Портрет Ф.Н. Глинки. Россия, 1821 г. Автор рисунка: Беггров К.П. 1799-1875

ГЛИНКА, Федор Николаевич (8.6.1786 - 11.2.1880), участник Отечественной войны, полковник, состоящний по армии (двоюродный брат Владимира Андреевича Глинки), писатель и поэт, автор "Писем русского офицера" и "Очерков Бородинского сражения" и др.

Родился в с. Сутоки Духовщинского у. Смоленской губернии.

Отец — Николай Ильич Глинка (1744-1796), отставной капитан;

Мать — Анна Яковлевна Каховская (1757-1802).

Происходил из дворянской семьи, родился в 1786 г., с 1799 воспитывался в 1-м кадетском корпусе, 10.6.1802 начал службу прапорщиком в Апшеронском пехотном полку (потом Пехотный, № 81-го Апшеронский ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЫСОЧЕСТВА Великого князя ГЕОРГИЯ МИХАЙЛОВИЧА полк, см.), подпоручик — 4.12. 1803, поручик с назначением полковым адъютант — 11.9.1806 (до этого фактически с 1803 был адъютантом Милорадовича), участник войны 1805-1806 (Аустерлиц), уволен в отставку — 18.9.1806.

В кампанию 1805-06 гг. Глинка состоял адъютантом при гр. М. А. Милорадовиче и участвовал в сражении при Аустерлице.

Результатом его походных впечатлений явилась книга "Письма русского офицера о Польше, Австрийских владениях и Венгрии, с подробным описанием похода Россиян против французов в 1805-06 г." (Москва, 1808).

Эта книга доставила Глинка большую популярность не только в военных, но и в широких кругах общества, показав в авторе интересного рассказчика. Однако, с фактической стороны "Письма" не богаты содержанием.

В творчестве Глинка чувство всегда преобладало над анализом. По окончании кампании он вышел в отставку и, поселясь в своей смоленской деревне, "с пламенным увлечением" предался "занятиям отеческой словесностью", деятельно сотрудничая в журнале своего брата С. П. Глинки, "Русском Вестнике".

Сотенный начальник дворянской милиции — 30.1.1807.

Начало Отечественной войны вызвало Глинка в Действующую армию. Он принял участие в ряде сражений и в том числе под Бородином.

Вернулся в полк с назначением «шефским» адъютантом при М. А. Милорадовиче — 1.10.1812, участник Отечественной войны 1812 (Тарутино, Малый Ярославец, Вязьма, Дорогобуж, Красное) и заграничных походов (Польша, Силезия, Саксония, Париж).

Награжден орденом Владимира 4 ст. с бантом и золотой шпагой за храбрость, орденом Анны 2 ст. и прусским За заслуги, по возвращении в Петербург штабс-капитан — 15.8.1815, переведен в Лейб-Гвардии Измайловский полк — 1.2.1816 с назначением состоять при Гвардейском генеральном штабе, капитан — 30.7.1816, полковник — 26.1.1818, назначен «находиться по особым поручениям» при петербургском военном генерал-губернаторе М. А. Милорадовиче (заведовал «особенною канцеляриею») — 11.3.1819, назначен состоять по армии — 5.6.1822.

Переведенный в 1814 г. "за отличие" в Лейб-Гвардии Измайловского полка, он выпустил 2-е издание своих "Писем", дополненное "описанием событий Отечественной войны и заграничной войны 1812-15 гг. и с присовокуплением замечаний, мыслей и рассуждений во время поездки в некоторые отечественной губернии" (М., 1815 г.).

Книга встретила восторженной прием. Отдельные её места заучивались наизусть; молодежь всюду разносила славу её автора. Книга эта, с французским переводом брата автора, С. Н. Глинка, была издана еще раз в 1821 г. в Москве и перепечатана в 1870 г. вместе с письмами о походе 1805-06 гг.

В 1814 г. Глинка издал в Москве описание подвигов своего начальника и друга Милорадовича в Отечественную войну, "с присовокуплением некоторых писем от разных особ".

С назначением гр. М. А. Милорадовича Спб. генерал-губернатором, Глинка был назначен к нему адъютантом, а затем правителем дел его канцелярии.

