приближалось столкновение главных сил, от результатов которого зависел весь исход войны. Поэтому, если в первые годы войны внимание Петра занимали главным образом вопросы организации, обучения войск и тактики, то в дальнейшем на первый план выдвинулись принципиальные вопросы ведения войны.

Большинство военных теоретиков того времени считало, что следует избегать крупных сражений, сопряженных со значительными потерями и риском. Такой взгляд соответствовал характеру наемных армий, пополнение которых требовало большого времени и больших расходов. Отсюда вытекала и господствовавшая в Западной Европе стратегическая система, целью которой было получить преимущество над противником, воздействуя на его пути сообщения и занимая выгодные и сильные позиции. Недостаточно решительный и активный противник, избегая риска понести крупное поражение, обычно соглашался в этом случае на большие или меньшие уступки при заключении мира. Войны затягивались на многие годы и приводили к незначительным результатам.

Петр хорошо понимал, что исторические задачи, поставленные в войне со Швецией, не позволяют ограничиться частичными успехами. Только сокрушение военной мощи Швеции на суше и на море могло привести к победе и прочно закрепить за Россией необходимое ей побережье Балтийского моря.

В 1706 г., заключив с Августом II Альтранштадтский мир и послав на польский престол Станислава Лещинского, Карл XII получил возможность бросить против России главные свои силы. В декабре 1707 г. шведская армия перешла Вислу.

Стратегический план действий Петра был разработан с учетом особенностей театра военных действий. Было решено при наступлении шведов отходить в глубь страны, но при всех возможных случаях наносить им урон и задерживать на переправах. За эту слабую сторону противника — плохую организацию продовольственного снабжения, которое производилось за счет местных средств, — Петр приказал в вести 1707 г. в полосе шириной 200 верст от Пскова до Украины выжечь и вытоптать в лесах и ямах хлеб и фураж, чтобы неприятель, если захотят «впасть внутрь страны», был бы «сам не рад... своему начинанию». На русской армии отсутствие местных продуктов не могло отразиться тяжело, так как помимо постоянных интендантских баз при ней находился запас самого необходимого на случай засухи.

Карл ожидал встретить русскую армию между Вислой и Неманом, но она, выполняя план, отходила на восток. От Сморгони шведы повернули на Слоним-Московскую дорогу. Петр продолжал уклоняться от крупного сражения, ограничиваясь небольшими арьергардными стычками.

Шведская армия остро ощущала недостаток продовольствия, начались массовые заболевания, падала дисциплина. Русская же армия становилась все более сильной.

В начале сентября 1708 г. Карл достиг старой русской государственной границы у деревни Стариши, к юго-западу от Смоленска. Только тут он убедился, что заведен в тупик. Продолжать поход в глубь России, при остром недостатке во всем необходимом, имея перед собой сильную русскую армию, совершенно непохожую на те войска, которые потерпели поражение в 1700 г. под Нарвой, было бы предприятием, обреченным на полную неудачу. Карл решил идти на Украину.

Отказ шведского короля от прямого похода на Москву давал русским важное стратегическое преимущество, которым Петр не замедлил воспользоваться. Основная линия сообщений шведской армии, проходившая вдоль границы, оказалась под ударами русских войск. Разведывательная служба русской кавалерии, действовавшей под общим начальством Меншикова, оказалась значительно лучше шведской. Карл потерял связь с корпусом Левенгаупта, который шел от Риги на соединение с ним, в то время как русская главная квартира своевременно получила от передовых кавалерийских отрядов сведения о движении вспомогательного корпуса противника. Левенгаупт был перехвачен русским корволантом и наголову разбит 28 сентября 1708 г. у деревни Лесной на реке Сож. Эта победа, которую Петр назвал «матерью Полтавской баталии», имела чрезвычайно важные последствия. Шведы потеряли только убитыми до 8,5 тыс. человек и весь огромный обоз из нескольких тысяч повозок с боеприпасами. Не менее важен был моральный результат победы, одержанный над численно превосходящим противником (12 тыс. русских против 16 тыс. шведов); при этом нужно учесть, что корпус Левенгаупта состоял из отборных регулярных частей. Сражение у Лесной явилось как бы последней репетицией, в которой русская армия показала полную готовность к генеральному сражению.

После победы у Лесной необходимо было выбрать благоприятный момент для сражения с главными силами шведской армии. Здесь Петр проявил большую осторожность и выдержку.

Шведский король, ожидавший легкой победы на Украине, просчитался. Зима 1708/09 г. оказалась суровой и тяжелой для шведов. Украинский народ не пошел за изменником Мазепой, предательство которого не принесло шведам ожидаемых выгод. Незначительная часть старшины, запуганная и обманутая Мазепой, примкнула к шведам, но основная масса украинского народа осталась верна русскому командованию. Русская армия, находившаяся в районах Лебедина, Ахтырки и Полтавы, продолжала получать подкрепления.

Моральное состояние русской армии было выше, чем у противника, потому что русский народ вел справедливую войну за возвращение старых русских земель, за исконно принадлежавшие ему выходы к морю и за устранение постоянной шведской угрозы. Эти цели войны были понятны русскому народу, который всегда отличался патриотизмом. Петр своевременно обоснованно принял решение дать под Полтавой генеральное сражение противнику. В случае наступления шведов русские оказывались под угрозой двойного удара — со стороны главных сил русской армии и со стороны гарнизона Полтавы. Предвидя, что Карл не будет пассивно ожидать наступления русской армии, а сам контратакует ее, Петр в соответствии с обстановкой разработал план предстоящего сражения.

