Сделанный нами краткій очеркъ состава и боевой деятельности русскихъ войскъ въ XVII столетіи, въ эпоху предшествующую преобразованіямъ, доказываетъ, что еще до Петра I вооруженныя силы Россіи начали видоизменяться въ своемъ составе, а боевая ихъ деятельность получила новое направленіе. Почва для реформы была такимъ образомъ подготовлена, и отъ наследниковъ царей Алексея и ееодора зависело или ускорить дальнейшій естественный ходъ событій, или, напротивъ, замедлить развитіе военнаго дела на новыхъ началахъ. Въ это-то чрезвычайно важное, переходное время во главе русской арміи сталъ геніальный Петръ.

"Мощью собственнаго генія, почти безъ сторонней помощи", Петръ Великій, – какъ говоритъ одинъ изъ иноземныхъ пословъ при Московскомъ дворъ, – къ 1705 г. "достигъ успеховъ, превосходящихъ всякія ожиданія" (¹). Действительно, періодъ съ 1683 по 1705 годъ имеетъ огромное значеніе въ исторіи военнаго искусства Россіи, какъ время, когда во всехъ его отделахъ были положены прочныя начала, на которыхъ основано современное устройство нашихъ вооруженныхъ силъ и ихъ боевая деятельность. Петръ I могущественною рукою выдвинулъ впередъ начала его отца съ такою силою, что русское военное дело долго казалось совсемъ оторваннымъ отъ своей почвы, имело видъ простаго заимствованія, тогда какъ это было изумительно быстрое его развитіе.

Изучая деятельность Петра Великаго, мы замечаемъ во 1-хъ, постепенность перехода Петра I къ новымъ порядкамъ; во 2-хъ, полное ихъ сродство съ началами, выработанными до Петра I, – находимъ лишь капитальность усовершенствованія новыхъ формъ; въ 3-хъ, встречаемъ нередко неоконченность некоторыхъ отделовъ, для чего не было физическихъ силъ человека.

Въ самомъ развитіи Петровскаго военнаго искусства выделяются следующіе періоды: 1) 1683 по 1695 годъ – зарожденіе новой военно-воспитательной русской школы; 2) 1695 – 1699 – подготовительный къ переходу къ регулярному устройству войскъ, и 3) съ 1699 – 1705 начало регулярнаго устройства вооруженныхъ силъ подъ вліяніемъ боевой обстановки и некоторыхъ данныхъ опыта.

Въ 1-мъ періоде (съ 1683 – 1695 г.) выдающимися фактами служатъ устройство "потешньш" войскъ, их "воинскія упражненія" (Установившееся названіе „потешныхъ игръ" Петра I на столько не соответствуетъ ихъ действительному значенію, что мы избегаемъ этого названія. При современныхъ научныхъ историческихъ данныхъ не можетъ быть и тени сомненія въ огромномъ смысле и значеніи первыхъ воинскихъ упражненій Петра, не допускающимъ смешивать ихъ съ игрушкою, а потому пора оставить и самое названіе, дающее ложное понятіе о деле.) и стрелецкія событія.

"Потешные" Петра I по существу не составляли новость, небывалую въ Россіи. Известно, что царь Алексей между другими развлеченіями въ загородныхъ своихъ дворцахъ ("новинами", въ родъ представленія "въ комидійной храмине", – первомъ театре и т. п.) потешался старинною русскою потехою, стрельбою подростковъ изъ луковъ въ бросаемые предметы и т. п. Поэтому нетъ ничего невероятнаго, что царь Алексей, окружавшій новорожденнаго Царевича всевозможными потехами (²), еще при жизни своеи сформировалъ полкъ "малыхъ робятокъ", где быстро развивавшійся ребенокъ, – Петръ, – считался полковникомъ.

30 мая 1672 года "въ отдачу часовъ ночныхъ" (передъ разсветомъ) въ Кремлевскомъ дворце родился Царевичъ Петръ, надежда будущаго Россіи, такъ какъ два старшихъ его брата, еедоръ и Иванъ, по слабости здоровья не считались долговечными. Между другими потехами воинскаго характера выделяется еще при жизни Царя-родителя, не только "Петровъ полкъ" (³), но и другія воинскія потехи, свойственныя возрасту Петра. При нормальномъ порядке вещей едва-ли бы исторія и отметила о существованіи этого детскаго полка и военныхъ игрушекъ. Но дело въ томъ, что съ 4-го года Петръ росъ при исключительныхъ условіяхъ. 29 января 1676 года Царь Алексей, после 10-ти дневной внезапной болезни, скончался. еедоръ Алексеевичъ вступилъ на престолъ, но черезъ 6 летъ не стало и его. Въ виду всемъ известной слабости Царевича Ивана провозглашенъ Царемъ десятилетній Петръ. Однако Стрелецкій бунтъ 15 мая 1682 года далъ полную победу партіи Милославскихъ, и хотя думою было утверждено двоевластіе царей Ивана и Петра, но въ действительности власть перешла въ руки царевны Софіи. Партія Нарышкиныхъ пала; не стало и даровитаго боярина Матвеева.

Новая правительница, питая честолюбивые замыслы, выгодные Милославскимъ, решилась опереться на стрельцовъ и къ прочимъ организаціоннымъ недостаткамъ этого войска. добавила самый опасный – соучастіе въ чуждыхъ имъ по существу вопросахъ политическаго характера, чемъ и образовала изъ нихъ "настоящихъ янычаръ" (⁴). Бунтъ стрельцовъ 1689 г. положилъ первый пределъ ненормальному развитію стрелецкаго войска; однако 17-ти летній царь тогда не могъ разомъ наиравить дело по новому пути. Стрельцы въ то время представляли изъ себя грозную силу въ 18 стрелецкихъ полковъ Московскаго гарнизона и только двухъ выборныхъ солдатскихъ полковъ – 1-го Московскаго (Захарова) и Гордона (Теперешній л.-гренад. Эриванскій. 1-й Московскій, при Петръ Лефортовскій, не существуетъ, но есть данныя заключить, что теперешній Гренадерскій Екатеринославскій полкъ имеетъ родство съ этимъ полкомъ. Бутурскій иЛефортовскій самые старые полки нашей арміи.). Царь тогда поставленъ былъ въ необходимость изъ Троицко-Сергіевскаго монастыря два раза (14 и 27 августа) обратиться непосредственно къ каждому изъ полковъ въ отдельности съ требованіемъ явиться къ нему начальствующимъ лицамъ и 10 рядовымъ отъ полка, но въ результате 12 сентября 1689 г. массе московскихъ стрельцовъ не только прошло относительно безнаказанно все прошлое, но было прибавлено даже по 1 руб. къ годовому окладу "по вся годы" (⁵). Заговоръ Цыклера и бунтъ 1698 года окончательно выяснили Петру I ненормальность устройства стрелецкихъ порядковъ. На этотъ разъ Государь решилъ расформировать отжившій первый типъ регулярнаго войска, заменивъ его инымъ, сформированнымъ и веденнымъ на началахъ его "потешныхъ", выработанныхъ имъ самимъ въ Преображенскомъ.

Не имея определенной программы образованія, не имея выдающихся наставниковъ, Петръ I былъ отъ природы одаренъ геніальною русскою натурою которая съумела всехъ обратить себе въ учителей и которой было достаточно одного намека для того, чтобы идти впередъ, самой узнать все. Если при обыкновенныхъ условіяхъ не могъ быть нарушенъ этикетъ, то теперь, предоставленный своей воле, царственный юноша Петръ, никогда не бросавшій и страстно любившій воинскія потехи, имелъ полную свободу преобразовать известный ему съ детства свой Петровъ полкъ. Это, прежде всего, удаляло его отъ государственныхъ деле, а потому не могло и встречать препятствій со стороны честолюбивой Софіи.

Съ 1683 года мы встречаемся уже съ фактами, чрезвычайно важными для общихъ выводовъ о самодеятельности геніальной "натуры" Петра I (⁶).

Въ 1682 году въ Кремлевскомъ дворце была особая потешная площадка, "какъ есть воинскій лагерь", (⁷); но въ этомъ проявляется заключительный актъ детскихъ потешныхъ игръ. 30 мая 1683 года были произведены первыя "многія огнестрельныя потешныя стрельбы" на Воробьевыхъ горахъ, куда все необходимое перевозили изъ Москвы Потешные конюхи, которые, съ 1685 года, вместе съ потешною пехотою, упоминаются уже всегда. Такимъ образомъ съ 1683 года воинскія занятія переносятся въ поле, и игры переходятъ въ полевое военно-практическое обученіе. Въ 1684 г., въ Преображенскомъ, подле дворца, былъ устроенъ потешный городокъ "Пресбургъ" (Это названіе дано городку въ честь Пресбурга, о которомъ Петръ I, полагаютъ, зналъ по картине или изъ разсказовъ Зоммера.), надъ устройствомъ котораго собственноручно работалъ Петръ I подъ руководствомъ случайныхъ людей, имевшихъ начальное понятіе въ томъ или другомъ отделе военнаго искусства. Въ томъ же году, 19 іюня, Потешные штурмовали эту крепостцу съ огненною потехою, маневрировали на две стороны, а Преображенскъ съ техъ поръ сталъ именоваться стольнымъ городомъ. Въ 1685 г. въ Преображенскомъ устроено первое помещеніе для гарнизона, образованъ родъ стрелковаго полигона (Съ 22 іюня по декабрь 1686 года Петромъ I пристрелено 6.700 ружейныхъ стволовъ.), и тогда-же на Яузу спущена первая флотилія. Такимъ образомъ зародилась колыбель русской регулярной арміи.

