Сражение при хуторе Вавр 5 февраля 1831 г.

Хутор на шоссе из Калушина в Варшаву, в 8 верстах от Праги.

5 февраля 1831 г. русская армия, под начальством фельдмаршала гр. Дибича-Забалканского, выступила из Венгрова двумя колоннами; в правой, по дороге на Станиславов, шел VI корпус генерала барона Розена; а в левой, по шоссе через Калушин, — I пехотный корпус гр. Палена, и за ним резерв.

Оттеснив польские дивизии Скжинецкого и Жимирского, авангард корпуса Палена 6 февраля достиг Яновека, а авангард корпуса Розена был в Окуневе.

На следующий день, 7 февраля, было предположено продолжать движение к Варшаве, причем авангард гр. Палена д. был занять Выгодские высоты, а корпус его — Милосну; авангард корпуса барона Розена также д. был дойти до Выгоды, а корпус его — расположиться впереди Гржибовской Воли.

Польская армия была собрана у Грохова, под началом Хлопицкого, и состояла из 3-х пехотных и 3-х кавалерийских дивизий; кроме того, дивизия Жимирского находилась в авангарде, в Милосненском лесу; всего в польской армии было около 54 т. чел. с 140 орудиями.

От Яновека до хутора Вавр Варшавское шоссе пролегало лесом, который под самым Ваврами находился лишь с правой стороны дороги и продолжался по направлению к Кавенчину. Впереди этого леса на протяжении 7 вер. до Праги простиралась равнина, покрытая песчаными холмами, кустами, болотами и отдельными усадьбами.

В 2 вер. за Вавр, вдоль шоссе, расположены дд. Малый и Большой Грохов, а в 3 вер. за ними — Прага; не доходя Грохова, расположена небольшая ольховая роща.

Отступив со своей дивизией К востоку, Жимирский оценил важное значение этого пункта и расположился здесь с целью препятствовать дебушированию русских войск из лесу; он расположил свои 9 батальонов по сторонам шоссе, а имевшиеся у него 28 орудий направил на выходы из лесу.

Из главных сил поляков к этому времени была направлена к Жимирскому дивизия Шембека; ко времени прибытия этой дивизии к востоку из лесу начали показываться передовые части I корпуса гр. Палена. Шембек расположил свою дивизию правее Жимирского, а на правом фланге расположил 3 полка кавалерийской дивизии Лубенского.

Авангард гр. Палена (1 и 2 егерские и 3-й кавалерийский полки с 16 орудиями, под началом генерал-лейтенанта кн. Лопухина) при выходе из лесу был обстрелян огнем 40 орудий, но все-таки выстроился в порядке по обеим сторонам шоссе; свежие войска прибывали, и завязался горячий бой.

На выстрелы востоку прибыл польский главнокомандующий Хлопицкий и, убедившись в необходимости помешать дебушированию русских войск из лесу, приказал Шембеку оттеснить в лес вышедшие уже из него русские войска; а чтобы прикрыть свои войска от обхода их с лев. фланга колонной VI корпуса, двигавшейся по Окуневской дороге на Выгоду, и помешать соединению русских колонн, он направил туда дивизию Круковецкого (13 батальонов и 24 орудий); остальные же войска были оставлены в резерве у Грохова. 1 и 2-й егерские полки, под натиском превосходных сил поляков, были оттеснены к лесу, но прибывший бегом 5-й егерский полк с 1-ю конной батареей полковника Паскевича упорно защищал свою позицию на шоссе.

Бросившийся в атаку Черноморский полк был опрокинут.

К авангарду прибыли гр. Пален и начальник генерал штаба армии гр. Толь.

Великолуцкий полк был направлен Паленом вправо от шоссе, где поляки сильно продвинулись вперед. Ему удалось задержать натиск поляков до 10 ч. утра.

Жимирский, подаваясь лесом вперед, теснил наш слабый правый фланг с двух сторон; прибывший сюда на помощь Новоингерманландский полк был не в силах задержать наступление поляков, и русская пехота отступила.

Гр. Толь, опасаясь, что поляки получат возможность разрезать русскую армию пополам, выдвинул на правый фланг Староингерманландский полк и батальон 4 морского полка, артиллерию же 3-й дивизии расположил уступом за конной батареей, левее шоссе; 3-й морской полк был двинут влево.

Благодаря этим подкреплениям, бой был восстановлен в нашу пользу.

В 11 ч. на поле сражения прибыл фельдмаршал Дибич с 9 батальонами 2-й пехотной дивизии; в это время поляки усилили свои войска расположенные в лесу, и повели атаку на фланг батарей, расположенных на шоссе, стремясь охватить их. Густота леса скрывала это движение поляков, но кн. Горчаков заметил его, повернул орудия конной № 1-й батареи направо, фронтом параллельно к шоссе, и открыл через шоссе картечный огонь. Поляки, пораженные внезапностью этого огня, отступили вглубь леса, но часть их застрельщиков бросилась на батарею, поставленную Толем; Дибич послал для отражения их свой конвой, полуэскадрона Лубенских гусар, и поляки были опрокинуты.