Масон, значится в списке членов масонской ложи "Избранного Михаила" "великим чиновником", а позднее и "наместным мастером" (1816), поэт и публицист, действительный член Вольного общества любителей российской словесности — 5.12.1816, председатель его с 16.7.1819 (фактически с 1818), член общества «Зеленая лампа», член Общества любителей российской словесности, член Вольного общества любителей словесности, наук и художеств, а вскоре становится его председателем, сочиняет "Краткое начертание Военного Журнала" (1817), потом редактирует «Военный журнал» (1817-1819), член Общества военных людей, член Общества учреждения училищ взаимного обучения, член Союза спасения (1818), принимает активное участие в создании Союза Благоденствия (член Коренного совета), участник проходившего в его квартире Петербургского совещания 1820, Московского съезда 1821; организатор самостоятельной ячейки тайного общества (так называемое общество Глинки-Перетца).

В Спб. Глинка сближается с Пушкиным, Дельвигом и Рылеевым.

С учреждением, по Высочайшему повелению, комитета для введения в школах взаимного обучения (ланкастерские школы) для солдатских детей, Глинка хлопочет об открытии "Общества для учреждения училищ по методе взаимного обучения", пробует силы в народной повести ("Лука да Марья", Спб., 1818) и издает первый опыт в этом роде: "Подарок молодому солдату" (Спб., 1818).

Участник декабрьского восстания.

В 1819 году был принят Новиковым в общество, имевшее целию просвещение и благотворение. Тогда же объявлено ему, что когда общество получит вид более правильный, то представят правительству и станут искать открытого покровительства на дальнейшие действия. Однако он с 1821 года отстал и не принадлежал к возникшим потом тайным обществам. По словам Пестеля, в квартире Глинки в 1820 году было совещание коренных членов Союза благоденствия, где после рассуждений о формах правлений все приняли республиканское; один Глинка сначала говорил в пользу монархического правления и предлагал императрицу Елизавету Алексеевну. Глинка, отрицая сие показание и на очных ставках с Пестелем, утвердил то, что многие из членов так называемого политического отделения, слушая курсы наук, по удобности квартиры его съезжались к нему, когда трое, когда четверо, заводили разговоры и даже споры о разных системах, иногда и о формах правления, но все в ученом смысле и с тем намерением, чтобы лучше вразумиться в сих науках. Государыню императрицу в таком смысле, как показал Пестель, не предлагал, но говорил и печатал о добродетельных деяниях особ императорского дома. Показания других, бывших в сем собрании, также не согласны между собою. Сверх того Перетц показал, что Глинка принял его в члены тайного общества в 1819 или в 1820 году. Глинка отвечал при допросах и на очных ставках, что он принял Перетца в члены Ланкастерской школы. Семенов подкрепил слова Перетца, а Кутузов утвердил то же самое, что и Глинка. На вопросы, многим сделанные о том, был ли Глинка извещен о намерениях на 14 декабря, Александр Бестужев отвечал отрицательно, прибавив: но что готовилось что-то, знал, ибо при свидании с ним за три дня до 14 числа говорил ему: «Ну, вот и приспевает время!» Глинка на сие отвечал: «Смотрите вы, не делайте никаких насилий». На очных ставках Александр Бестужев, подтверждая свое показание, пояснил, что не помнит, было ли в ответе Глинки слово «насилие», но смысл ответа был точно такой. Рылеев показал, что при свидании с Глинкою сказал ему, что общество положило воспользоваться переприсягою и что оно взяло уже свои меры. На сие он отвечал: «Смотрите, господа!» На очных ставках Рылеев объяснил, что, может быть, вместо слова общество сказал: «Мы», полагая, что Глинка должен был принадлежать к обществу. Но Глинка, отрицая показание обоих, остался при том, что он не имел с ними означенного разговора и не слыхал показанных ими слов. Содержался в крепости с 11 марта.

Показание П.И. Пестеля о совещании тайного общества в 1820 г. на квартире Ф.Н. Глинки.  8 февраля 1826 г. ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 5. Л. 5.