После заточенія Софіи Потешные правильно организуются въ Преображенскій и Семеновскій полки (1691 г.); маневренный отделъ развивается въ полной мере: ежегодно устраиваются исторически известные большіе маневры (1689 г. къ Александровской слободе; 1690 къ Николо-Утрешси; 1691 – Семеновскій походъ.). 1692 и 1693 гг. спеціально посвящаются Петромъ морскому делу; Пехота занимается въ прежнемъ направленіи (во всехъ окрестностяхъ Москвы появляются следы полевыхъ упражненій – окопы), и въ 1694 г. заключается эта самовозникшая школа двухстороннимъ Кожуховскимъ походомъ (съ 23 сентября по 17 октября) съ участіемъ около 16 тысячъ войскъ, по заранее составленному учебному плану (⁸). Мы не должны забывать. что вследствіе стрелецкихъ событій все эти упражненія исполняются при условіяхъ, подобныхъ военному времени.

Направленіе воинскихъ занятій Петровской школы отличается: простотою, законченностью изученія разъ начатаго дела, усвоеніемъ сперва научныхъ начале известнаго предмета (по наличнымъ средствамъ), преимущественно нагляднымъ путемъ, и широкимъ примененіемъ на практике усвоеннаго изъ теоріи. Такъ установилась въ Россіи первая самая простая "практическая школа военной науки", которая "добиралась" собственнымъ опытомъ, какъ говорится самоучкою, добывала военное знаніе главнымъ образомъ исполненіемъ всякаго дела, почерпнутаго изъ книге "собственными руками", на самомъ месте въ виду всехъ выгодныхъ и невыгодныхъ обстоятельствъ (⁹).

Къ 1695 г., кадетская, такъ сказать, школа Петра I была закончена, и онъ начале служить съ перваго Азовскаго похода бомбардиромъ: "шутили подъ Кожуховымъ, а теперь подъ Азовъ играть идемъ". Это и было началомъ новаго періода въ подготовке царя-полководца.

Готовясь къ Азовскому походу, первое, на что Петръ обратилъ вниманіе, было сохраненіе въ полной тайне плана кампаніи. 20 января 1695 г. былъ объявленъ Крымскій походъ(¹⁰), и съ особою гласностью начала формироваться въ Белгороде 120 тыс. армія "стараго строя", Б. И. Шереметева. 6-го же февраля, на военномъ совете въ Москве, обсуждался планъ операцій Азовской арміи новаго строя, и только здесь стало известнымъ, что ударъ лучшими войсками долженъ быть направленъ не на татаръ въ Крыму, а на турокъ – въ Азовъ, съ категорическимъ повеленіемъ сохранять это въ полной тайне (¹¹). Въ Азовскую армію вошли три дивизіи лучшихъ войскъ (Гордона, Лефорта и Автонома Головина), всего силою до 31 тыс., съ артиллеріею въ составъ 104 мортиръ и 44 пищалей, выбранныхъ самимъ Петромъ.

Не касаясь подробностей 1-го Азовскаго похода, заметимъ, что стратегическая задача этой кампаніи была разрешена Петромъ I вполне оригинально и верно: ударъ решено нанести сильной Турціи, отнять у нея пункты, прикрывающіе слабый Крымъ, открыть русскимъ доступъ къ морю, какъ къ главному операціонному направленію для действія противъ Турціи, съ пораженіемъ которой легко переходилъ во власть Россіи и Крымъ. Демонстрація Шереметева отвлекала вниманіе крымцевъ, привыкшихъ ожидать нападенія со стороны Днепра. Азовская армія освобождалась отъ всехъ невыгодныхъ особенностей степныхъ походовъ; речной флотъ втрое уменьшалъ обозы, громадностью которыхъ страдала наша старая армія; подвозы запасовъ могли быть исполнены наивыгоднейшимъ образомъ.

1-й Азовскій походъ обнаружилъ: во 1-хъ, те существенныя поправки, которыя надо было сделать въ плане кампаніи и въ организаціи арміи; во 2-хъ, полное незнаніе русскихъ и ихъ случайныхъ учителей иноземцевъ – инженернаго искусства и, въ 3-хъ, недостатокъ тактической подготовки войскъ. Было ясно, что неудачные штурмы Азова были следствіемъ неискуснаго маневрированія и неопытноети главныхъ руководителей въ веденіи войскъ въ бою. Важнейшая изъ поправокъ плана кампаніи 1-го Азовскаго похода несомненно заключалась въ томъ, чтобы оперировать не только сильною арміею, но и флотомъ, отчего, по разсчетамъ Петра, главнымъ образомъ долженъ былъ пасть Азовъ(¹²). Признано также необходимымъ увеличить составъ арміи наборомъ вольницы (¹³), установить въ войскахъ единовластіе (¹⁴) и принять все меры, чтобы иметь опытныхъ инженеровъ (¹⁵).

Само собою следуетъ, что труднейшею задачею было устройство флота, способнаго сопротивляться турецкому, и разрешеніе ея смело принимаетъ на себя самъ царь.

Для сооруженія флота были устроены верфи въ Преображенскомъ (где къ исходу февраля 1696 г. было готово, руками Преображенцевъ, Семеновцевъ и Переяславльскихъ работниковъ, 22 галеры и 4 брандера) и въ Воронеже. Въ Козлове, Добромъ и Сокольскомъ (ВоронежСм. губ.) было приказано заготовить 1.300 струговъ, 300 лодокъ и 100 плотовъ (¹⁶). Самъ Петръ, похоронивъ соцарственнаго съ нимъ брата, больной, 23 февраля, выехалъ въ Воронежъ, куда и прибылъ черезъ пять дней.

Планъ кампаніи 1696 года состоялъ въ следующемъ: 1) Флотъ долженъ былъ оказать самую существенную поддержку осадному корпусу со стороны моря. 2) Главныя силы направлялись изъ Воронежа къ Азову на судахъ речнаго судоходства. 3) Составъ Азовской арміи увеличенъ на счетъ войскъ Шереметева (7 п. Регемана до 10 тыс), 15 тыс. запорожцевъ, вольницею и другими войсками стараго строя, всего до 75 тыс. 4) Власть главнокомандующаго объединена въ рукахъ боярина Алексея Семеновича Шеина.

Раннею весною галеры (Касаясь вопроса о совместныхъ операціяхъ сухопутной арміи съ флотомъ, намъ постоянно придется сталкиваться съ действіями полевыхъ войскъ на галерахъ, а потому считаемъ нужнымъ дать общее понятіе обе этомъ судне. Галера (парусное судно) двигалась на веслахъ (самая большая у насъ въ 1696 г. Шмидта въ 38 веселъ), вооружена была небольшимъ числомъ орудій (на той же галере 5 медныхъ пушекъ и одинъ дробовикъ), помещавшимися на носу, перевозила десантъ въ большемъ или меньшемъ числе людей въ зависимости отъ размера. Съ каждой стороны галеры вдоль борта приделывалась банка, на которой сидели солдаты. При навыке команды галера могла делать въ часъ до 6 миль (Исторія флота, Елагинъ, стр. 32 и 260).) изъ Преображенскаго съ неимоверными затрудненіями были отправлены въ Воронежъ съ морскимъ экипажемъ. 8 марта начала выступать изъ Москвы и пехота. 2 апреля спущена на воду въ Воронежъ галера "Принципіумъ", служившая во все время Петру I его главною квартирою, а затемъ былъ готовъ къ походу и весь новопостроенный флотъ, состоявшій изъ двухъ кораблей, 23 галеръ и 4 брандеровъ (¹⁷). 3 мая авангардъ флота въ 8 галеръ, подъ начальствомъ самого Царя, вышелъ изъ Воронежа, и 19 числа 9 галеръ и 40 казачьихъ лодокъ Гордона высадили войска у Азова, противъ котораго снова открылись осадныя работы; флотъ же принялъ на себя блокаду крепости (¹⁸).

После небольшихъ столкновеній у устья Дона, 28 мая турки решились выслать подкрепленіе въ Азовскую крепость, но какъ только наши галеры начали сниматься съ якоря для атаки непріятельской флотиліи, суда съ десантомъ возвратились назадъ; прикрывающая эскадра турокъ, поставивъ паруса, выплыла въ море и более ничего не предпринимала для выручки гарнизона Азова.

Мы не останавливаемся на действіяхъ осаднаго корпуса за это время, такъ какъ лично Петръ I хотя и бывалъ при сухопутной арміи, но не принималъ непосредственнаго участія въ веденіи осады, находясь большею частью на "Принципіуме". Шеинъ совершенно не зналъ осаднаго дела; осада велась не лучше, а еще хуже первой; иноземцы инженеры прибыли лишь 11 іюля и не успели оказать существенной помощи, такъ какъ черезъ неделю (18) крепость, лишенная надежды на выручку, капитулировала.

Главная идея Петра – взять Азовъ при содействіи флота, – увенчалась полнымъ успехомъ; но кроме того за время этого 2-го похода у Петра совершенно определенно выработался взглядъ на будущее значеніе для Россіи Азовскаго и Чернаго морей и на необходимость принять самыя решительныя меры для усовершенствованія "прадедовскихъ обычаевъ" веденія боя. Въ первомъ отношеніи Государь находилъ единственнымъ вернымъ средствомъ для покоренія Крыма (чемъ только и могли быть обезпечены наши южныя границы), – господствовать на Черномъ море, и съ этой стороны нанести смертельный ударъ главному врагу – Турціи; для радикальнаго же переустройства вооруженныхъ силъ – прежде всего узнать, чемъ именно въ военномъ деле превосходили насъ западно-европейскія арміи.

Такимъ образомъ, прямымъ последствіемъ 2-го Азовскаго похода было устройство флота кумпанствами (¹⁹) и заграничная поездка самого Петра I и его сподвижниковъ для пріобретенія нужныхъ данныхъ при реформахъ, задуманныхъ повсемъ отраслямъ военнаго искусства.

Было бы ошибкою думать, что Петръ, уезжая заграницу въ 1697 г., не принялъ никакихъ мере къ уничтоженію недостатковъ, замеченныхъ имъ въ Азовскихъ походахъ. Конечно, не только "шкиперство", но и "бомбардирство", и "капитанство" (²⁰) Царя указало необходимость узнать, чемъ именно превосходили насъ наши соседи въ устройстве вооруженныхъ силъ сухопутной арміи, принять это въ соображеніе, и пока выяснятся особенности европейскихъ обычаевъ, дорожа пуще всего временемъ ("блаженъ иже иметца фортуну за власы ея"), – работать мощью своего генія" и теми же пріемами, какъ самъ работалъ въ своей школе, т. е. прямо на деле.

