Великий князь Николай Николаевич Старший

Портрет великого князя Николая Николаевича-старшего. Бовин. Россия, 1869 г., холст, масло, 107х82 см. ГЭ.

НИКОЛАЙ НИКОЛАЕВИЧ (Старший), Его Императорское Высочество, Великий князь, генерал-фельдмаршал, генерал-адъютант, генерал-инспектор по инженерной части и кавалерии; 3-й сын Императора Николая I и Императрицы Александры Феодоровны, родился 27 июля 1831 г.

Первоначальное воспитание Великого князя велось с 1838 г. под руководством генерала А. И. Философова, по "плану учения", составленному В. А. Жуковским для Цесаревича Александра Николаевича, для практического же ознакомления с главнейшими обязанностями военной службы Великий князь в течение нескольких лет в лагерное время обучался строю совместно с кадетами 1-го кадетского корпуса.

Портрет великого князя Николая Николаевича старшего. Альбом "Офицеры лейб-гвардии Конно-пионерского дивизиона". Зичи М.А. 1827-1906. Венгрия-Россия, 1852 г. Бумага плотная желтоватая, гуашь, акварель, белила. 27х18,8 см. ГЭ.

1 июля 1846 г. Великий князь Николай Николаевич был произведен в подпоручики. Однако, это производство в офицеры и даже пожалование ему в следующем году чина поручика, а в 1848 г. — капитана, не прекратили его лагерных занятий с кадетами, в рядах которых он последовательно занимал разные строевые должности, дойдя в 1850 г. до командования батальоном 1-го кадетского корпуса.

Действительная служба его началась в Лейб-Гвардии Конном полку, в должности командира дивизиона (1851).

В 1852 г. Николай Николаевич был произведен в генерал-майоры, с зачислением в Свиту Е. И. В. и с назначением Генерал-Инспектором по инженерной части, а также командиром 1-ой бригады 1-ой легкой гвардейской кавалерийской дивизии.

С началом Восточной войны, когда войска наши потерпели неудачу при Альме и Севастополю грозила серьезная опасность, Император Николай I, для поднятия духа действующей армии, послал в ряды её своих сыновей, Великих Князей Николая и Михаила. Они прибыли в Севастополь 23 октября 1854 г., накануне Инкерманского сражения, в котором и приняли участие.

Находясь под сильнейшим неприятельским огнем, они служили примером настоящей воинской доблести, за которую и были награждены орденом Св. Георгия 4 ст.

По распоряжению главнокомандующего, Великий князь Николай Николаевич 20 января 1855 г. был назначен заведывать всеми инженерными работами, укреплениями и батареями на Северной стороне Севастополя, от Константиновской батареи до Мекензиевой горы включительно. Боевая деятельность Великих Князей была прервана кончиной Императора Николая I, которая заставила их немедленно выехать в Спб.

Царствование Императора Александра II открыло Великому князю Николаю Николаевичу широкое поле деятельности. 27 марта 1855 г. он был назначен членом Государственного Совета.

Летом, по Высочайшему повелению, он был командирован в Финляндию для укрепления подступов к Выборгу со стороны Транзунда, а также для осмотра и поверки береговых батарей и укреплений. Осенью он вместе с Государем прибыл в Николаев, который в то время приводился в оборонительное положение; заведывая инженерными работами, Великий князь Николай Николаевич лично руководил ими с большой энергией и успехом. Затем он отбыл в Кронштадт для общего руководства всеми работами по усилению рейда и заграждению подступов к нему.

25 января 1856 г. Великий князь Николай Николаевич вступил в исправление обязанностей по званию Генерал-Инспектора инженерной части и оставался на этом посту до самой кончины. В тот же день он был назначен генерал-адъютантом.

26 августа 1856 г. Его Высочество был произведен в генерал-лейтенанты и назначен почетным президентом Николаевской инженерной академии и начальником 1-ой легкой (потом 2-ой) гвардейской кавалерийской дивизии. В следующем году он был назначен членом комитета о способе ремонтирования кавалерии, а в 1859 г. — командующим гвардейского резервного кавалерийского корпусом.

30 августа 1860 г. Великий князь Николай Николаевич был произведен в инженер-генералы, через год назначен командиром отдельного Гвардейского корпуса, 10 августа 1864 г. — командующим войсками гвардии и Спб. военного округа, 15 августа того же года — Генерал-Инспектором кавалерии, с оставлением во всех прочих должностях и званиях, и 18 августа — членом комитета о раненых.