«1826 года 8 февраля высочайше учрежденный Следственный комитет требует от г[осподина] полковника Пестеля следующего показания: В дополнение сказанного вами о совещании, происходившем в 1820 г. в квартире полковника Глинки, объясните: были при сем совещании полковник фон дер Бриген, Павел Колошин, Нарышкин и Семенов (и какой именно?), а также, какого они были мнения и какого рода подавали утвердительные или отрицательные голоса свои? Бриген и Калошин, сколько припомнить могу, находились при сказанном совещании, Нарышкина при оном не было, а касательно Семенова, никак утвердительно сказать не могу, но, кажется, что и он был при том. Сей Семенов есть статский чиновник, а иначе его описать не знаю. Все присутствовавшие при сказанном совещании подали голос в пользу республиканского правления, как то уже имел я честь Комитету объяснить. Глинка говорил в пользу монархического, но голос, наконец, дал тоже в пользу республиканского. Полковник Пестель.»

Первоначально арестован 30.12.1825, доставлен в Зимний дворец и освобожден в тот же день по Высочайшему повелению, приказ о явке для дачи показаний — 15.2. 1826, вторично арестован — 11.3.1826, доставлен в тот же день в Петропавловскую крепость и помещен в особый арестантский покой, потом в № 4 и № 1 Петровской куртины.

После закрытия масонских лож и ликвидации Союза Благоденствия Глинка не принимает больше участия в тайных организациях; его разнообразная прежде литературная деятельность ограничивается лишь стихами, преимущественно духовного характера, в изобилии печатавшимися в журналах и альманахах; тем не менее декабрьские события 1825 г. не прошли для него бесследно. Высочайше Повелено (15.6.1826) освободить. Не привлеченный к суду, Глинка был, однако, исключен из военной службы и переведен в гражданскую службу с чином коллежского советника в Петрозаводск под надзор полиции, где вскоре занял место советника губернского правления.

Доставлен в Петрозаводск — 30.6.1826, определен советником в Олонецкое губернское правление — 19.10.1826, по прошению от 23.12.1829 переведен на ту же должность в Тверь — 24.1.1830, в Орел — 19.11.1832, статский советник — 25.10.1832.

В литературной деятельности Глинки наступает продолжительный перерыв.

В 1830 г. закончилось пребывание его в Петрозаводске, и он был переведен на ту же должность советника в Тверь, где им написаны статьи: "О Карелии", "Отрывок из истории 1812 г." и многочисленные стихотворения.

Уволен в отставку с чином действительного статского советника — 14.10.1834.

В 1835-1853 жил в Москве (в 1848-1849 — в Петербурга), 1853-1862 — в Петербурге, затем в Твери.

Вскоре после женитьбы на переводчице и поэтессе Авдотье Павловне Голенищевой-Кутузовой Глинка покидает службу и переселяется в Москву (1835 г.), где собирает в своем доме кружок литераторов и ученых, ревностно занимается приготовлением большого труда: "Очерки Бородинского сражения", который и выпускает в 1839 г.

В 50-х гг. Глинка вновь переехал в Тверь; причислив себя "к деятелям заштатных годов литературы", он занялся археологией, принимая горячее участие и в делах общественной жизни.

Современники, и в том числе Пушкин, высоко ценили нравственные качества Глинки, Пушкин называл его "великодушным гражданином", "Аристидом", "славной душой", "почтеннейшим человеком здешнего мира". Рылеев, Дельвиг, Бестужев, Кюхельбекер и Д. Давыдов водили с ним близкое знакомство.

Эпиграммы Пушкина "на друга Глаголя" не обижали Глинка "Кутейнин в эполетах", как называл его Пушкин, один из первых признал в Пушкине великого русского поэта и писал ему: "Многие любят в вас ваш талант, я любил и люблю в вас всего вас".

Последние годы жизни Глинка провел в Твери.

Почетный попечитель тверской гимназии, член Тверского губернского статистического комитета и гласный Тверской городской думы (1875), действительный член Московского археологического общества (с 28.4.1869).

Умер в Твери, похоронен в Желтиковом монастыре близ города (могила не сохранилась).

Жена (с 1831) — Авдотья Павловна Голенищева-Кутузова (19.7.1795-26.7.1863), поэтесса, дочь куратора Московского ун-та Павла Ивановна Голенищева-Кутузова (1767-1829) и кж. Елены Ивановны Долгоруковой (умерла 1850).

Братья: Егор (умер в молодости); Василий (родился 1775); Сергей (5.7.1776-1847), майор, цензор в Москве; Иван (1777-1795); Григорий (родился 1780), в 1820 городничий в Острогожске; сестра — Варвара (родилась 1782).