Царская грамота о посольстве Лефорта, отправляемаго въ разныя европейскія государства "для государевыхъ деле, которыя годны намъ....", была отослана съ А. Вейде, который и долженъ былъ дать справку какъ по организаціи, такъ и по строю европейскихъ (въ особенности австрійскихъ и саксонскихъ) войскъ (²¹) (Докладъ Вейде известенъ в последствіи подъ названіемъ Устава Вейде, но по неопределенности разныхъ строевыхъ положеній, виденныхъ имъ заграницею, его нельзя считать, за уставъ по современнымъ понятіямъ.). Лично самъ Петръ I не пропускалъ ни одного случая узнать порядки иноземныхъ армій. Известно, что неудовольствіе его на рижскаго коменданта обусловливалось темъ, что ему не удалось узнать въ Риге все, что онъ хотелъ (²²)_, а только кое-что относительно "города" (крепости) (²³). Въ Курляндіи Петръ уже узналъ, что обученіе и строй польско-литовскихъ войскъ велся такъ же, какъ прежде было и у насъ: "въ ученьи и въ ходьбъ, то дело непостоянное, для того, что кладется на произволъ региментаря...." (²⁴). Артиллерійское дело изучается имъ въ Кенигсберге въ наикратчайшій срокъ, поразившій его учителей (²⁵); но, не ограничиваясь темъ, какъ это спеціальное дело, такъ и изученіе военной администраціи всехъ родовъ войскъ онъ поручаетъ Лефорту и Корчмину (²⁶). Между темъ и дома подготовлялись къ задуманной реформе (²⁷), при чемъ главнымъ действующимъ лицомъ по подготовке кадра сухопутной арміи былъ Автамонъ Головинъ; артиллерійской – Виніусъ; въ Воронеже развивался флотъ, при живомъ участіи е. М. Апраксина (²⁸).

Событія последняго стрелецкаго бунта 1698 г. вызвали Петра I изъ заграницы. Решившись теперъ уничтожить "янычарскіе" порядки, устроить войска на началахъ, зарожденныхъ въ Преображенскомъ, применивъ къ нимъ наскоро замеченные иноземные воинскіе обычаи, – Петръ I, между прочимъ, пріехалъ изъ заграницы съ убежденіемъ, что политическая обстановка благопріятствовала, въ союзе съ некоторыми изъ западно-европейскихъ державъ, отторгнуть отъ Швеціи коренныя русскія области.

Первая задача, практическое разрешеніе которой такъ безпокоило Петра I, состояла въ томъ, чтобы создать постоянную армію, съ устраненіемъ въ ней самыхъ крупныхъ изъ замеченныхъ прежде недостатковъ организаціи, и въ наикратчайшій срокъ сделать ее способною двинуться "не подъ лапу, а въ самый ротъ непріятелю* (²⁰), сильному и искусному въ ратномъ деле. Въ этомъ смысле первый рекрутскій наборъ, конечно, есть эра въ исторіи военнаго искусства въ Россіи.

Мы видели, что передъ 2-мъ Азовскимъ походомъ войска укомплектовались сборомъ вольницы. Наборъ даточныхъ тоже было самое обычное явленіе. Однако, наборъ даточныхъ, объявленный указомъ 17 ноября 1699 г., резко отличается отъ прежнихъ. Для сего была образована комиссія при генеральномъ дворъ въ Преображенскомъ (е. А. Головинъ; Ав. Головинъ; Вейде; дум. дьякъ Ав. Ивановъ и еще 6 дьяковъ по указу.), которой было поручено: заведывать сборомъ даточныхъ и вольницы, сформировать изъ нихъ полки, обмундировать, обучить, подготовить укомплектования на первое время (до конца 1701 г.), производить судъ надъ новоприборными и разсчитаться съ населеніемъ по особому денежному налогу, вызванному рекрутскимъ наборомъ. Главный результатъ деятельности этой комиссіи былъ пріемъ 10.727 чел. даточныхъ, 11.787 чел. вольницы и 50 тыс. рублей. Комиссія заведывала наборомъ въ центральныхъ областяхъ, а Репнинъ производилъ отдельный наборъ въ низовыхъ городахъ (³⁰).

Главная задача комиссіи заключалась въ томъ, чтобы навсегда взять въ ряды арміи вполне годныхъ для военной службы людей, – даточныхъ, "дворовыхъ людей" (а не съ "крестьянской пашни") и изъ вольницы; при этомъ, насколько возможно, устранить произволъ и злоупотребленія какъ со стороны помещика-сдатчика, такъ и пріемщика; обмундировать, вооружить и снарядить войска (безъ обоза) съ наименьшими денежными затратами для казны, въ наикратчайшій срокъ и, наконецъ, сразу поставить войска на действительно солдатскую ногу. Черезъ три месяца начали появляться первые полки "прямаго регулярнаго войска", а черезъ 8 месяцевъ после указа обе ихъ созданіи, они, не толпою иноземнаго строя, а правильно устроенными полками, разделенными на дивизіи, генеральства, отряды, двинуты къ границамъ.

Пехотные полки сформированы: восемь въ Москве, девять вне столицы (часть несомненно въ Новгороде) и десять, княземъ Репнинымъ (имевшимъ отдельную дъятельность), – въ низовыхъ городахъ. Два драгунскихъ полка – въ Москве. Составъ пехотныхъ полковъ: штабъ-офицеровъ – 3, оберъ-офицеровъ и штабныхъ – 35, нижнихъ чиновъ-строевыхъ – 1.200 (³¹). Обмундированіе (на немецкій образецъ), снаряженіе и строй (³²) были вполне однообразны; но ружья не одного у всехъ калибра. Пикъ не было. Расквартированы войска по обывателямъ, но были приняты основные пункты, "статъи", определявшіе внутренній строевой порядокъ и взысканіе за нарушеніе онаго. Преступленія (съ подразделеніемъ на общія и спеціальныя) "новоприборныхъ солдатъ" обсуждались при Генеральномъ дворъ (³⁴).

Первый уставъ пехотнаго строя, составленный Ав. Головинымъ (³⁵), съ незначительными дополненіями былъ напечатанъ въ 1702 году ("Краткое обученіе въ строеніи пешихъ полковъ"....,) (³⁶); а потому, характеризуя нашъ строй по уставу 1699 г., мы сделаемъ лишь оговорку обе его измененіяхъ въ 1702 году.

По первой организаціи каждый пехотный полкъ былъ въ составе двухъ батальоновъ по 5 ротъ, каждая рота по 120 человекъ. Единственный видъ строя былъ развернутый въ 6 шеренгъ.

Ружейные приемы установлены: для заряжанія и стрельбы, для отданія чести, для ношенія ружья въ походъ и "положи мушкетъ" (вместо теперешняго "составь ружье" и къ ногъ (Въ 1702 году установлены пріемы: „отъ дождя", „на погребеніе" и для бросанія гранатъ. Последнее, въ связи съ деятельностью Ласси по формированію гренадеръ (³⁷), указываетъ, что при первомъ формированіи 1699 г. у насъ гренадерскихъ ротъ не было.).

Главное отличіе ружейныхъ пріемовъ Петровскаго времени (съ перваго "артикула" и до конца) заключалось въ томъ, что уставъ не давалъ никакихъ правилъ о положеніи рукъ и ногъ при исполненіи ружейныхъ пріемовъ, предоставляя это показу обучающаго; требовалось при обученіи только подразделеніе пріемовъ на темпы.

Видоизмененіе развернутаго строя состояло въ вздваиваніи рядовъ и шеренгъ.

Вздваиваніе рядовъ было принято для прохожденія вздвоенныхъ же рядовъ конницы сквозь пехоту (Вздваиваніе рядовъ состояло въ томъ, что половины шеренгъ б, г, е, с, л, о (чер. 1-й) становились впереди полушеренгъ: а, в, д, р, к, и, и такимъ образомъ образовалось 12 шеренгъ, но съ широкимъ интерваломъ. Вздваиваніе шеренгъ (чер. 2-й) – каждый рядъ четныхъ шеренгъ (2-й, 4-й, 6-й) становился левее (правее) впереди стоящаго ряда нечетной шеренги (1-й, 3-й, 5-й) и получался строй въ три шеренги.); вздваиваніе же шеренгъ (уменьшеніе ихъ въ глубину вдвое) для стрельбы залпомъ (Обыкновенная стрельба была „паденіемъ" (нидерфаленъ). Для сего пять шеренгъ смыкалися по 1-й и первыя пять становилися на колени. Огонь открывала 6-я; затемъ вставала 5-я и стреляла; потомъ 4-я ит. д. (⁴⁰).), которая хотя и не вошла въ уставъ 1699 г., но применялась уже при Эрестфере и Нотебурге (³⁸). Въ періодъ съ 1706 – 1708 гг. строй былъ измененъ изъ 6-ти въ 4-хъ шереножный (³⁹), что видоизменило значеніе и вздваиванья; а именно, вздваиванье впередъ и назадъ исполнялося подобно современному намъ (чер. 3); а вздваиванье шеренгъ принято видоизмененіемъ строя для прохожденія конницы, стоявшей сзади (чер. 4).

Боевой порядок Русских войск в сражении при Нотебурге (1702 г.)

Примечание. Атака шведов ярославскими драгунами у деревни Эрестфер 29 декабря 1701 года. 1914. худ. Греков М.Б., Холст, масло. 106x200 см, Артиллерийский музей, Санкт-Петербург.