До глубины души военный, Великий князь умел предъявлять вверенным ему войскам и учреждениям боевые требования, вполне соответствовавшие духу происходивших в то время реформ в нашей армии. Его любовь к солдату и офицеру, увлечение военным делом, кипучая энергия, служебный такт, уменье заинтересовать своих подчиненных работою и, наконец, полное доверие к нему свыше были причиною того, что труды Великого князя сопровождались полным успехом. Деятельность Великого князя на посту командующего (с 30 августа 1867 г. — Главнокомандующего) войсками гвардии и Спб. военного округа составила особую эпоху в службе и жизни этих войск. Наша кавалерия под его руководством быстро шагнула вперед, отказавшись от устарелых традиций манежной езды и исключительно смотровых требований предшествовавшего царствования.

Страстный любитель и знаток лошади, природный кавалерист, Великий князь на посту Генерал-Инспектора кавалерии, с большим успехом обнаружил свои крупные дарования в кавалерийском деле. В 1872 г. он совершил большое путешествие в Турцию и в Святую Землю, продолжавшееся 2 мес. Оно подробно описано в книге Д. А. Скалона: "Путешествие по Востоку и Св. Земле в свите Великого князя Николая Николаевича в 1872 г.".

Когда осенью 1876 г. стала очевидна неминуемость русско-турецкой войны, Император Александр II назначил Великого князя главнокомандующим Дунайской армией.

23 ноябре 1876 г. Великий князь прибыл в Кишинев и начал работу по сосредоточению армии и подготовке к переправе её через Дунай.

23 апреля 1877 г. он осматривал под огнем турецких судов укрепления в Галаце и Браилове, 8 и 9 июня совершенно тайно производил разведку берегов Дуная, 10 июня присутствовал при переправе через Дунай XIV армейского корпуса генерала Циммермана, а 15-го руководил переправою через Дунай у Систова и за успешное её выполнение был награждён орденом Св. Георг. 2 ст.

Последовавшее затем занятие Тырнова отрядом генерала Гурко побудило Великого князя самому идти с главными силами вслед за этим отрядом, на Тырнов и далее на Балканы, но неудача под Плевной 8 июля приостановила дальнейшее наступление.

Тогда только Государь согласился на неоднократные доводы Великого князя о недостаточности сил армии, и на театр войны были вызваны гвардия, гренадерский корпус, 4 пехотные дивизии и стрелковая бригада.

Взятие Ловчи 23 августа и увеличение наших сил более, чем до 80 т. чел., дали возможность Главнокомандующему возобновить штурм Плевны, но последний, произведенный 30 августа, не принес нам успеха и заставил Государя собрать военный совет, на котором Великий князь, считая невозможным продолжать войну при создавшихся условиях, высказался за необходимость отступить к Дунаю и возобновить кампанию лишь весною следующего года.

Столь решительным мнением он полагал возможным воздействовать на Государя в смысле более значительного увеличения наших сил для исполнения стоявшей перед ним серьезной задачи. Однако, Государь не согласился с этим мнением: было решено не отступать от Плевны, начать правильную осаду её и вызвать на театр войны генерала Тотлебена.

Попытка Османа-паши 28 ноября 1877 г. прорваться из Плевны кончилась пленением 40-тыс. турецкой армии. За взятие Плевны Великий князь был награжден орденом Св. Георгия 1 ст.

Этот решительный успех побудил его принять план немедленного зимнего перехода через Балканы. Смелое решение Великого князя, доложенное на военном совете 30 ноябре, было утверждено Государем, хотя встретило многих противников в лице даже таких генералов, как Тотлебен, Скобелев и Радецкий.

Поход этот представил собою действительно необычные трудности для наших войск, но за то блестящее выполнение его решительно повернуло всю кампанию в нашу пользу и побудило турецкое правительство начать переговоры о перемирии.

К этому времени мы уже заняли Филиппополь, захватив, т. обр., железную дорогу к Константинополю, и подходили к Адрианополю. Занятие последнего 10 января 1878 г. побудило Великого князя самому отказаться от тех условий перемирия, которые турки не решились принять накануне, и, пользуясь паникою противника, стремительно наступать не только на Константинополь, но и на Галлиполи, справедливо оценивая чрезвычайно важное стратегическое значение этого последнего пункта.

В то же время Великий князь донес Государю свое крайнее убеждение, что "при настоящих обстоятельствах невозможно уже теперь останавливаться, и, в виду отказа турок от условий мира, необходимо идти до Царьграда и там покончить предпринятое Тобою святое дело".

Въезд великого князя Николая Николаевича Старшего в Тырново 30 июня 1877 года. ДМИТРИЕВ-ОРЕНБУРГСКИЙ Николай Дмитриевич. 1885. Холст, масло. 144x104 см. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург.

