Не нам, Господи, не нам, но Имени Твоему славу даждь

Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа.

Когда рыцарь военно-духовного Ордена Христа - преемника португальского филиала Ордена бедных соратников Христа и Храма (тампоиеров) -  дом Вашку да Гама на своих источенных червями, полусгнивших каравеллах, с обломанными или связанными из отдельных кусков мачтами,  прогнившими едва ли не насквозь палубными досками, источавших  из своих внутренних помещений смешанный аромат пряностей, застоялой в трюмах воды и давно не мытых человеческих тел, с жалкими остатками команд,  под изодранными шквалами южных морей, латанными-перелатанными парусами, на которых были еле различимы выцветшие под палящими солнцем тропиков красные лапчатые кресты, вопреки всеобщим ожиданиям, вернулся в Португалию из своего первого плавания в Индию, по стране прокатилась волна глубочайшего потрясения. Ведь она стала свидетельницей триумфального завершения долгих, ведшихся на протяжении жизни нескольких поколений, поисков морского пути в далекую Индию и на Дальний Восток. Закрытый для Европы вот уже много столетий, он теперь был, наконец, открыт. Врата Востока растворились перед Христианским миром.

Чтобы попытаться понять тогдашние чувства португальского народа, достаточно заглянуть в храм монастыря монашеского Ордена иеронимитов (Жеронимуш)  пригорода столицы Португалии Лиссабона – Белема (Белена, то есть, собственно говоря, «Вифлеема»), близ памятников генерал-капитану дому Афонсу ди Албукерки, первооткрывателям неведомых земель и португальцам, павшим в колониальных войнах. Странная, причудливая архитектура монастырского храма (стиль, который португальцы именуют «мануэлину»), навеки отразила в себе, сохранила и запечатлела во всей полноте безудержную радость и бурлящую энергию столь молодой и сильной тогда португальской нации, ее изумление открывшимися перед ней новыми фантастическими горизонтами, представшими ее мысленному взору видениями далеких, сказочных стран. Там, в хаосе переплетенных корабельных тросов и канатов, морских водорослей и раковин, между столпами, будто покрытыми наслоениями моллюсков и кораллов, наподобие подводных скал или утесов, под сводами, чарующими и прекрасными, как морские пещеры, кажется, еще можно расслышать отзвуки триумфального гимна в честь бесчисленных чудес моря-океана. Белемский храм как будто празднует и прославляет долгожданное осуществление давней, тысячелетней мечты, зародившейся, может быть, в те незапамятные времена, когда на вершине прибрежной возвышенности самого западного из Азорских островов неведомо кем была высечена прямо из скалы гигантская, превышающая рост человека, фигура всадника с рукой, простертой в беспредельную морскую даль. Король Португалии дом Мануэл I Счастливый повелел доставить каменного всадника в свою столицу Лиссабон как своего рода залог грядущей власти португальцев над морями…

Примечание Imha: АЛБУКЕРКИ Афонсу д' (1453-1515) – португальский мореплаватель. 

В 1510 г. захватил на западном побережье полуострова Индостан территорию Гоа, в 1511 г. – Малакку, в 1515 г. – Ормуз и стал вице-королём португальских владений в Индии с центром в Гоа.

Успешный и стремительный бросок – так и хочется назвать его смертельным прыжком, сальто-мортале! – крошечной, еле различимой на карте Европы (что уж говорить о карте мира!) даже в лупу, Португалии через бушующий и грозный океан – пожалуй, одна из самых загадочных глав в книге всемирной истории. Стремление к территориальному расширению, захвату заморских колоний,  предполагает нехватку  свободных земель в метрополии. Однако португальцам конца XV- начала XVI вв., численность которых не достигала и двух миллионов, вполне хватало места для проживания в их собственной небольшой стране с благодатным климатом. К тому же они только что довели до конца продлившуюся несколько столетий борьбу за существование – сначала с маврами (арабоязычными иберийскими мусульманами – или, как тогда говорили, «магометанами», то есть последователями «Магомета», как европейцы произносили имя пророка Мухаммеда, основателя мусульманской религии - Ислама), а затем – со своими христианскими соседями - кастильцами (единой Испании в описываемое время еще не существовало) Почему маленький, но гордый португальский народ, добившийся, наконец, военной победы и возможности перейти к долгожданной мирной жизни, вместо того, чтобы спокойно почивать на лаврах, внезапно ощутил необоримое стремление распространить свое влияние на совершенно неведомый ему мир, остается неразрешимой загадкой. Блаженной памяти Лев Николаевич Гумилев списал бы все на столь любезный кго сердцу «всплеск пассионарности». Мы же только разведем в недоумении руками. «Темна вода во облацех», как говорили наши предки…

«Эта страна (Португалия – В.А.) слишком обеднела и обезлюдела, чтобы удержать за собой заморские владения силами гарнизонов, для которых просто не хватит солдат» - заявил мудрый инфант (наследный принц)  Педру в 1436 году своим подданным, вознамерившимся отнять у мавров североафриканский порт Танжер. Никто не сможет усомниться в том, что это вошедшее в историю высказывание инфанта основывалось на трезвой оценке имевшихся у Португалии  на тот момент сил, средств и возможностей. И, все же, в течение менее чем ста лет со дня  той памятной беседы, казалось бы, осмотрительного инфанта со своими, казалось бы, менее осмотрительными подданными, Португалия, без ощутимого прироста населения или богатства, овладела крупнейшими городами Марокко, твердой ногой встав на всем африканском побережье и подчинив своей державной воле большинство владык далекой Индии – страны невиданных, неслыханных чудес.

Удивительным представляется, с современной точки зрения, не то, что период португальского великодержавия оказался крайне непродолжительным, а то, что этот период великодержавия вообще оказался возможным.  Стране столь ограниченных ресурсов и возможностей, как Португалия, для долгосрочного сохранения за собой завоеванных земель потребовалось бы великое множество беззаветных героев во главе с гениальными предводителями. В беззаветных героях недостатка не было, но у гениального предводителя, как правило, не имеется столь же гениальных преемников и продолжателей. Разумеется, в историю португальской заморской экспансии было вписано немало славных имен. И как раз XV-XVI вв. породили целую плеяду в высшей степени энергичных и динамичных личностей. Однако решающую роль в подготовке и установлении заморского господства Португалии сыграли, прежде всего, два поистине гениальных  деятеля, далеко превосходивших своих современников и соплеменников умом, дальновидностью и широтой кругозора. Один из них, великий в полном смысле слова инфант Инрики «Навигадор» (более известный в современной России под именем «Генриха Мореплавателя», а в России XIX века - под именем «Генриха Морехода» или «Генриха Мореходца»), стал главной движущей силой, неустанно побуждавшей португальских капитанов исследовать просторы «Моря Мрака» - Атлантического океана и открывать тайны земного шара (или, как тогда чаще говорили, «круга земного»). Другой – не менее великий Афонсу ди Албукерки – заложил основы португальской колониальной державы на Востоке.  

Здесь конец и Господу Богу нашему слава!