Полкъ въ строю подразделялся на 8 ротъ; каждая рота строилась въ три шеренги повороты исполнялись каждымъ всадникомъ отдельно. Заездъ былъ только одного вида, – всемъ фронтомъ ("въ коло"). Вообще строй драгунъ имелъ полное сходство съ пехотнымъ. Стрельба драгунъ была та же, какъ и въ пехоте. Изъ самаго ограниченнаго числа типовъ строя видно, что уставъ стремился во всехъ случаяхъ приспособить строй къ удобству стрельбы съ коня (Напримеръ, стрельба пехоты залпомъ была видоизменена въ коннице такъ: „1-я шеренга наклонись въ поясъ"; „2-я приступи въ близость", 3-я „приступи и встань въ стремя". Стрельба „Нидерфаленъ" сохранилась и въ конномъ строю съ круговымъ заездомъ выстрелившихъ всадниковъ назадъ.).

Было оставлено и вздваиваніе для прохожденія конницы сквозь пехотныя линіи (⁴²).

Дисципинарно-уставныя статьи Петра I особенно замечательны темъ, что сообщали войскамъ наипростейшія правила, руководствуясь которыми, люди, взятые отъ сохи, въ наикратчайшій срокъ могли быть поставлены действительно на солдатскую ногу (Петръ І-й ограничилъ эти положенія всего 7-ю статьями:

1-я статья обязывала вовремя являться на ученье, точно определяя взысканіе за нарушеніе этого положенія.

2-я ст. устанавливаетъ соблюденіе строжайшаго порядка въ строю и сбереженіе оружія, определяя особою (3-ю) статьею взысканія.

4-я ст. предписываетъ основныя начала службы при расположеніи на квартирахъ по обывателямъ (какъ и были размещены первые солдаты), Тоже определяя наказанія и не предоставляя последняго на произволъ начальниковъ.

5-я, 6-я и 7-я статьи довольно подробно устанавливаютъ основныя начала караульной службы, строго карая нарушенія предписанныхъ правилъ.) (⁴³).

Такимъ образомъ, въ первыхъ положеніяхъ Петра I для строя и для образованія изъ новобранцевъ солдатъ мы видимъ главную особенность, заключающуюся въ элементарной простоте положеній и въ ихъ строевой практичности, – годности для подготовки войскъ къ бою въ наикратчайшій срокъ.

Такой сокращенный курсъ подготовки первыхъ рекрутъ вполне соответствовалъ политическимъ видамъ Государя, капитальной цели, поставленной Петромъ, – завершить дело объединенія русскихъ земель отвоеваніемъ у ІІІвеціи старыхъ русскихъ областей въ союзе съ соседними державами, т. е. при более выгодныхъ условіяхъ, облегчавшихъ молодой арміи первое крещеніе боевымъ огнемъ.

11 ноября 1699 года Петромъ I былъ заключенъ формальный договоръ съ Августомъ II, сущность котораго состояла въ следующемъ: 1) Цель участія Россіи въ войне съ Швеціею обусловливалась занятіемъ нами "твердаго основанія" на Балтійскомъ море, – техъ провинцій, которыми владели предки Государя. 2) Русскіе выбирали главнымъ театромъ войны Ижорію и Карелію, но Августъ II долженъ былъ обезпечить ихъ со стороны Эстляндіи и Лифляндіи, где, при случае, могли соединиться русскія и саксонскія войска. 3) Петръ обещалъ сделать все возможное къ немедленному открытію военныхъ действій, обязуясь до заключенія мира съ Турціею присоединить къ саксонцамъ лишь часть своихъ войскъ подъ видомъ наемныхъ (⁴⁴). Курфюрстра Бранденбургскаго не удалось привлечь къ союзу, а съ Даніею хотя и были заключены условія (30 апреля 1700 г.), подтверждавшія прежнія союзническія русско-саксонско-датскія обязательства наступательныхъ действій, но последняя подверглась отдельному удару Карла XII, что поставило ее въ необходимость заключить отдельный миръ въ Травендале (18 августа 1700 г.) въ то время, когда русскіе готовились направить главную армію къ севернымъ границамъ.

Не смотря на неудовольствіе Августа II (⁴⁵), открывшаго уже войну противъ Швеціи наступленіемъ къ Риге, Петръ, избегая войны на северномъ и южномъ фронтахъ, медлилъ объявленіемъ войны съ Швеціею до заключенія мира съ Турціею. 7 августа онъ получилъ наконецъ известіе о мире, заключенномъ въ Константинополе, и 9 августа приказалъ Брюсу изъ Новгорода вторгнуться въ пределы Ингріи, давъ знать о томъ Августу (⁴⁶). Оффиціальное объявленіе войны последовало лишь черезъ 10 дней, а 22 числа самъ царь, во главе своей гвардіи, выступилъ изъ Москвы къ Новгороду.

Театръ военныхъ действій 1700 – 1704 гг. ограничивается на севере озерами между Кексгольмомъ и Выборгомъ и Финскимъ заливомъ, на западе – берегомъ моря отъ Ревеля, Перновъ до Риги, на югъ рекою Двиною до реки Эвстъ и затемъ линіею на Островъ и Шелонью; на востокъ Волховомъ и Ладожскимъ озеромъ (см. общій планъ). Реки Нева, Нарова и оз. Пейпусъ отделяли Ингрію отъ прочихъ областей, подвластныхъ Швеціи, естественными преградами съ крепостями – Нарвою на Нарове и Нотербургомъ и Ніеншанцемъ (Канцы) на Неве. Для прочнаго занятія Ингріи, совершенно открытой для наступленія съ юга и востока, – со стороны Пскова, Новгорода и Ладоги, – русскимъ было чрезвычайно важно прежде всего занять линію Наровы и Невы, чемъ, во 1-хъ, прикрывалися доступы къ занятому краю; во 2-хъ, разобщались шведскія войска, бывшія въ Лифляндіи, Эстляндіи и Кареліи, и наконецъ въ 3-хъ, русскіе получали прочный базисъ для дальнейшихъ наступательныхъ действій до естественныхъ границъ помянутаго театра на севере и западе, въ области, связанныя съ Россіею прежнею исторіею.

Эти особенности театра военныхъ действій были хорошо известны Петру и союзникамъ, и весь вопросъ сводился къ тому, куда будетъ направленъ русскими первый ударъ.

Саксонцевъ (вернее министра Августа II – известнаго Паткуля) интересовалъ больше всего планъ Петра I. Паткуль не допускалъ мысли о возможности завоеванія родственнаго ему Прибалтійскаго края русскими, и хотя въ этомъ смыслъ и былъ составленъ договоръ, но, однако, по точному его смыслу Пегръ свободно могъ направиться къ Нарве. Лангенъ (саксонскій поверенный въ делахъ), имевшій точныя инструкція помешать Петру распространить операціи въ Ливоніи, только накануне выступленія Петра въ походъ узналъ наконецъ, что главный ударъ русскихъ будетъ направленъ именно на Нарву, что хотя и вызвало крайнее неудовольствіе Паткуля, но обязывало на время покориться (Надо опасаться, – пишетъ Паткуль Лангену, – чтобы этотъ могущественный союзникъ (Петръ I) не выхватилъ у насъ изъ подъ носа жаркое, которое мы воткнемъ на вертелъ; надобно ему доказать исторіею и географіею, что онъ долженъ ограничиться одною Ингерманландіею и Кареліею.... не шёлъ далее Наровы и Пейнуса; если онъ захватитъ Нарву, то ему легко будетъ потомъ овладеть Эстляндіею и Лифляндіею...". (Брикнеръ. Исторія Петра Великаго; стр. 397). См. прил. II, № 12, къ IV т. Устрялова.).

Сосредоточеніе русскихъ подъ Нарвою было исполнено по частямъ. 9 сентября прибылъ туда отрядъ кн. Ивана Трубецкаго; 23 – Бутурлина, при которомъ былъ самъ Петръ I; 1 октября – Вейде; 3 – доставлена артиллерія изъ Пскова въ составъ 37 орудій; 11 – изъ Новгорода доставлено 29 орудій; 14 – войска е. А. Головина и наскоро набранная нестройная Поместная конница (до 5 тыс.) Б. П. ІІІереметева (⁴⁷). Не прибылъ только Репнинъ съ 10 тыс. войска, формировавшагося на югъ.

Такимъ образомъ сосредоточеніе заняло более месяца. что, какъ мы видели, было обычнымъ явленіемъ и въ допетровское время.

Русская армія подъ Нарвою появилась въ составе: пехоты до 27 тыс., драгунъ до 1 е тыс. чел. и немного более 5 тыс. поместной конницы, всего до 34 тыс. при 95 орудіяхъ большаго калибра *).

Сильная крепость Нарва (Ругодевъ) лежитъ на левомъ берегу реки Наровы (см. планъ № 1). имея на правомъ отдельную крепостцу Иванъ-Городъ, прикрывавшую переправу. Гарнизонъ подъ командою Горна состоялъ изъ 1^е тыс. регулярнаго войска и 400 вооруженныхъ гражданъ.

*) Числополковъ.

Местность на севере отъ крепости и дороги изъ Везенберга въ Нарву (отъ возвышенности северныхъ бастіоновъ до остр. Кампергольма) – болотистая, покрытая кустами, а на юге, въ направленіи къ Деревня Юале, имела видъ плоской возвышенности, которою командуетъ гора Германсбергъ, лежащая почти противъ соединенія этихъ разнохарактерныхъ участковъ местностей. Пространство отъ Кампергольма до Юалы въ 7 верстъ было занято арміею Петра I, правый флангъ которой прикрывалъ мостъ упомянутаго острова, а левый служилъ опорою для веденія осадныхъ работъ противъ крепости и поддерживалъ связь со Псковомъ…

Русскія войска по мере прибытія къ Нарве расположились такъ: на правомъ флангъ, около Камнергольма, – гвардія, далее – Головинъ, Трубецкой (противъ Германсберга) и на левомъ – Вейде; главная квартира Петра поместилась на острове, а подле него квартира герцога де Кроа, бывшаго до отъезда Петра I номинальнымъ главнокомандующимъ. Войска по мере прибытія строили циркумъ и контръ-валаціонныя линіи. Въ случае появленія непріятеля со стороны Ревеля русская армія была въ крайне невыгодномъ, растянутомъ положеніи, имея въ тылу крепость и р. Нарову. Путь отступленія (мостъ у Кампергольма) отходилъ отъ крайняго праваго фланга, при чемъ последній отделялся отъ леваго помянутымъ болотистымъ участкомъ. Неопытность Саксонскаго генерала Алларта въ инженерномъ деле была очевидна съ перваго раза, вследствіе чего Петръ I долженъ былъ принять на себя не только главное направленіе осадныхъ работъ, но и детали. Кроме того, тогда же обнаружилось неудовлетворительное состояніе матеріальной части нашей артиллеріи и нерешительность действій саксонской арміи.