Было около 12 ч. дня, а правая наша колонна все еще не дебушировала из лесу; поляки, понимая всю важность нашего правого фланга, напрягли против него все свои усилия.

Между тем, главнокомандующий послал на подкрепление правого фланга Эстляндский полк, потребовал на поле сражения 2-ю гренадерскую дивизию и послал Розену приказание ускорить движение.

Авангард Розена, состоявший под началом Влодека, д. был двигаться на одной высоте с авангардом I корпуса, но, благодаря большому расстоянию и дурной дороге, он прибыл к Гржибовской Воле только в 2 ч. Чтобы задержать движение Розена, Круковецкий, имея пехотную дивизию и конно-егерский полк, выслал одну полубатарею со стрелками в лес; выходы из леса заняты были бригадой Гелгуда с полубатареей, а остальные войска стали в резерве у Выгоды, правее дороги. Влодек, слыша влево от себя сильную пальбу, выдвинул в лес, влево от дороги, 50-й егерский полк и 1 батальон 49-го егеровского полка, вошел в связь с Эстляндским полком корпуса Палена, вытеснил поляков из лесу и стал постепенно развертывать свои колонны у опушки леса.

Дибич, услышав выстрелы на правом фланге, что указывало на вступление в бой корпуса Розена, приказал начать общее наступление в центре и на левом фланге.

Вся линия русских войск, выйдя из леса, стала подаваться вперед; Толь опрокинул Жимирского, Пален оттеснил Шембека.

На левом нашем фланге Сумцы и Новоархангельцы при содействии огня пехоты и артиллерии отбросили назад кавалерию Лубенского, который поспешил укрыться за свою пехоту. Наша пехота двинулась по шоссе вперед и заняла хутор Вавр.

На нашем правом фланге Круковецкий держался упорно; после горячего боя нами был опрокинут 5-й польский пехотный полк, занимавший высоту. Русские перешли в общее наступление, и левый фланг поляков был оттеснен к Грохову; корчма и сел. Выгода были тоже ими очищены.

Круковецкий отошел к ольховой роще. Для овладения Кавенчином Розен послал Польский и Волынский уланские полки и Житомирский пехотный полк, которые опрокинули калишских улан, защищавших это селение.

К 4 ч. дня выходы из лесу были в наших руках, что и составляло цель этого боя.

Наши войска расположились биваком на тех местах, где их застали приказания.

Поляки отошли за Малый Грохов и, не будучи теснимы, остановились впереди Большого Грохова и заняли позицию.

Потери: наши — до 3,700 ч. (до 100 офицеров); поляки понесли не меньшие потери, нами было захвачено в плен 600 чел.

В бою принимали участие 18 батальонов Палена и 19 — Розена, но до 12 ч. дня Пален был один против 20 батальонов поляков более сильного состава.

Поспешность наступления авангарда Палена, который завязал дело, не выждав прибытия следовавшей за ним 3-ей пехотной дивизии, и неуравненное движение колонн I и VI корпусов создали то трудное положение I корпуса, которое позволило полякам выполнить ряд удачных атак и обход нашего правого фланга, пока не развернулся корпус Розена, что произошло лишь к 3 ч. дня. Кроме того, авангард корпуса гр. Палена не был надлежаще организован, т. к. в нем преобладала кавалерия, а действовать ему приходилось в лесном дефиле.

Между обеими колоннами I и VI корпусов не было надлежащей связи.

Сражение под хут. Вавр было случайное; в таких сражениях большую роль играет находчивость и предприимчивость частных начальников; в этом отношении большие услуги оказал гр. Пален, который быстро прибыл на поле сражения, сразу оценил положение дела, понял значение нашего правого фланга и принял все меры для противодействия натиску поляков.

Поляки выбрали вполне благоприятную минуту для атаки разъединённой русской армии; атаки их против правого фланга Палена были ведены ими настойчиво и упорно. Дивизия Скжинецкого не приняла участия в этом бою, будучи же двинута во-время против Палена, она могла бы содействовать окончательному разрыву нашей армии. Некоторые упрекают Дибича в том, что он не довел боя до конца, не овладел ольховой рощей и не кончил, т. обр., войны одним ударом; но следует иметь в виду, что резервы наши были слишком удалены, 2-я гренадерская дивизия прибыла на поле сражение только вечером; поляки не были окончательно разбиты; дивизии Круковецкого и Скжинецкого были расстроены незначительно и могли упорно удерживаться на позициях.