13 января он прибыл в Сейменли-

Тырново

, где получил присланную Государем золотую саблю с алмазами и надписью: "За переход через Балканы в декабре 1877 г.", и, имея в виду взятие нашими передовыми частями железной дороги ст. Люле-Бургас, в 150 вер. от Константинополя, и ст. Демотики, в 80 вер. от Эгейского моря, приказал генералу Скобелеву произвести рекогносцировку к Царьграду и сделал распоряжения на случай войны с Англией и в особенности захвата ею выхода из Босфора в Черное море. Однако, в это самое время Великим Князем получены были указания Государя, сводившиеся к тому, чтобы войти в дружественное соглашения с начальниками иностранных флотов в Босфоре для водворения общими силами порядка в городе, избегать всякого столкновения с иностранным десантом в Константинополе, ввести туда войска лишь в случае просьбы жителей столицы и, наконец, ни в каком случае не отступать от сделанного нами Англии заявления, что мы не намерены действовать на Галлиполи, ибо она, с своей стороны, обещала нам то же, а потому достаточно выдвинуть наблюдательный отряд на перешеек, отнюдь не подходя к самому Галлиполи.

Эта телеграмма, указывавшая на соглашение нашего правительства с Англией, связала действия Главнокомандующего, справедливо считавшаго, что, только заняв Константинополь и Галлиполи, Россия могла властно диктовать условия мира Турции и противодействовать Англии. Это было тем более тяжело, что, продолжая удачное наступление, наша кавалерия дошла почти до Родосто.

18 января 1878 г. турецкие уполномоченные были приняты вторично Великим Князем, и на следующий день подписали протокол предварительных оснований мира и условия о перемирии. Между тем, вопреки обещанию и под предлогом защиты своих подданных в Константинополе, Англия послала военную эскадру в Босфор, что побудило Государя телеграммой 29 января предоставить Главнокомандующему полную свободу действий на берегах Босфора и Дарданелл, избегая непосредственного столкновения с англичанами, пока они сами не будут действовать враждебно.

Стеснение инициативы действий Главнокомандующего непрерывными указаниями из Спб. поставило Великого князя в чрезвычайно затруднительное положение, тем более, что турецкие уполномоченные, чувствуя поддержку англичан, стали затягивать переговоры.

Получив 9 февраля телеграфное повеление Государя ускорить занятие ближайших к Константинополю предместий, назначить кратчайший срок для получения согласия султана, а на случай его отказа приготовить достаточные силы, которыми предоставлялось действовать, не ожидая особых разрешений, Великий князь предупредил уполномоченных, что намерен занять Сан-Стефано, куда действительно и прибыл 12 февраля в сопровождении 1 роты и 1 эскадрона.

Здесь 19 февраля, наконец, был подписан прелиминарный мир с Турцией. 14 мес. неустанной работы в неприглядной обстановке войны, целый ряд лишений, постоянные волнения, — все это тягостно отозвалось на состоянии здоровья Великого князя, который телеграммою 27 марта просил о замене его другим лицом.

Несмотря на болезнь, Великому Князю удалось еще настоять на прекращении турками фортификационных работ у Маврикиоя и в др. местах, а также лично осмотреть расположенные против нас турецкие позиции.

2 апреля Великий князь получил телеграмму Государя с извещением об увольнении его от командования армией.

В воздаяние славно оконченной кампании Великий князь был произведен в генерал-фельдмаршалы.

Важнейшими заслугами Великого князя в эту кампанию следует признать: совершенно правильную оценку им как всей обстановки предстоявшей войны, так и сил противника, для действия против которого врученные ему силы он с самого начала войны считал недостаточными; обеспечение нашего успеха при переправе через Дунай не только удачным выбором места её, но и рекогносцировкой её с замечательной скрытностью, которая в подобного рода предприятиях часто имеет решающее значение; лично им предпринятый и блестяще исполненный зимний переход через Балканы и, наконец, энергичное наступление к Константинополю.

Последний период деятельности Великого князя Николая Николаевича был посвящен командованию войсками гвардии и Спб. военного округа до 17 августа 1880 г., когда вследствие расстроенного здоровья он оставил этот пост.

Свои силы, богатый боевой служебный опыт, также любовь к военному делу он посвящал, гл. обр., нашей кавалерии, Генерал-Инспектором которой оставался до конца жизни.

По поводу 25-летия деятельности на этом посту, Великий князь 15 августа 1889 г. был почтен рескриптом Императора Александра III, который отметил неустанную заботу Великого князя как об улучшении конского состава и снаряжения кавалерии, так и о введении наиболее правильных способов её воспитания и обучения.

Еще в 1860-х гг., в самом начале своей деятельности в должности Генерал-Инспектора, Великий князь обратил внимание на способы ремонтирования нашей кавалерии лошадьми как в мирное, так и в военное время, при чем в 1868 г. было выработано для того особое положение.