28 сентября уже былъ возбужденъ вопросъ о личномъ свиданіи Петра I съ Августомъ II для соображенія плана совместныхъ действій, при чемъ перепискою съ Паткулемъ намечивался и пунктъ соединенія русско-саксонскаго корпуса, а именно у Печоръ (⁴⁸), къ чему съ удобствомъ могъ служить резервъ Репнина, бывшій на пути къ Нарве.

Саксонцы после высадки Карла XII въ Пернове, въ начале октября, сняли осаду Риги и отступили частью къ Кокенгаузену, а съ остальными силами въ Курляндію. Узнавъ обе этомъ, Карлъ XII, не доходя до Риги, выслалъ небольшой отрядъ для прикрытія себя со стороны Печоръ, а самь повернулъ на Ревель и Нарву съ целью освободить крепость. Еще раньше, съ целью разведокъ, къ Нарве былъ высланъ шведскій отрядъ маіора Паткуля, который въ 9 миляхъ отъ крепости (⁴⁹) наткнулся на Шереметева, высланнаго 26 сентября съ поместною конницею для разведокъ, былъ разбитъ, и захваченъ въ пленъ русскими. Къ 3 ноября Шереметевъ свободно занялъ Везенбергъ, но не находя здесь удобной оборонительной позиціи и опасаясь обхода съ леваго фланга, не разузнавъ ничего, отступилъ назадъ къ теснинамъ у Пигаіоги.

Грозный гневъ царя на Бориса Петровича за это отступленіе обязалъ Шереметева дать точное объясненіе тактическихъ выгодъ позицій у Пигаіоги, съ категорическимъ обещаніемъ упорно здесь держаться (⁵⁰).

При этихъ обстоятельствахъ Петръ I 7 ноября отправилъ е. Долгорукова къ Августу II съ просьбою немедленно выставить отрядъ на выручку русскихъ (какъ то следовало по договору), угрожаемыхъ со стороны Пернова, и назначить пунктъ для личнаго свиданія (⁵¹); черезъ несколько дней недостатокъ подвоза артиллерійскихъ запасовъ поставилъ въ необходимость совсемъ прекратить огонь осадныхъ батарей. При совокупности этихъ обстоятельствъ, не ожидая въ такую распутицу скораго прибытія шведовъ, имея отъ Шереметева обещаніе крепко держаться въ теснинахъ Пигаіоги, Петръ I 18 ноября сдалъ команду герцогу де Кроа и выехалъ для свиданія съ королемъ Польскимъ, обещая ускорить на пути доставку запасовъ (⁵²).

Между темъ 16 ноября вечеромъ, неожиданно для самого Шереметева, у Пигаіоги разразилась катастрофа.

Благодаря неумело веденнымъ разведкамъ и неискусному занятію оборонительной позиціи (сохраненіе въ целости и неохраненіе мостовъ впереди оной), Карлъ XII нечаяннымъ нападеніемъ сбилъ нашу конницу "стараго строя", при чемъ отступленіе было до того поспешно, чтопоявленіе преследуемыхъ уже после отъезда Петра I было для всехъ въ русскомъ лагере какъ снегъ на голову. Герцогъ де Кроа не успелъ еще и осмотреться, какъ 19 числа утромъ Карлъ XII всеми силами. въ составъ 21 батальона пехоты, 46 эскадроновъ конницы и 38 орудій (всего до 12 т.), атаковалъ русскихъ на ихъ растянутой и крайне неудобной позиціи.

Планъ атаки короля заключался въ прорыве центра русскихъ; для сего шведская армія, свернувъ съ большой дороги, скрытно, лесомъ, подошла къ горе Германсбергъ, где и построилась въ боевой порядокъ. 19 ноября утромъ 17-ть шведскихъ орудій безъ всякаго сопротивленія заняли помянутую гору противъ дивизіи Трубецкаго, а остальныя силы развернулись по обе стороны отъ этой батареи: южнее 11 батальоновъ генерала Веллинга, въ 5 линій, поддержанные 24 эскадронами конницы, а севернее – войска Реншильда: 10 батальоновъ, 12 эскадроновъ при 21 орудіи. Резервъ въ 12 эскадроновъ былъ за Реншильдомъ, где былъ и самъ Карлъ XII.

Пользуясь поднявшеюся мятелью и заранее измеривъ рвы русскихъ окоповъ, шведы быстро перешли эту преграду, сбили войска Трубецкаго, прорвали центръ расположенія нашихъ войскъ и начали преследованіе – Веллингъ къ сторонъ Юалы, а Реншильдъ къ мостамъ у Кампергольма.

Сперва въ рядахъ русскихъ обнаружилась паника; конница Шереметева бросилась въ Нарову; масса людей поместной конницы потонула (Одинъ изъ виновниковъ паники кн. Л. былъ преданъ суду и даже приговоренъ къ казни, но повидимому помилованъ. (Бычковъ; I; 845).); новые пехотные полки были смяты и при безпорядочномъ отступленіи разрушили мосты.

Не смотря на самое критическое теченіе начала боя, шведы встретили вскоре отъ обеихъ половинъ разрезанной арміи русскихъ упорное сопротивленіе. Раненый Вейде успелъ привести войска въ порядокъ и удержался на левомъ фланге. Что же касается до Преображенскаго и Семеновскаго полковъ, то, занявъ вагенбургъ, они отбили все ожесточенныя атаки шведовъ. Раздраженный сопротивленіемъ нашего праваго фланга, Карлъ XII поставилъ себе целью во что бы то ни стало сломить упорство "мужиковъ", усилилъ свой левый флангъ на счетъ праваго, но все попытки короля, лично водившаго войска на штурмъ вагенбурга, не увенчались успехомъ.

Герцогъ де Кроа и многіе изъ иноземцевъ-начальниковъ въ виду безпорядковъ, обнаружившихся въ начале боя, сдались военнопленными; русскіе генералы, не зная о взаимномъ положеніи обеихъ половинъ арміи и о разстройстве шведскихъ войскъ, решились заключить капитуляцію, при условіи сохраненія оружія. Въ действительности, подъ благовиднымъ предлогомъ, Карлъ нарушилъ условіе: арестовалъ генераловъ, и только гвардія и часть дивизіи Головина успели отступить по исправленнымъ мостамъ съ оружіемъ въ рукахъ; войска же Вейде были обезоружены и даже обобраны шведами. Убыль русскихъ простиралась: пленными 7 генераловъ, 8 полковниковъ, а всего съ убитыми до 7 т. и 145 орудій. Шведы потеряли до 2 т.

Нарвское пораженіе было крупнымъ событіемъ, которое при обыкновенныхъ условіяхъ могло иметь самое гибельное последствіе для Россіи. Мы видели, что старое ратное дело было разрушено, новое не успело еще и возродиться. Стрелецкія событія и нововведенія породили въ Россіи массу недовольныхъ, и казалось, что теперь приверженцы старины имели крупный фактъ, какъ доказательство непригодности Петровскихъ реформъ.

Въ эту-то решительную минуту и проявляется геніальная деятельность Петра I.

Меры Царя после Нарвскаго пораженгя были направлены: 1) къ обороне северной границы на случай вторженія шведовъ; 2) къ продолженію начатыхъ военно-организаціонныхъ реформъ въ томъ-же духе и 3) къ возстановленію выгодныхъ для насъ отношеніи къ западнымъ державамъ.

Оборона нашихь границъ обезпечиваласъ: а) переформированною арміею, отступившею изъ подъ Нарвы на р. Лугу, на резервъ Репнина. Въ томъ же году войска заняли окрестности Пскова и пути изъ Эстляндіи, имея 12 тыс. Репнина у Новгорода (⁵³); б) усилены меры для приведенія въ оборонительное положеніе Новгорода, Пскова и въ особенности Печоръ (здесь работалъ надъ окопами лично Петръ I и даже духовенство) (⁵⁴); в) Шереметеву приказано перейти въ частное наступленіе, очевидно, для поднятія духа войска. Однако Пигаіогская и Нарвская неудачи оставили глубокій следъ на графе Борисъ Петровичъ въ смысле осмотрительности действій. Съ этихъ поръ онъ мало того, что самъ избегаетъ рискованныхъ операцій, но вплоть до завоеванія Ингріи решительно сдерживаетъ порывы Петра I и начинаетъ съ того, что до конца 1701 года упорно отказывается идти "вдаль" съ неподготовленною силою (⁵⁵).

Военно-административныя меры Петра выразились: сформированіемъ новыхъ 10 драгунскихъ полковъ (окончено въ половине 1702 г.) (⁵⁶), нарядомъ и урегулированіемъ конницы "стараго строя" (⁵⁷), вызовомъ на службу Черкасъ (прибыли въ половине мая) (⁵⁸), образованіемъ новой артиллеріи (выделка орудій изъ колоколовъ) (⁵⁹) и подготовкою въ Москве дальнейшихъ укомплектованій. Во всехъ этихъ случаяхъ Петръ не обращается къ Разряду, но для каждаго отдельнаго дела назначаетъ ответственныхъ лицъ, которыя теми или другими мерами обязаны были осуществить его общія предначертанія. Таковыми были: при сформированіи драгунъ князь Борисъ Голицынъ; артиллеріи – Виніусъ, а общія военно-административныя распоряженія возложены на Тихона Стрешнева, свободно распоряжавшагося дьяками Разряднаго приказа (⁶⁰).