Для встречи наступающего противника Петр подготовил на протяжении более шести верст, по которой пролегала единственная дорога от Полтавы, 6 редутов. Перпендикулярно им начали строить еще 4 редута (к началу сражения они не были окончены). Свободные интервалы между редутами находились под перекрестным ружейным огнем. За редутами были поставлены 17 драгунских полков. Назначение редутов заключалось в том, чтобы заставить шведскую армию развернуться еще до столкновения с главными русскими силами. Идея устройства редутов являлась совершенно новой в тактике полевого боя.

Шведы начали наступление с рассветом 27 июня 1709 г. После того, как были отбиты первые атаки шведской пехоты на редуты, Меншиков выдвинул с кавалерией в интервалы между редутами и блестящей контратакой заставил шведскую конницу укрыться за своей пехотой. Воодушевленный этим успехом, Меншиков стал просить Петра о подкреплении пехоты. Но Петр остался верным первоначальному плану и, невзирая на просьбы увлекавшегося начальника кавалерии, приказал ему отойти на фланги укрепленного лагеря. Отход русской конницы был принят шведами за вынужденное отступление. Преследуя конницу, шведы в облаках дыма и пыли, закрывших фронт русского укрепленного лагеря, неосторожно приблизились на дистанцию картечного выстрела. Русская артиллерия немедленно открыла убийственный огонь, заставив шведов в беспорядке отхлынуть к лежащему напротив укрепленного лагеря Будищенскому лесу. Одна шведская колонна в составе 6 батальонов и нескольких эскадронов оторвалась от остальной армии и укрылась в лесу, расположенном между главной русской позицией и Полтавой. Посланный с отрядом пехоты и кавалерии Меншиков заставил эту шведскую колонну сложить оружие. Так закончилась первая часть сражения — оборонительный бой.

Правильно оценив благоприятную обстановку, Петр решил вывести армию из укрепленного лагеря и атаковать противника с целью его уничтожения. Армия была построена в две линии: пехота занимала центр, кавалерия располагалась на обоих флангах, артиллерия — в интервалах между пехотой. Новым в этой системе линейного построения являлось прежде всего ясное выделение резервов — частных и общих. Роль частных резервов играли батальоны, поставленные во вторую линию сзади батальонов первой линии тех же полков. Общий резерв состоял из 9 батальонов пехоты и находился в укрепленном лагере.

Приведя в порядок расстроенные части, Карл решил прорвать русский центр и напасть прежде всего на полки первой линии. Шведам в первый момент удалось прорваться через первую линию русских на участке Новгородского пехотного полка. Тогда Петр лично повел в контратаку батальоны второй линии этого полка. Шведы были отброшены. В то же время охваченные с флангов одной пушкой были уничтожены на голову. Петра, другая, разгромившая огонь наступающих на русскую пехоту, третья ударила в саблю.

Важной особенностью русской тактики в Полтавском сражении явилось новое сочетание между огнем, базированным на подготовленных рубежах, и рукопашным, как решающим. Штык в руках русских пехотинцев, кавалерия на флангах перестали служить оружием обороны, как это было в иностранных армиях, и служили оружием наступления. Петр удачно использовал физическую силу, смелость и ловкость русского человека в рукопашной борьбе. В то время как во всех линейных армиях Западной Европы кавалерия на флангах также сражалась с противником холодным оружием.

Шведская армия не выдержала русского удара и, несмотря на отчаянные попытки короля, в беспорядке бежала в Будищенский лес. Уцелевшие от преследования остатки шведских частей вместе с королем бросились к переправе через Днепр у Переволочны.

Шведы оставили на поле сражения 9 234 трупа; около 2 900 шведских солдат и офицеров вместе с фельдмаршалом Реншильдом сдались в плен. Русские потери составили 1 345 убитыми и 3 290 ранеными. Бежавшие с поля сражения к Переволочне остатки шведской армии (около 14 тыс. человек) 30 июня сложили оружие перед подоспевшей конницей Меншикова. На правый берег Днепра переправились лишь Карл с Мазепой и около тысячи шведов и казаков.

Петр проявил под Полтавой блестящее полководческое дарование. «Генеральная баталия» у Полтавы закончилась полной победой русской армии, которая в несколько часов уничтожила военную мощь Швеции на материке.

В иностранной военной литературе не раз делались попытки умалить значение победы русских под Полтавой. При этом обычно указывалось на численное превосходство русской армии (42 тыс. русских против примерно 30 тыс. шведов). Но искусство полководца в том и заключается, чтобы быть сильнее противника в момент решения столкновения. Кроме того, в бою фактически приняла участие только первая линия русской армии; вторая же, игравшая роль резерва, в бою не была введена за исключением нескольких батальонов.

Победа под Полтавой создала перелом в ходе войны. Опираясь на силы, Швеция могла сопротивляться еще долго, но с каждым годом, с каждым новым ударом сопротивление ее слабело и положение становилось все безнадежнее.

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ

К. Маркс и Ф. Энгельс, Сочинения, том X, страница 227.
Письма и бумаги императора Петра Великого, том I, страница 53.
Е. В. Тарле, История русского флота. Период Азовский, Приложение, часть I, Санкт-Петербург, 1864, страница 8.
С. Елагин. История русского флота. Период Азовский, Приложение, часть I, Санкт-Петербург, 1864, страницы 58-59.
Письма и бумаги императора Петра Великого, том I, страницы 64-68.
Письма и бумаги императора Петра Великого, том I, страница 69.
Письма и бумаги императора Петра Великого, том I, страница 70.
Письма и бумаги императора Петра Великого, том I, страница 93.
Письма и бумаги императора Петра Великого, том I, страница 95.
Ф. Веселаго, Очерк русской морской истории, Санкт-Петербург, 1875, страница 94.
Письма и бумаги императора Петра Великого, том I, страницы 111, 112.