Дружина, организованная боевая часть, составленная пз воинствующих людей. 

Еще Цезарем упоминаются вольные Дружины, которые м. б. зародышем позднейшей (Тацитовского Craitat’a), отличительная черта которой – постоянная и тесная связь дружинника с вождем, а один из признаков – принятие дружинника в домашний круг (Hausgenssenschaft) вождя. 

Во внутренней организации Дружины наблюдались разные слои: amici junctissimi и comités. 

Первый ряд – соратники и советники вождя, 

Второй – воины и слуги. 

На низшей ступени стояли minimissimi (отроки), среди которых бывали и представители несвободного королевского люда, которым состояние в Дружине открывало путь к свободе и возвышению.

Первые русские князья уже окружены Дружиной, составлявшими небольшое ядро княжеских войск. 

Дружина, в собственном смысле, составлял тот круг лиц, который постоянно состоял и жил при князе, разделяя все его интересы. 

Дружина делилась на старшую и младшую. 

Памятники постоянно противополагают Дружину старейшей, передней, большей – и Дружину молодшую, отроков, детскую. 

Отроки были преимущественно домашними слугами князя, хотя имеются сведения о том, что и из них составлялись воинские княжеские отряды. 

Детские Дружины всюду упоминаются исключительно как военные слуги, состоящие непосредственно при князе; в этом их отличие от отроков. 

Доступ в ряды старшей Дружины не был закрыт для представителей молодшей. 

Князь Владимир Мстиславич, когда его мужи отказались следовать за ним, сказал, «взрев на децские: а се будут мои бояре». 

Члены старшей Дружины были преимущественно правящим классом; социальное положение старших дружинников весьма метко характеризуется термином «вельможа», как именуются они в наших древних, главным образом, литературных памятниках. 

Военное значение их выступало в праве иметь свои собственные «боярские Дружины». 

Памятники нередко упоминают о таких Дружинах у отдельных бояр (Свенельда, Яна Вышаты, Ратибора и др.), называя их отроками, чадью, Дружиной или просто домом и двором. 

Принцип демократизма, исконно свойственный славян, племенам, не допускал замкнутости княжеской Дружины. 

В древнем славянском обществе личные качества ценились выше рождения и наследственности. 

Великий князь Владимир Святой «великим мужем сотвори» того русского юношу, который победил печенежского богатыря. Основным принципом пополнения Дружины был набор её из детей самих же дружинников, хотя по общему принципу нашей древности «пожалование по отчеству» не вытесняло собою дачу места «по имени», т.-е. по личным заслугам, и победа первого принципа произошла много позже, в Московское время. 

Убийство князя с дружиной. Иллюстрация к книге
«Повесть временных лет. Отрывки».
Бородин Анатолий Владимирович

По-своему этнографическому составу Дружины наших первых князей являлись почти сплошь иноземными, варяжскими. Об этом красноречиво свидетельствуют имена «светлых и великих князей и бояр» Дружины Олега, бывших при заключении мирного договора с греками в 912 г. 

Свободный характер организации княжеской Дружины позже привлек в ряды их представителей не только соседних финских племен, но и других восточных и западных народностей. Уже в Дружине Бориса был любимый отрок Георгий, родом угрин (венгр), а убийца Глеба был торчин. 

Национальный славянский характер русских Дружин начинает приобретать только с конца XI в. Отношения между князем и дружинниками были совершенно свободными и определялись взаимным соглашением и доверием. Князья заключали с дружками договоры, «ряды», закрепляемые крестным целованием. О содержании этих договоров можно только догадываться. 

Желать добра князю и оберегать его честь были главнейшие обязанности дружинников; князья же д. б. за то их «жаловать и беречь по отечеству и службе их». 

Как свободно устанавливались отношения между князьями и их дружинниками, так свободно же они и прекращались. Имеется ряд указаний, что часть Дружины и даже вся Дружина целиком по тем или иным причинам покидала князя, как и князья, недовольные кем-либо из дружинников, отпускали его от себя.