Политическія меры Петра заключались въ посольстве О. Салтыкова къ Августу II (⁶¹), въ заключеніи союза съ Даніею и въ рядъ разумныхъ мере для умягченія невыгоднаго для насъ впечатленія, произведеннаго Нарвскимъ погромомъ за границею (⁶²).

26 февраля 1701 г. въ м. Биржи былъ заключенъ договоръ съ Августомъ II, выясняющій ближе основную идею помянутаго выше плана Петра I для завоеванія Ингріи. Обещая саксонцамъ денежныя субсидіи, Петръ I договорился съ Августомъ II весною же развить операціи соединенными силами въ Лифляндіи, и для сего, не смотря на свое трудное положеніе въ случае движенія Карла къ Москве, онъ выделилъ единственный свой резервъ (20 тыс. Реинина) въ непосредственное распоряженіе саксонцевъ, отказываясь въ ихъ пользу отъ всехъ завоеваній въ Эстляндіи и Лифляндіи (⁶²). Во исполненіе этого договора Решшнъ былъ направленъ въ Динабургъ, и даже тогда, когда саксонцы, вопреки договора, притянули Репнина къ Кокенгаузену, Петръ (еще 9 іюля) разсчитывалъ атаковать Карла XII подъ Дерптомъ съ двухъ сторонъ – саксонскими войсками со стороны средней Двины, а своими главными силами отъ Печоръ, бросивъ татарскій набегъ въ Финляндію (⁶⁴).

Карлъ XII, после некотораго колебанія, полагая, что онъ нанесъ Петру смертельный ударъ, решилъ сперва покончить съ Августомъ II. Безцельное дробленіе саксонцами силъ на нижней Двине облегчило полное пораженіе ихъ шведами. Корпусъ Репнина, остававшійся почти въ полномъ составе въ бездействіи у Кокенгаузена, не успелъ принять участія въ деле и отступилъ къ Пскову, куда и прибылъ въ половине августа (⁶⁵). Только теперь не оставалось сомненія, что русскіе въ борьбе со шведами предоставлены собственнымъ силамъ; это призналъ наконецъ и самъ Августъ II, предоставляя Петру право разорить Ливонію и темъ обезпечить свой флангъ при завоеваніи Ингріи, гарантированной Россіи по Бирженскому договору.

После частнаго успеха М. Б. Шереметева надъ шведами у Ряпиной мызы (4 сентября) Петромъ I составленъ новый планъ завоеванія Ингріи, заключавшійся въ направленіи главныхъ силъ зимою 1701 – 1702 г. для штурма кр. Орешка (Нотебурга), а вся конница Б. Шереметева должна была вторгнуться въ Ливонію для разоренія края и обезпеченія темъ фланга арміи.

Къ этому же времени обнаруживаются и результаты реорганизаціонной деятельности Петра I после Нарвскаго пораженія. Призваны на службу некоторые старые полки и нестройныя войска, такъ что въ общемъ армія увеличилась въ своемъ составе на северномъ фронтъ до 63 тыс. чел. (Результатъ военно-организаціонной деятельности Петра I (⁶⁷) более определенно выясняется къ половине 1701 г. До возвращенія Репнина съ Двины мы замечаемъ постоянное перемещеніе войскъ на северномъ фронте отъ Ладоги на Новгородъ – Псковъ – Печоры, а частью и обратно. Затемъ къ 15 августа устанавливается следующая дислокація:

То есть, черезъ несколько месяцевъ после Нарвы силы удвоились. ).

Наконецъ, приняты самыя действительныя меры по урегулированію прежнихъ войскъ, что въ особенности заметно въ отряде Шереметева.

Набеги гр. Бориса Петровича чрезвычайно важны для нагляднаго поясненія постепенности перехода русской арміи къ порядкамъ регулярныхъ войскъ, – саморазвитія этихъ порядковъ подъ вліяніемъ боевой обстановки. На 1-мъ набеге мы и остановимся подробнее.

Отрядъ Шереметева въ первомъ набеге былъ въ составъ: драгунъ до 4 т. при 3 конн. орудіяхъ; нестройной конницы до 6 т.; пехоты до 8 т. при 16 орудіяхъ; всего до 18 т. (⁶⁸).

Примечание. Атака шведов ярославскими драгунами у деревни Эрестфер 29 декабря 1701 года. 1914. худ. Греков М.Б., Холст, масло. 106x200 см, Артиллерийский музей, Санкт-Петербург.

Потери шведовъ – до 3 т. убитыхъ, 8 знаменъ, 4 орудія і и пленныхъ – два полковника, 8 офицеровъ и 356 и. ч. Наши потери до 1 т.

Разоривъ окрестности Дерпта, Шереметевъ, въ половине января, возвратился въ Псковъ.

Победа при Эрестфере имела огромное нравственное значеніе, поднимая духъ войскъ, духъ всей массы народа. Сравнивая какъ составъ отряда Шереметева, такъ и боевую деятельность войскъ съ 1700 до 1701 г. съ разсмотренными нами боями допетровскихъ войнъ, мы имеемъ уже некоторыя данныя для вывода.

1) Склонносгь русскихъ войскъ стараго строя заручиться сперва "крепкимъ пунктомъ" ("острожкомъ") остается ещё неизменною (отступленіе Шереметева къ Пигаіоги, набегъ партіями изъ Печоръ въ 1701 г. – Ряпина мыза, Рауге, Верро), хотя активный элементъ получаетъ теперь преобладающее значеніе (слабость Выбовки и дело при Эрестфере).

2) Упорная оборона за обозомъ хотя и не теряетъ своего историческаго значенія (бой гвардіи въ вагенбургъ у Кампергольма 19 ноября 1700 г.; бой на крутой горе Шереметевскихъ драгунъ 29 дек. 1701 г.), но это является, какъ крайность; решительное наступленіе съ резервомъ получаетъ должное преобладающее значеніе.

3) Организація отрядовъ (арміи), въ зависимости отъ цели предстоящей операціи, – выясняется все въ более и более определенномъ и правильномъ видъ.

4) Значеніе боевой подготовки и правильнаго военно-административнаго устройства частей делается очевиднымъ.

Въ этихъ двухъ последнихъ отношеніяхъ достаточно сравнить составы отрядовъ Шереметева при первыхъ его набегахъ *) и обратить вниманіе на военно-административныя формы до 1703 г.

*) Составъ отрядовъ Б. И. Шереметева при набегахъ (⁶⁹).

¹) Не считая "малыхъ мортирцевъ".

²) Урегулированныя, какъ напр. полкъ рейтаръ Мурзенкова.

³) Преимущественно Донскихъ казаковъ, бывшихъ прежде въ невначительномъ числе.

⁴) Почти половина на судахъ флотиліи Гулица. (См. сх. 5 и 6).

⁶) Въ крайности разрешено взятъ 500 чел. на подводахъ.

Вникая въ характеръ реформъ Петра I конца 1701 и начала 1702 гг., мы замечаемъ, что тогда положено начало: 1) конной артиллеріи; 2) набегамъ конницы, какъ самостоятельнымъ стратегичеекимъ операціямъ; единовластію въ арміи главнокомандующаго (уничтоженіе "товарищества"); 4) штабу отдельныхъ отрядовъ (арміи) въ составе: генералъ-квартирмейстера (кн. Шаховской), генералъ-гевалдигера (Кузьма Титовъ), генералъ-аудитора (Семенъ Хрущовъ), генералъ-Адъютантовъ (три) и одного генеральнаго писаря (⁷⁰); 5) военной агентуре (⁷¹); 6) новому устройству центральнаго военнаго управленія 7) понтоннымъ паркамъ (⁷³); 8) порядкамъ гарнизонной службы (Брюсъ – въ Новгородъ) (⁷⁴) и 9) развитію речной флотиліи въ томъ смысле, чтобы каждый отдельно действующій отрядъ пехоты могъ бы пользоваться гребными судами для боевыхъ целей и, где только можно, для транспортировки войсковыхъ тяжестей (⁷⁵). Все это рождается не по заранее составленному плану, а вследствіе требованія обстановки, – минуты.

Пополненіе некомплекта нижнихъ чиновъ возложено на Стрешнева (Воинскій приказъ), что остается до 1708 г., когда въ этомъ деле приняла участіе Ближняя канцелярія (⁷⁶). Солдатъ брали по прежнему изъ вольницы, а съ конца 1702 г. начинаютъ брать и изъ "прежнихъ службъ" (⁷⁷), но не изъ чиновъ поместной конницы, которая на севере долго служитъ на форпостахъ и въ гарнизонахъ. Вообще у Стрешнева всегда должны были быть въ готовности несколько тысячъ обученныхъ людей: "не добро голову чесашь, когда зубы выломаны изъ гребня" (⁷⁸). Таково направленіе, данное этому делу Петромъ I.

Одновременно съ торжествомъ первой победы Петръ Г... "зело, зело... тайно..." сделалъ рядъ распоряженій для перехода главныхъ силъ изъ Новгорода въ общее наступленіе, съ целью "по льду Орешекъ достать...", а Шереметеву, занявъ Самбру, прикрыть операцію съ запада (⁷⁹). Тогда же зародилась у Петра мысль развить набеги конницы въ самостоятельныя и сильныя операціи, независимыя отъ пехоты, для чего быть готовымъ подкрепить драгунъ пехотою, посаженною на лошадей, взятыхъ съ населенія по "ратной повинности" (⁸⁰).

