Гриппенберг, Оскар-Фердинанд Казимирович, генерал-адъютант, генерал-от-инфантерии, член Государственного Совета, родился 1 января 1838 г. и в 1854 г. вступил юнкером в ряды Крымской армии; в 1855 г. был произведен за боевые отличия в прапорщики, а за отличия во время усмирения польского восстания 1863-64 гг. — в штаб-капитаны.

Перейдя в 1866 г. капитаном в Туркестанский военный округ и в том же году произведенный в майоры, Гриппенберг в следующем году вступил в командование 5-м Туркестанским линейным батальоном (см.), с которым и участвовал в покорении Бухары и в ряде других экспедиций в столкновениях с бухарцами и кокандцами, отличился при штурме крепости Ура-Тюбе и за боевые отличия был награжден в 1867 г. — орденом Св. Георгия 4 ст., Св. Анны 3 ст. с мечами и бантом, в 1869 г. — чином подполковника и орденом Св. Станислава 2 ст. и золотым оружием.

Назначенный в 1870 г. командиром 17-го стрелкового батальона, Гриппенберг в 1872 г. был произведен в полковники и в 1877 г. назначен командиром Лейб-Гвардии 2-го стрелкового батальона и пожалован флигель-адъютантом к Е. И. В.

Отправившись во главе Лейб-Гвардии 2-го Стрелкового батальона на театр военных действий с Турцией, Гриппенберг, назначенный вскоре командующим Лейб-Гвардии Московского полка, выказал выдающиеся военные способности: храбрость, хладнокровие, энергию и уменье быстро разбираться в боевой обстановке.

Героическая защита Правецкой позиции, отражение турецкой атаки под Араб-Конаком (21-23 ноября 1877 г.), где 3 батальона Лейб-Гвардии Московского полка отбили нападение 18 таборов Шакир-паши, сделали Гриппенберга одним из героев русско-турецкой войны 1877-78 гг.

Характерной чертой деятельности Гриппенберг под Араб-Конаком, кроме выше перечисленных качеств, является необычная находчивость. Когда 21 ноября турки во время 4-ой атаки, отличавшейся особой стремительностью, начали одолевать 3 батальона Лейб-Гвардии Московского полка и угрожали нашей батарее, Гриппенберг, за отсутствием частного резерва, собрал все, что было под рукой, даже горнистов и барабанщиков и с обнаженной саблей и словами: "Пока жив, не допущу, чтобы наши орудия были в руках турок" бросился вперед и угрозой фланговой атаки вызвал смятение в рядах неприятеля; подоспевшие из общего резерва стрелки остановили дальнейшее наступление противника.

Наградами Гриппенберга за эту кампанию были: орден Св. Георгия 3 ст., Св. Владимира 3 ст. с мечами и Св. Станислава 1 ст., чин генерал-майора и назначение в свиту Е. И. В.

Генерал являлся "коренным гвардейцем".

Прокомандовав Лейб-Гвардии Московским полком по 1883 г., Гриппенберг командовал затем в 1888-89 гг. 1-ой бригадой 1-ой гвардейской пехотной дивизии, а с 1889 по 1897 г. занимал должность начальника гвардейской стрелковой бригады (чин генерал-лейтенанта в 1890 г.). Прокомандовав год 1-ой гвардейской пехотной дивизией, Гриппенберг в 1898 г. был назначен членом Александровского комитета о раненых.

Назначенный в 1900 г. командиром VI армейского корпуса и в том же году произведенный в генералы-от-инфантерии, Гриппенберг с 1901 по 1902 г. занимал должность помощника командующего войсками Виленского военного округа, а затем и командующего ими (по 1904 г.), причем был пожалован званием генерал-адъютанта.

В 1904 г. Гриппенберг был назначен командующим 2-ой Маньчжурской армией, при особом Высочайшем рескрипте, в котором было, м. пр., сказано: "Продолжительное служение Ваше отечеству, отмеченное боевыми подвигами и обширным опытом в деле боевой подготовки войск, дает Мне полную уверенность, что Вы, руководствуясь общими указаниями главнокомандующего, будете успешно направлять к достижению целей войны деятельность вверенной Вам армии, и что под Вашим начальством наши доблестные войска проявят присущие им мужество и стойкость в борьбе с врагом в защиту чести и достоинства родины". Прибыв в Мукден 28 ноября 1904 г., Гриппенберг, объезжая войска вверенной ему армии, неоднократно говорил, что отступление не будет.

Так, обращаясь к полкам 54-ой пехотной дивизии, дрогнувшей под Янтаем, он сказал: "Я уверен, ребята, что вы не сдадите перед неприятелем. Знайте, что отступления не будет. Если кто оставит свою позицию, заколи того. Если я прикажу отступать, заколи меня".

