Анастасевич, Василий Григорьевич, библиограф и переводчик.

Василий Григорьевич Анастасевич родился 28 февраля 1775 г. в Киеве, † 16 февраля 1845 г. в С.-Петербурге. 

Отец его, Григорий Анастази, выходец из Валахии, был в Киеве членом магистрата, состоявшего на Магдебургском праве. 

С 1786 г. воспитывался в Киевской духовной академии, прошел пять классов и, перейдя в шестой, оставил учебное заведение, приглашенный учителем детей одного курского помещика 

В 1795 г. Анастасевич поступил стражником в Малороссийский корпус пеших стрелков и, пользуясь расположением одного из своих начальников, командира Полоцкого полка, князя П. М. Дашкова, значительно пополнил свое образование: гуманный начальник снабжал Анастасевича не только книгами и «тетрадями, по коим воспитывался в Единбургском университете», но и учил его английскому и итальянскому языкам. Перейдя в гражданскую службу, Анастасевич занимался вместе с В. Н. Каразиным и депутатом Виленского университета Иеронимом Стройновским делами по преобразованию Виленской академии и по устройству учебного ведомства вообще (это было при основании в 1802 г. Министерства народного просвещения). 

Поступив затем по чьей-то рекомендации старшим письмоводителем к только что назначенному попечителем Виленского учебного округа князю А. А. Чарторижскому, Анастасевич вскоре приобрел его доверие. 

Находясь при Чарторижском до 1810 г., Анастасевич занимался делами не только по Виленскому учебному округу, но нередко по Сенату и Государственному совету. Вместе с тем с 1809 г. Анастасевич занимал должность помощника начальника отделения польских и малороссийских прав в комиссии составления законов. Служа здесь, Анастасевич, между прочим, перевел с польского: сочинение графа Валериана Стройновского «Об условиях помещиков с крестьянами»; сочинение Иеронима Стройновского в 4 частях «Наука права природного, политического, государственного хозяйства и права народов» (оба изданы в 1809 г., первое – в Вильне, второе – в Петербурге) и «Статут великого княжества Литовского с подведением в надлежащих местах ссылки на конституции, приличные содержанию оного» (2 части, СПб. 1811 г.). 

Если последний труд, изданный на счет правительства, причем переводчик получил от государя императора бриллиантовый перстень, оказал немалую услугу при составлении Свода законов, то первый имел большое просветительное значение. Книга, снабженная переводчиком предисловием, в котором собраны из «Древней российской вивлиофики» исторические свидетельства о крестьянах в России, произвела впечатление как в тогдашнем обществе, так и в высшей администрации и едва не подвергла Анастасевича преследованию и увольнению от службы. Автор надеялся, что помещики рано или поздно сознают необходимость освобождения крестьян «от крепостного и рабского состояния» и заключения с ними добровольных договоров о земле. Стройновский предлагал личное безземельное освобождение и думал, что собственный расчет заставит помещиков предложить крестьянам справедливые условия. 

В 1811-1812 гг. Анастасевич издавал журнал «Улей», не имевший успеха и поэтому прекратившийся. 

В появившихся четырех частях «Улья» из общего числа 383 статей на долю издателя приходится около трех четвертей в прозе и стихах. Большая часть статей – переводы с польского. Некоторого внимания в «Улье» заслуживал отдел биобиблиографический, в котором наряду со сведениями о польских писателях встречаются статьи Анастасевича, посвященные и русским авторам – Богдановичу, Кантемиру, Княжнину, Сумарокову, Хераскову и др. 

Оставив в 1818 г. службу по канцелярии попечителя Виленского учебного округа, Анастасевич продолжал служить в комиссии составления законов, где был уже редактором, затем занимался секретарством у графа Н. П. Румянцева и, наконец, в конце двадцатых годов состоял цензором. 

За пропуск «Конрада Валенрода» Мицкевича был отставлен от службы без пенсии с чином статского советника (в 1830 г.). 

По собственному признанию Анастасевича, в его автобиографии, хранящейся в рукописном отделении Императорской публичной библиотеки, «упражнения в словесности и вообще в физико-математических, духовных, умственных и нравственных науках, составляли для него от юности приятнейшее занятие». К сожалению, усердию Анастасевича не соответствовало дарование, и он принужден был ограничиваться переводами и библиографическими работами; последние исполнены превосходно и до сих пор могут служить образцом. 

В «Росписи российским книгам для чтения из библиотеки В. Плавильщикова» (СПб. 1820 и пять прибавлений 1821-1824) Анастасевич описал в систематическом порядке 8 488 сочинений, а в «Росписи книгам для чтения из библиотеки Александра Смирдина» (СПб., 1828) – 9 934 книги. Точность дат последней росписи, ее систематичность, превосходные азбучные и предметные указатели, раскрытие множества псевдонимов, анонимов и буквенных подписей – все это делает труд Анастасевича необходимой книгой для всех занимающихся историей литературы и наук в России прошлого и начала нынешнего столетий. Под непосредственным наблюдением Анастасевича появилась в свет пятая часть «Опыта» Соникова и второе издание сочинения бар. Розенкампфа «Обозрение Кормчей книги». 

Первым печатным произведением Анастасевича были стихи на смерть полковника Деева, убитого при взятии Вильны русскими войсками (Москва, 1793). Затем последовательно появлялись переводы трагедии Расина «Федра» (1805), «Стихотворений Сафы» с примечаниями (1808), поэмы Легуве «Слава прекрасного пола» (1808), «Прогулки девицы М. Кр.» (1808), оратории «Саул» (1811), 6-й части «философической и политической истории о заведениях и коммерции европейцев в обеих Индиях», соч. аббата Рейналя (1811), «Фридриханы, или Жизни Фридриха II» (1812), «Индии и индейцев», соч. Бержиера (1819), «Всеобщей экономии народов», соч. гр. Вал. Стройновского (1817), «Описания предметов естеств. истории на российском, немецком, польском и французском языках» (1821). В 1812 г. он написал оригинальное стихотворение на Бонапарта «Аттила XIX века». 

После смерти драгоценная библиотека Анастасевича и все его рукописи 20 лет пролежали в каком-то сарае, пока не были проданы с публичного торга. Счастливая случайность часть проданного привела в Императорскую публичную библиотеку. 

В числе спасенного от уничтожения оказалось множество библиографических карточек с ценными заметками Анастасевича и обширная корреспонденция (одних писем митрополита Евгения, с которым Анастасевич был в переписке более 20 лет, нашлось несколько десятков). 

Два раза Анастасевич был предложен А. С. Шишковым в члены Российской академии и оба раза (21 сентября и 21 декабря 1835 г.) забаллотирован.