Шеин, Алексей Семенович, ближний боярин, генералиссимус в царствование Петра Великого, сын стольника Семена Ивановича Шеина, правнук знаменитого боярина М. Б. Шеина, родился в 1662 г., умер 12-го февраля 1700 г. Службу Шеин начал, по обычаю того времени, при царском дворе в звании стольника.

Уже с 1672 года он упоминается в "Разрядах» при описании разных придворных церемоний: наряжал вина, смотрел в государевы столы при торжественных придворных обедах, бывал рындой при приемах иностранных послов, сопровождал царя во время его поездок по монастырям и пригородным селам, словом, принимал деятельное участие во всей придворной жизни того времени.

В 1680 г. Алексей Семенович упоминается уже в числе комнатных стольников; в этом же году он был отправлен на воеводство в Тобольск, что составляло обычный шаг в служебной карьере того времени.

Возвратившись в начале 1682 года из Тобольска в Москву, Шеин довольно быстро начал выдвигаться. Уже 12-го января этого года, в числе прочих придворных чинов московского двора, он подписал соборное деяние об уничтожении местничества, а 25-го марта того же года, несмотря на свой ранний возраст, был пожалован в бояре.

После смерти царя Федора Алексеевича, он принимал участие в чине коронование Иоанна и Петра Алексеевичей, а в 1683 году мы находим его уже на воеводстве в Курске, где ему было поручено устроить несколько высланных из Москвы стрелецких полков, казавшихся после бунта 1682 г. опасными для общественного спокойствия в Москве. Исполнив это поручение, разместив и устроив слободами стрельцов, Шеин получил увольнение от воеводства в Курске.

В 1684 году, когда уже сделалась ясной близость войны с Турцией и Крымом, Шеин был послан к южным границам осмотреть пограничные крепости, выяснить степень их боевой готовности и подготовить их к обороне.

В 1686 г., перед первым крымским походом, Шеин собирал в Коломне коломенских, рязанских, путивльских и каширских служилых людей.

В 1689 г. он участвовал, под начальством князя В. В. Голицына, во втором крымском походе. Под начальством Шеина в этом походе был весь Новгородский разряд.

Нам неизвестно, на чьей стороне был Шеин во время свержение царевны Софьи в 1689 году, но, по-видимому, его симпатии были скорее на стороне Петра. С первых же дней самостоятельного царствование Петра Великого, Шеин был участником всех его потех, сочувствовал заведению флота, в 1693 году ездил даже с царем в Архангельск.

Когда Петр Великий весной 1695 года решил двинуться к Азову, Шеин был назначен одним из главных воевод в русском войске и принимал дёятельное участие в осаде этого города. Как известно, осада эта не была успешна, так как турки получали помощь с моря, пользуясь тем, что у русских флота не было, и русское войско в конце сентября ушло обратно, взяв только две каланчи, находившиеся вблизи Азова. Тем не менее, Шеин получил награды: звание ближнего боярина и наместника псковского и деревни в Алатырском уезде.

Весною 1696 года, когда Петр возобновил осаду, Шеин был назначен главным воеводой всех русских сухопутных войск. Осада, начавшаяся 7-го июня, пошла гораздо успешнее, чем в предыдущем году, так как вновь выстроенный русский флот прекратил подвоз с моря подкреплений и запасов в осажденную крепость. На помощь крепости нисколько раз приходили татары, но были разбиты. Однако, крепость не сдавалась довольно долго и только тогда, когда русских неискусных артиллеристов заменили иностранцами, обстреливание крепостных стен пошло успешнее. Около половины июля в стенах Азова была пробита брешь, донские и малороссийские казаки бросились на приступ и заняли вал. Тогда только, уже 18-го июня, турки решили сдаться. Следует, впрочем, заметить, что едва ли взятие Азова было делом только Шеина. Хотя Алексей Семенович и был главным воеводой сухопутной армии, но при осаде находился и сам царь, который, при его энергии и живости характера, едва ли оставался простым зрителем военных действий, и роль Шеина не могла быть очень значительна. Тем не менее, Петр предоставил честь завоевание Азова Шеину, дал ему первое место в церемонии триумфального въезда в Москву, называл его покорителем Азова в обвестительных грамотах, который он разослал по этому поводу всем европейским государям, и пожаловал ему чин генералиссимуса, поручив, вместе с тем, главное командование войсками на время первой поездки своей заграницу. Сверх того, А. С. Шеину поручено было заведывание Иноземским приказом, что в то время, когда царь особенно внимательно относился к иностранцам, жившим в России, без сомнение, показываете большое внимание и доверие царя к Шеину.

После отъезда Петра Великого, Шеину, как главнокомандующему, пришлось очень скоро снова выступить против турок, которые думали обратно взять Азов. Сперва он выступил против крымских татар, которые приготовлялись к походу против германского императора. По союзному договору Россия должна быта отвлечь их от нападение и Шеин удачно это исполнил. Получив в это время известие о движении большого турецкого войска к Азову, сам двинулся против него, разбил у реки Когальника и легко привел к покорности нагайцев и татар, живших у Кубани.

Между тем среди стрельцов, усмиренных в 1689 году, начались новые волнение.

Стрелецкие полки были недовольны тем, что их рассылали в разные посылки, держали в гарнизоне в Азове, и стремились в Москву, где были их слободы и жили их семьи.

Когда, вместо этого, летом стрелецким полкам приказали двинуться на литовскую границу, стрельцы взбунтовались. Некоторые из них, бежав в Москву, принесли оттуда на литовскую границу письма царевны Софьи, которая убеждала стрельцов идти к Москве и просить ее на царство. Стрельцы, под влиянием этих писем, окончательно взбунтовались и двинулись к Москве.

Навстречу им вышел Шеин с 4.000 регулярного войска и 25 пушками. Встретившись с стрельцами 17-го июня 1698 г. у Воскресенского монастыря, Шеин первоначально пытался уговорить их и посылал Гордона и князя Кольцова-Мосальского, убеждая мятежников подчиниться приказанием правительства и отправиться обратно. Однако, убеждение не действовали, стрельцы начали открыто высказываться против Петра, и Шеин был вынужден разогнать их пушками. Несколько залпов артиллерии, находившейся под начальством искусного артиллериста де-Граге, быстро рассеяли нестройный толпы мятежников, и Шеин очень скоро приступил к розыску зачинщиков.

Он "разбирал и смотрел у них, кто воры, и кто добрые люди и которые в Москве бунт заводили; и после того были розыски великие и пытки им, стрельцам, жестокие, и по тем розыскам многие казнены и повешены по дороге; остальных разослали в тюрьмы и монастыри под стражу».

Однако, стараясь по возможности скорее прекратить бунт и наказать виновных, Шеин слишком скоро производил розыск и не открыл участия в нем царевны Софьи, что открылось через два месяца, когда приехал из заграницы сам Петр. Это обстоятельство было причиной сильного неудовольствия царя на Шеина.

Еще более рассердился царь на Алексея Семеновича, когда открылись его злоупотребление.

Шеин производил в полковники и офицеры за деньги, брал взятки с своих подчиненных, словом, далеко не соответствовал тем надеждам, которые возлагал на него государь.

Впрочем, открытого разрыва между ними не было.

Шеин подчинялся всем нововведением царя, первым потерял свою бороду, которую ему на другой же день по приезде отрезал собственноручно Петр, и в конце 1699 года ездил еще с царем в Воронеж. Однако, после этого Алексей Семенович прожил не долго: 12-го февраля 1700 года он умер и был похоронен в Троице-Сергиевской лавре.