ПИСЬМО КАРАКАЛПАКСКИХ ХАНОВ ИМПЕРАТРИЦЕ ЕЛИЗАВЕТЕ ПЕТРОВНЕ О ПРИНЯТИИ ИМИ ПОДДАНСТВА РОССИИ

1743 г. февраль

Перевод с татарского письма, присланного от каракалпацкого нижнего народа, полученного тайным советником и кавалером Неплюевым чрез посланцев их, приехавших с поручиком Гладышевым майя 14-го числа в лагере при устье реки Уя.

Всепресветлейшая, державнейшая великая государыня императрица Елисавета Петровна, самодержица всероссийская.

В. И. В. по всеподданнической присяжной должности доносим, что мы, нижний каракалпацкий народ, четыре сана, то есть сорок тысяч, со всею морской волостью в подданство пришли и присланных Дмитрия Гладышева да Мансура Делнова в том не ослушались и поверили, причем просим, дабы между нами посланцы посылались, а во-первых бы, для уверения оного ж Дмитрия Гладышева да Мансура Делнова прислать, по которому могут купцы с караванами наши к вам, а ваши к нам приезжать. Мы же ныне, которые вам приятели, тех к себе приятелями, а кои неприятели, тех потому ж неприятелями почитаем и в знак нашей верности находящихся у нас российских полоненников к вам отослали, а вас просим наших посланцев немедленно возвратить. Когда приезжал к нам Мурза Тевкелев, то, хотя мы и тогда В. И. В. в подданство приклонились и триста дворов ваших подданных башкирцев с ним выступили, сверх же того триста человек купцов своих послали, которых тогда яицкие казаки убили всех, что В. И. В. небезызвестно есть, но после того как купцами, так и послами никто не ездил, а ныне с Дмитрием Гладышевым Мамана батыря и Полата есаула к В. И. В. отправили. Ежели нас почтить соизволите, то просим Дмитрия Гладышева к нам с теми нашими показанными Маман батырем и Полат есаулом не задерживая (а именно) октября месяца прислать.

Понеже между нами в средине находятся киргис-кайсаки, и хотя нас Мурза Тевкелев в бытность свою обнадеживал, что ежели от них, киргис-кайсаков, каракалпакам или от каракалпаков им, кайсакам, чиниться будут обиды, то от всемилостивейшей государыни в защищение российское войско посылаться может, но после того киргис-кайсаки нас, каракалпаков, четыре раза приезжая, разоряли, и затем В. И. В. служить недопущены. А ныне же, как по высочайшей императорской своей милости к нам с повелением прислать соизволили, то мы со всем своим почтением оное исполнили, и для того просим, дабы киргис-кайсаки в непропуске ими посланцев и караванов усмирены были, и как соизволите Дмитрия Гладышева и толмача Мансура с посланными нашими посланцами без замедления возвратить, то мы и настоящего посла и три тысячи купцов и находящихся у нас российских полоненников ко двору В. И. В., ежели Бог соблаговолит, прислать обещались и в том присягою утвердились, ибо, хотя Мурза Тевкелев в киргис-кайсацкую орду к Абухаир-хану приезжал со многою казною, чрез что киргис-кайсацких биев и протчий нечувственный их народ в подданство приводил, а к нам ныне Дмитрия Гладышева без всякого награждения прислали, но мы и без того по повелению В. И. В. сорок тысяч человек рабски в подданство пришли и, как выше показали, имеющихся у нас российских полоненников отдать обещались и в том присягою утвердились, а ежели с таким же почтением наших ханов, салтанов и знатных людей ко двору В. И. В. востребовать соизволите, то мы и к тому со всею нашею готовностью рады, ибо присягали.

Такожде просим, дабы Дмитрий Гладышев и толмач Мансур, как Мурза Тевкелев, награждением были неоставлены, а более все в воле вашей императорской состоит. Маман батыря да Маман Шиха, Сагыйдыка батыря, Полата есаула, Ших есаула ко двору В. И. В. при сем отправили и в том для уверения чернильные свои печати приложили: первая — Каипханова, вторая — Муратшиха, третья — Губейдуйла салтана.

На том письме на стороне прописано:

1743 г. февраля из города Джанкента послано от каракалпацкого Каип-хана и от протчих салтанов и знатных людей, а именно: Губейдуйла салтан, Алтай салтан, Джарык салтан, Шуна салтан, Кедай салтан, Муратших з детьми своими, Хылвятших, Джюманших, Хасянших, Абдуйлаших, Карабатуриших, Шейхасан, Тнаших, Маманших, Кундай, Багатур со всеми народами белому государю в подданство пришли против приятеля быть приятелем, а против неприятеля быть неприятелем и весь народ наш более в повелении состоя у Мратшиха.

Переводил переводчик Емагул Тулеев.

АВПР, ф. Киргиз-кайсацкие дела, оп. 117/1, 1743, д. 1, л. 6 об.— 7 (подлинник), л. 8—9 (перевод).