Геллендорф, сражение 16 августа 1813 г., при

ГЕЛЛЕНДОРФ, селение в Саксонии, к юго-востоку от Дрездена.

Известно столкновением русских войск с французами 16 августа 1813 г.

Исход Дрезденского сражения принудил союзные армии отступить в Богемию.

По диспозиции Шварценберга, колонна Барклая-де-Толли (см.), в составе русско-прусских войск, надлежало двинуться 17 авг. на Петерсвальд к Теплицу; для флангового марша была избрана дорога на Цигист — Гисгюбель, находящаяся на протяжении 14 вер. в непосредственной близости неприятеля (корпус Вандама в районе Гисгюбель — Генерсдорф).

Распоряжения сводились к следующему: пр. Евг. Вюртембергскому с отрядом Гельфрейха следовало атаковать неприятеля у Кричвица (слабейший пункт); Ермолову — атаковать высоты у Цигиста, а Остерману с 1-ой гвардейской дивизией, большей частью артиллерии и гвардейской кавалерией наступать к Петерсвальду; за Остерманом следовать II пехотному корпусу и, наконец, — аръергарду Кноринга.

Вандам, введенный в заблуждение нашими энергичными атаками, начал стягиваться к Кричвицу, направив туда и часть сил, находившихся между Генерсдорфом и Гисгюбелем. Опасаясь, чтобы наши отряды не были подавлены превосходством сил противника, Остерман приказал остановить гвардию, что едва не привело к предупреждению нас франзузами у Гисгюбеля и ГЕЛЛЕНДОРФА. Но пр. Евгений, усмотрев с горы у д. Котты, что неприятель ближе к этим пунктам, чем голова русской колонн, приказал своим войскам выйти из боя и наступать по шоссе. К счастью, Вандам не только не поддержал свои слабые отряды, высланные к Гисгюбелю и ГЕЛЛЕНДОРФУ, но приказал всем направленным туда войскам отходить к Баре и Генерсдорфу. Однако, и Остерман, получив сведение о движении противника к горным проходам, поднял гвардию с привала и повел далее.

Около 2 ч. д. 1-я гвардейская дивизия прошла Гисгюбель, имея в голове Преображенцев, за которыми следовало 24 ор. Едва голова колонны стала взбираться на кручу Дюренберг, как была встречена ружейным и артиллерийским огнем.

Выдвинутые Ермоловым 4 орудия скоро привели французскую батарею к молчанию; под прикрытием стрелков, один батальон двинулся правее шоссе, а другой Ермолов повел лично, опрокинул неприятеля штыками и открыл путь артиллерии.

Оставив 2 батальона Лейб-Егерей (см.) для охранения пройденной теснины и выслав 1 батальон для преследования противника, отходившего к Генерсдорфу, Ермолов приказал остальным частям ускорить движение к ГЕЛЛЕНДОРФУ. Отбросив неприятеля с шоссе у Дюренберга, Преображенцы остановились, а Семеновцы (см.), пройдя мимо, стали в голове колоны; за ними шла артиллерия.

Между тем, французы заняли дефиле и ГЕЛЛЕНДОРФ и их стрелки открыли сильный огонь по нашим батареям. Чтобы выручить артиллерию, батальон Семеновцев вскарабкался на кручи, покрытые лесом и штыками обратил французов в бегство.

Гвардейские части проследовали Петерсвальд в 4 ч. д.; за ними шел отряд Гельфрейха. Но II корпусу кн. Шаховского французы вновь преградили путь.

Завязался упорный рукопашный бой между нашим Муромским (потом 21-й Пехотный Муромский полк, см.) и 7 легким французским полком.

Пр. Евгений уже проследовал к Петерсвальду, но, узнав об атаке Муромцев превосходящими силами французов, поспешил к ним на выручку с Черниговцами (потом - 29-й Пехотный Черниговский Генерал-Фельдмаршала Графа Дибича-Забалканского полк, см.); оказалось поздно: Муромцы, а с ними и Минцы (потом - 54-й Пехотный Минский Его Величества ЦАРЯ Болгарcкого полк, см.), будучи отрезаны, рассеялись и отошли к Петерсвальду проселочными дорогами, потеряв много людей, 1 орудие и несколько зарядных ящиков.

Черниговцы были принуждены отступить на ГЕЛЛЕНДОРФ под прикрытием Лейб-Егерей, стоявших в колонне по обе стороны шоссе.

Аръергард Кноринга, после упорного боя у Кольберга, отходил по шоссе; часть его отряда свернула на Генерсдорф и на другой день вышла к Ноллендорфу, а сам Кноринг с Татарским уланским полком пробился сквозь неприятеля и вслед за гвардией, пришел в Петерсвальд. Здесь из войск II корпуса собрались Тобольский (потом - 38-й Пехотный Тобольский полк, см.), Черниговский, части Муромского и Минского полков.

В общем потери II коруса были велики, но результат боев 16 августа не замедлил сказаться на другой день, под Кульмом.