Зимній походъ къ Нотебургу былъ отмененъ "случаемъ времени"; отъ него Петръ отказался даже тогда, когда узналъ, что Карлъ XII двинулся изъ Литвы въ Польшу (январь 1702 г.) (⁸¹). ІІричины отмены похода несомненно зависели отъ условій военно-административныхъ: Шереметевъ сделалъ Петру второе представленіе о необходимости сперва основательно сформировать драгунскіе полки, придать имъ конную артиллерію, организовать штабъ его отдельнаго отряда (⁸²). 9-го февраля государь утвердилъ представленія Б. И. Шереметева и темъ самымъ отменилъ походъ.

Въ 1702 году, царь, отправляясь въ Архангельскъ съ целью обезпечить свое положеніе съ севера, приказалъ: а) Брюсу и Репнину приготовиться для операціи къ Нотебургу и устроить временную базу для дальнейшихъ действій въ Ладоге (⁸³); б) Шереметеву – произвести второй набегъ въ Ливонію на Шлиппенбаха (⁸⁴); Апраксину – въ Ижорскую землю, въ направленіи къ Канцамъ, прикрывая Ладогу отъ Кронгіорта (⁸⁵). Речной флотиліи Тыртова – прикрывать Ладогу съ фронта.

Результатами 2-го набега Шереметева (схема № 5) было пораженіе Шлиппенбаха при Гумельсгофе (18-го іюля) и разореніе края на значительномъ пространстве. Апраксинъ отбросилъ Кронгіорта къ Канцамъ-Дудоровщине, разорилъ страну, вопреки приказанія Петра (въ виду безпорядковъ между местными жителями), но не могъ развить успеховъ, но по недостатку силъ. Хотя связь между Шереметевымъ и И. Апраксинымъ не была возстановлена, однако результаты пораженія Шлиппенбаха и удачнаго действія Гулица (⁸⁶) на Чудскомъ озеръ указывали на возможность окончательно разобщить шведскія войска, действующія въ Ливоніи, отъ Кронгіорта, базировавшагося на Выборгъ.

Быстро оценивъ значеніе разобщенія двухъ массъ непріятеля (который всегда могъ усилиться изъ Пернова, Ревеля и Выборга), Петръ тотчасъ же обратилъ на это вниманіе Б. Шереметева и, въ ожиданіи результатовъ набега Шереметева въ этомъ смыслъ, повелелъ ускорить распоряженія къ "некоторому начинанію" (⁸⁷). 28-го августа, въ Повенце, Петръ получилъ известіе о возвращеніи Шереметева изъ Ливоніи и о нерешительности Апраксина атаковать Дудоровщину-Канцы. Считая теперь обстановку благопріятною для наступленія къ линіи Невы, Петръ приказалъ Б. И. Шереметеву усилить И. Апраксина, самому (съ частью войскъ) немедленно прибыть для совещаній въ Ладогу (⁸⁸), а Репнину съ 9.000 человекъ немедленно двинуться къ общему сборному пункту (⁸⁹). По сосредоточеніи до 12.000 войскъ на р. Назіи, царь направилъ войска къ Нотебургу и взялъ его штурмомъ 11-го октября.

Крепость Орешекъ (Нотебургъ) построена на небольшомъ острове (см, планъ № 2-й) у выхода Невы изъ Ладожскаго озера, гарнизонъ, по бывшимъ сведеніямъ, состоялъ изъ 300 – 400 чел. съ значительною артиллеріею (оказалось более 150 орудій), большими запасами, складомъ оружія и аммуниціи (оказалось ружей более 1.000) (⁹⁰). На правомъ берегу реки, недалеко отъ крепости, былъ устроенъ редутъ, служившій связью крепости на островъ съ войсками, бывшими въ Финляндіи. Петръ I, сосредоточивъ войска у р. Назіи, подошелъ къ Нотебургу по левому берегу р. Невы. Преображенцы 26 сентября заняли лагерь у южнаго изгиба реки, противъ помянутаго укрепленія, отбили залпами рекогносцировку, высланную изъ крепости, и обезпечили сосредоточеніе арміи Петра I. Къ 1 октября были переволочены 50 лодокъ въ Неву, войска приступили къ устройству батареи (для 21 мортиры и 31 пушки бол. калибра), и 1-го числа русскій десантъ безъ особаго сопротивленія занялъ шведскій редутъ на правомъ берегу Невы, отрезавъ крепость отъ прямого сношенія съ войсками Кронгіорта, 3 октября былъ открытъ огонь изъ осадныхъ орудій при ближайшемъ участіи Государя какъ въ устройстве батарей, такъ и въ руководствъ огнемъ. Скоро были пробиты три бреши, и Петръ решился на штурмъ.

Съ 7 октября начались приготовленія къ штурму, заключавшіяся: въ организаціи штурмовыхъ колоннъ изъ охотниковъ; сборъ ихъ и значительнаго числа лодокъ въ 1 миле отъ крепости на озере; устроено сообщеніе по летучему мосту между войсками, бывшими на обоихъ берегахъ реки; наконецъ, каждый изъ отрядовъ имелъ лодки и былъ готовъ для поддержки первыхъ штурмовыхъ колоннъ. Охотникамъ было приказано быть въ постоянной готовности къ штурму

Въ ночь на 11 октября въ крепости вспыхнулъ пожаръ, и царь, пользуясь этимъ, послалъ приказаніе съ разсветомъ, по тремъ залпамъ, штурмовать крепость одновременно со всехъ сторонъ. Около 4 ч. утра охотники высадились на берегъ, но бреши оказались неудобовосходимы, лестницы малы, вследствіе чего штурмъ былъ отбитъ, и охотники, отыскивая себе закрытіе отъ непріятельскаго огня, собрались за несколькими судами, бывшими на северной части острова. Петръ немедленно послалъ сперва маіора Карпова съ Преображенцами, а за нимъ кн. М. Голицына съ Семеновцами. Положеніе высадившихся было критическое. Непріятель зажегъ суда, укрывавшія русскихъ охотниковъ; новыя попытки штурмовать брешь не удавались: городскія постройки близко подходили къ брешамъ и предоставляли полное удобство для обороны прилежащихъ частей города. Самъ Петръ считалъ штурмъ отбитымъ, послалъ приказаніе отступить, но посланный, однако не успелъ пробраться до начальствующихъ лицъ, и, повидимому, приказаніе не дошло по назначенію. Между темъ знаменитый впоследствіи фельдм. М. Голицынъ (⁹²), опасаясь, что-бы войска не бросились въ лодки, приказалъ имъ отчалить, воодушевилъ людей, лично съ Карповымъ сталъ во главе штурмующихъ и "вновь жестокій приступъ начали". Къ этому времени показались войска и съ праваго берега Невы. После 13 часоваго упорнаго боя крепость капитулировала, и войска наши сначала ограничились занятіемъ брешей. На разсвете, въ виду слуховъ о появленіи выручки шведамъ, самъ Петръ I переехалъ на островъ и лично разставилъ караулы въ половине крепости, сделавъ все нужныя распоряженія на случай нападенія шведовъ (⁹³).

Потери наши: убитыми 25 офиц. и 533 ниж. ч., ранено – 23 офиц. и 930 ниж. ч. Выпущено снарядовъ: ядеръ около 7 е тыс; бомбъ – 2 е тыс; ручн. гранатъ – 4 е тыс; пороху – более 4 тыс. пудовъ.

"Жестокъ сей орехъ былъ",.., но "зело чудесно дело свое (войска) справили" (Пользуясь настоящимъ случаемъ, сравнимъ прежнюю систему наградъ за боевые подвиги съ Петровскими. Царь Иванъ IV, Напримеръ, после взятiи Казани 1550 г. три дня торжествовалъ свою победу и после каждаго торжественнаго обеда "мужествовавшихъ въ брани награждалъ": шубами съ своихъ плечъ, бархатами на золоте, соболями, кубками, конями, доспехами, золотыми, вотадеами, поместьями. Всего, кроме недвижимости, было роздано на 48.000 тогдашнихъ рублей. Въ XVII стол. мы постоянно встречаемъ, какъ первую награду, "царское милостивое слово", посланное въ войска съ почетнымъ лицомъ, прибавку къ поместнымъ окладамъ и какъ высшая награда – передача поместья въ вотчину. Петръ I за Эрестфере награждаетъ Шереметева чиномъ фельдмаршала; ор. Св. Андрея; а прочихъ – золотыми. Наконецъ за Нотебургъ: Голицыну – чинъ полковника, 300 дворовъ и 3.000 руб.; Карпову – подполковника, 150 дворовъ, 1.500 руб.; капитанамъ по 300 руб. и т. д. до капраловъ включительно, которымъ по 30 руб. Все рядовые племяничьяго оклада – на окладъ старыхъ солдатъ. Все офицеры въ следующіе чины. Въ память дела 7 мая при устьяхъ Невы выбивается медаль съ надписью "небывалое бываетъ" а съ 1706 г. выдаются медали для ношенія на груди: – за Калишъ съ надписью "за верность и мужество".) – вотъ оценка боевой деятельности нашихъ войскъ при первомъ штурме.

Для подготовки штурма со стороны Петра I было сделано все, что было возможно при тогдашихъ обстоятельствахъ. Войска сосредоточены въ значительно превосходныхъ силахъ сравнительно съ гарнизономъ; осадныя средства подготовлялись несколько месяцевъ; сделаны скрытыя рекогносцировки; крепость съ первыхъ дней осады блокирована; артиллерія более недели подготовляла успехъ штурма и вследствіе своего несовершенства не могла ничего сделать более.

При этихъ условіяхъ ІІетръ I снова ставитъ своей молодой арміи чрезвычайно трудную задачу, успехъ которой главнымъ образомъ. зависелъ отъ высокаго развитія нравственнаго элемента. На сей разъ войска превзошли ожиданія своего Государя. Кн. Михаилу Голицыну и Карпову безспорно принадлежитъ первая честь взятія Нотебурга (Говорятъ, что на приказанія Петра I отступить М. Голицынъ отвечалъ посланному: "Передай Царю, что я уже не Царевъ, а Божій". Петръ въ своей исторіи не говоритъ обе этомъ; но изучая сущность явленій, нельзя нё признать, что если это и анекдотъ, то крайне характерный.) и почетное место на страницахъ исторіи, какъ первымъ, доказавшимъ, на что способенъ русскій солдатъ, видя личный примеръ своихъ начальниковъ. После подобнаго перваго примера штурма, вполне естественно, что онъ делается излюбленнымъ способомъ действія русскихъ противъ крепостей, какъ свойственный ихъ натуръ. Этотъ примеръ только доказываетъ, что семена были брошены Петромъ на хорошо знакомую ему почву.