Стремясь улучшить конский состав, Великий князь, ежегодно объезжая конские заводы и задонские зимовники, постоянно обращал внимание главного управления государственного коннозаводства на необходимость заведения верховых жеребцов-производителей. К сожалению, эти неоднократные заявления оставались без последствий, в чем государственному коннозаводству пришлось раскаяться лишь впоследствии.

В числе других мероприятий, исходивших от Великого князя, следует упомянуть установление строгой отчетности о прибыли и убыли строевых лошадей, учреждение правил и форм их описей, установление порядка комплектования ремонтными лошадьми, составление общей программы занятий в запасных кавалерийских полках, издание "Инструкции для воспитания и объездки молодых лошадей" и пр.

Будучи выдающимся кавалерийским генералом, Великий князь много поработал над улучшением командного состава вообще и офицерского — в частности в нашей кавалерии, вся строевая и тактическая подготовка которой была им поставлена в условия боевых требований.

Близко к сердцу принимал он деятельность офицерской кавалерийской школы, которую посещал очень часто, лично руководя занятиями в течение долгих часов.

Император Александр III неоднократно обращался к Его Высочеству как к крупному военному авторитету; так, в 1881 г. он был назначен "присутствующим" в особой комиссии (генерал-адъютанта Коцебу) для обсуждения вопросов об улучшении устройства военных управлений, в 1888 г. — председателем особой комиссии по составлению проекта положения о полевом управлении войск, затем он же руководил работами комиссии о переустройстве кавалерии и преобразовании инженерных войск.

Наконец, ему принадлежала идея маневров больших войсковых масс, общим руководителем и посредником которых он являлся несколько раз: в 1886 г. — под Красным Селом и Усть-Ижорою, а затем в окрестностях Брест-Литовска, между войсками Варшавского и Виленского военных округов, в 1888 г. — на больших Елисаветградских маневрах и, наконец, в 1890 г. — под Нарвою и на Волыни, между войсками Варшавского и Киевского военных округов, в количестве около 130 т. чел.

На этих маневрах Великий князь в последний раз явился пред войсками. По настоянию врачей, Великий князь прямо с маневров из Ровно отправился в Крым, в Алупку, где и скончался.

13 апр. 1891 г. тело его было перевезено в Спб. и погребено в Петропавловском соборе.

Великий князь Николай Николаевич пользовался огромной любовью и редкою популярностью среди войск. Простота в обхождении, сердечность, незлобивость, веселый, шутливый характер, уменье заставить своих подчиненных служить не за страх, а за совесть, и в то же время уменье серьезно потребовать службу и дело, чисто военный характер, рыцарское благородство, — все это искренно привязывало к нему всех его сослуживцев и подчиненных и было разгадкой того обаяния, которым он пользовался среди всех военных, от солдата до генерала включительно.

12 января 1914 г., в Спб., на площади против Михайловского манежа, в Высочайшем присутствии, состоялось открытие памятника Великому князю, изготовленного по проекту итальянского скульптора Каноника.

Открытие памятника Великому Князю Николаю Николаевичу старшему. Памятник на Манежной площади. Бронзовая конная статуя Великого князя на высоком художественном постаменте была торжественно открыта 12 января 1914 г. на Манежной площади в Петрограде. Конная фигура была отлита по модели итальянского скульптора Пьетро Каноники. Памятник был демонтирован в 1918 г. Источник:http://gallica.bnf.fr/ark:/12148/btv1b6928598b

В Порадиме (Болгария, расположен на расстоянии 21 км от Плевена.) есть дом-музей имени Великого князя Николая Николаевича и при нем часовня во имя Св. Николая.

Порадим. Болгария. Дом-музей Великого князя Николая Николаевича СтаршегоИсточник: http://www.elentur.com.ua

С 25 января 1856 г. Великий князь состоял в супружестве с принцессою Александрою Петровною Ольденбургскою и имел сыновей: Великого князя Николая Николаевича (Младшего) и Великого князя Петра Николаевича.

Великий князь Николай Николаевич состоял: почетным членом Николаевской академии Генерального штаба, почетным президентом Николаевской инженерной академии и Обществ: Московского скакового, Моршанского охотников конского бега и донских частных коннозаводчиков, почетным членом Императорского русского географического общества, медико-хирургической академии, Спб. университета, Императорской академии наук, Михайловской артиллерийской академии, Пармской академии наук и др.

К концу Империи, имя Великого князя Николая Николаевича было присвоено полкам:

9-му гренадерскому Сибирскому,

13-му стрелковому,

8-му драгунскому Астраханскому и

6-му саперному батальону.