6 декабря 1904 г. главнокомандующий обратился к командующим Маньчжурским армиями с циркулярным предписанием, в котором указывал, что в виду предстоящего прибытия на театр военных действий XVI армейского корпуса и стрелковых бригад, дающего нам чувствительный перевес в силах, "дальнейшее энергичное движение вперед является своевременным". На основании этого указания Гриппенберг представил главнокомандующему свой операционный план, в котором предлагал перейти в наступление в направлении на левый фланг противника.

Для успеха операции Гриппенберг желал: усиления вверенной ему армии 3 корпусами, хотя бы ценой ослабления центра и левого фланга, и содействия наступлению его армии демонстрацией сильным огнем 1-ой 3-ей армий, а по мере развития действий, и переходом в решительное наступление.

План Гриппенберга хотя и встретил сочувствие главнокомандующего, однако, последним был указано 2-ой армии в конце концов ограничиться лишь охватом левого фланга расположения армии Оку, начиная с занятия дер. Сандепу и, т. обр., общее наступление сведено был к частичому наступлению одной 2-ой армии (I Сибирский, VIII и X армейские и сводные стрелковые корпуса) при огневой поддержке соседних.

Последовавшая затем затяжная и неудавшаяся операция 2-ой Маньчжурской армии при Сандепу (см.) с 12 по 16 января, к сожалению, внесла разлад в отношениях между главнокомандующим и Гриппенбергом, вследствие чего Гриппенберг, не находя возможным оставаться долее на своем посту, 17 января телеграммой испросил Высочайшего разрешение на отъезд из армии по расстроенному здоровью. В ответ на это всеподданнейшее ходатайство Гриппенберг получил следующую телеграмму Государя Императора (от 18 января): "Желаю знать истинные причины Вашего ходатайства об отчислении и о приезде в Спб. Телеграфируйте шифром с полной откровенностью". Гриппенберг донес телеграммою: "Истинная причина, кроме болезни, заставившая меня просить об отчислении меня от командования 2-ой Маньчжурской армией, заключается в полном лишении меня предоставленной мне законом самостоятельности и инициативы и в тяжелом состоянии невозможности принести пользу делу, которое находится в безотрадном положении. Благоволите, Государь, разрешить мне приехать в Спб. для полного и откровенного доклада о положении дела".

18 января Государь Император удостоил Гриппенберга следующей телеграммой: "Разрешаю вам прибыть немедленно в Спб. Передайте славным войскам вашей армии Мое горячее спасибо".

Сдав командование армией командиру VIII армейского корпуса генерал-лейтенанту Мылову, Гриппенберг отбыл в Спб.

Согласно своему ходатайству, Гриппенберг 12 марта 1905 г. был отчислен от командования 2-ой Маньчжурской армией и 15 июня того же года был назначен генерал-инспектором пехоты (15 июня 1905 г. учреждена должность Генерал-инспектора пехоты (см.), первым указанную должность занимал генерал-адъютант Оскар Казимирович Гриппенберг).

На этой должности Гриппенберг приступил к пересмотру наставления о стрельбе.

Собранная по его инициативе комиссия выработала уже новое наставление для стрельбы в войсках, но 23 марта 1906 г., по расстроившемуся здоровью, Гриппенберг был вынужден оставить пост генерал-инспектора.

Изданный генерал-адъютантом Куропаткиным отчет ("Бой под Сандепу") побудил Гриппенберга издать брошюры: "Изнанка операции охвата левого фланга расположения армии Оку в январе 1905 г." (Спб., 4-е изд. 1910 г.) и "Ответ О. Гриппенберга на обвинения генерал-адъютанта Куропаткина" (Спб., 1909), в которых он на основании документов доказывает, что главным виновником неудачи охвата левого фланга армии Оку, а в дальнейшем и поражения под Мукденом, является сам генерал Куропаткин.

Отъезд Гриппенберга из армии вызвал в свое время в армии и в русском обществе большой шум и со стороны многих встретил сильное осуждение. На защиту Гриппенберга. стал М.И. Драгомиров, который писал: "Обращаясь к Гриппенбергу, должен напомнить, что каменистая, бесплодная, суровая Финляндия вырабатывает характеры серьезные, самостоятельные, узковатые, но страшно определенные и не способные идти на сделки. Характерам покладливым, расплывчатым они не ко двору и часто приходят с ними в столкновение. Поняв общее дело своим делом, финн, убедившись, что исполнить его не может, просто уходит от него в сторону, даже не подумав цепляться за жирный оклад и высокое положение. Устранение от деятельной роли Гриппенберга, единственного из оставшихся генералов турецкой войны, стяжавших себе вовремя оно подлинную, а не дутую репутацию, конечно, д. был приятно многим". (М.И. Драгомиров, Одиннадцать лет, 1895-1905 гг.).

Гриппенберг числился в списках: Лейб-Гвардии Московского и Лейб-Гвардии 2-го стрелкового Царскосельского полков.