Недавно сформированныс Драгуны и артиллерія въ кампанію 1702 г. на столько разстроились, что о развитіи победы 11 октября нельзя было и думать. Артиллерія едва успела исправить свою матеріальную часть къ марту 1703 г. (⁹⁴),когда къ арміи прибыли и 7 тыс. укомплектованія въ видъ несколькихъ пехотныхъ полковъ (⁹⁵). Речная флотилія успела получить значительное развитіе. Каждый важный пунктъ театра войны имелъ свой гребной флотъ, получившій двоякое назначеніе: 1) для содействія небольшими отрядами пехоты, посаженными на гребныя суда, операціямъ главныхъ силъ, и 2) для перевозки войсковыхъ тяжестей.

Въ конце апреля Петръ I, выдвинувъ отрядъ Вердинга для занятія линіи Луги и обезпеченія себя темъ съ запада, подошелъ съ 20 тыс. войскъ къ устью Невы и 1 мая, после небольшаго дела (преимущественно артиллерійскаго), взялъ Ніеншанцъ, чемъ достигалась цель огромной важности: была отвоевана Ижорія и открывался свободный доступъ къ Балтійскому морю ["врата въ Европу; (сделались) отверсты"]; наконецъ, шведскія войска бывшія въ Кареліи, отрезывалисъ отъ оперировавшихъ въ Эстляндіи.

Ясно сознавая важность достигнутыхъ результатовъ, Петръ I принялъ решеніе сперва прочно обезпечить свое положеніе на Неве и выиграть время, необходимое для созданія Балтійскаго флота, безъ котораго. оборона устьевъ Невы была невозможна.

Дело на судахъ речной флотиліи, разыгравшееся 7 мая, окончательно убедило Петра въ правильности этого решенія. 2 мая наши разведчики на лодкахъ донесли о появленіи на взморье шведской флотиліи. До 5 мая шведскій флотъ бездействовалъ, и только этого числа два судна, "Геданъ" и "Астрилъ", отделившись отъ эскадры, подошли къ устью. 30 судовъ речной флотиліи къ 6 числу собрались у д. Калинкиной (противъ нынешняго Екатерингофа), и такъ какъ изъ числа начальствующихъ лицъ не было опытныхъ для веденія боя абордажными партіями, то начальство надъ ними принялъ самъ Петръ I и Меньшиковъ, такъ идеально умевшій понимать общія предначертанія царя. Въ то время, какъ Меньшиковъ долженъ былъ атаковать непріятельскія суда съ фронта, Петръ съ 15 лодками принялъ на себя одновременную атаку съ тыла. Въ этомъ и заключалась сущность диспозиціи.

Въ ночь съ 6-го на 7-е мая "тихою греблею", прикрываясь лесами Васильевскаго острова, Петру удалось скрытно занять боевое место, и 7-го утромъ состоялась условленная атака съ тыла и фронта (см. планъ № 7-й). Действія отряда государя состояло въ томъ, что, впередъ были высланы 8 лодокъ съ абордажными партіями, а остальныя следовали за ними въ резерве, въ готовности поддержать или авангардъ, или Меньшикова. Подъ сильнымъ огнемъ непріятельскихъ судовъ, спешно снимавшихся съ якорей, передовыя абордажныя партіи Петра бросились на суда, "ворвались и едва всехъ не перекололи"; оба судна были захвачены безъ участія резерва. И къ этому совершенно новому делу оказались вполне годны питомцы Преображенскаго (⁹⁶).

14-го мая ген. Вердингъ взялъ Ямбургъ; 16-го заложена ІІетропавловская крепость, 28-го занято Копорье, но этимъ Петръ I и решился ограничиться до устройства флота, для временнаго обезпеченія устьевъ Невы царь нашелъ необходимымъ лишь отодвинуть непріятельскія войска на северъ къ Выборгу, а на западъ по возможности до морского берега.

Особенное вниманіе обращаетъ на себя драгунское дело Рене на р. Сестре 7 іюля. Сущность его состояла въ следующемъ. Для короткаго удара на Кронгіорта былъ сформированъ отрядъ въ составъ 3-хъ родовъ войскъ, общее начальство надъ которымъ принялъ самъ Петръ. Четыре драгунскихъ полка Рене были высланы къ р. Сестре, не доходя которой Драгуны, встретивъ шведовъ въ дефиле (на "зело" тесной местности, где "отнюдь фронтомъ стоять было не мочно"), спешились, прошли теснины на пространстве до 2-хъ верстъ, и, миновавъ местность, где было совершенно невозможно действовать въ конномъ строю, атаковали шведовъ конницею ("сели на лошади.... тотчасъ пошли конные.... и дали бой фрунтъ на фрунтъ") (⁹⁷). Пехота не успела еще и подойти, какъ Драгуны совершенно отбросили шведскія войска. Такой образецъ далъ самъ Петръ I для боя конницы драгунскаго типа.

3-й набегъ Шереметева совершенно обезпечилъ западный фронтъ.

Въ начале 1704 г. устье Невы уже прочно прикрывалось кр. Кронштадтомъ, выросшимъ съ такою же изумительною быстротою, какъ и флотъ. Только теперь, обезпечивъ линію Петербургъ-Шлиссельбургъ со стороны моря, Петръ I перешелъ къ заключительнымъ актамъ завоеванія Ингріи: 13 іюля онъ беретъ правильною осадою Дерптъ (Юрьевъ) и 9 августа 1704 г. штурмомъ – Нарву, тотъ важный пунктъ, требованіе обратной уступки котораго равнялось бы (по словамъ Петра) требованію его "головы" (⁹⁸). Въ этотъ періодъ, – съ 1703 – 1704 г., – армія довольствовалась уже изъ магазиновъ (⁹⁹).

Обобщая факты Ингерманландской операціи, мы заключаемъ:

1) Данныя для устройства регулярной арміи были подготовлены нашею исторіею еще реформами XVII стол., но практическое осуществленіе этого требовало геніальнаго ума, железной воли и изумительной личной деятельности Петра I.

2) Причины Северной войны лежатъ въ глубине исторіи. Петръ I съ замечательнымъ искусствомъ подготовляетъ политическую обстановку войны и съ перваго раза ставитъ вполне определенную цель – отвоевать у шведовъ старинную русскую область, Водьскую пятину (страна на обоихъ берегахъ Невы), чемъ достигалась и другая цель огромной важности – доступъ Россіи къ Балтійскому морю.

3) Къ этой цели онъ идетъ неуклонно и съ замечательною последовательностью, съ 1700 до 1704 г.

Операціонная линія Петра, до половины 1701 года, направлена отъ Новгорода-Пскова на Нарву, съ целью занятія линіи реки Наровы и прикрытія темъ фланга при дальнейшихъ завоеваніяхъ въ Ижорской земле и Кореліи. Таковое направленіе операціонной линіи доставляло выгоды: а) связь действій съ саксонцами (ради чего Петръ рискуетъ выделить 20.000 корпуса Репнина въ 1701 г.), и б) прикрытіе будущихъ операцій къ Неве со стороны сильной Ливоніи. Невыгода – осада первоклассной тогда крепости (Нарвы) была слишкомъ сложная задача для только что родившейся арміи, но постановка этой серьезной цели оправдывается разсчетомъ на совместныя действія съ саксонцами, неожиданностью объявленія войны Карлу XII и незнаніемъ особенностей этого полководца-партизана.

После отступленія саксонцевъ въ Польшу, Петръ меняетъ операціонную линію на Шлиссельбургъ (зимою же 1701 г.), ставитъ целью занять оборонительную линію Невы, а для прикрытія своей операціонной линіи решается набегами конницы разорить Ливонію.

Развитіе действій въ этомъ новомъ операціонномъ направленіи идетъ съ замечательною последователыюстью и осторожностью. Набеги Шереметева и Апраксина, ударъ драгунъ Петра I на войска Кронгіорта. обезпеченіе Архангельска, занятіе Ямбурга, Копорья, укрепленіе Кронштадта, размещеніе войскъ на западномъ фронте, выигрышъ времени для сооруженія флота, – все эти меры доказываютъ, съ какимъ уваженіемъ относился Петръ къ обезпеченію своей операціонной линіи въ каждомъ фазисъ ея развитія. Полные результаты правильной постановки частныхъ целей (т. е. сообразныхъ съ обстановкою) мы видимъ въ 1704 году, когда все попытки шведовъ не только захватить устье р. Невы, но хотя бы отвлечь Петра отъ Нарвы, не ведутъ ни къ чему: царь, предусмотревъ все главное, еще въ 1703 г., спокойно оканчиваетъ операцію темъ, чемъ начале, – взятіемъ крепости Нарвы и передового пункта для активной обороны линіи Наровы, – Дерпта. Наконецъ, медленность действій русскихъ войскъ обусловливалась прежде всего особенностями состава арміи, новостью перехода къ регулярнымъ порядкамъ и массою вытекавшихъ изъ того военно-административныхъ препятствій. 4) Вместе съ темъ Ингерманландская операція была боевою школою для русской арміи, особенно для конницы. Однако, исключительно для этого Петръ I не имелъ въ виду задерживать хода военныхъ действій. На это указываетъ: а) его желаніе штурмовать Орешекъ зимою 1701 г.; б) оставленіе въ 1702 году Репнина у Новгорода въ то время, когда И. Апраксинъ такъ нуждался въ войскахъ у Тосны; в) оставленіе главной массы пехоты въ бездействіи въ продолженіе всего 1703 года, и д) воспрещеніе Шереметеву брать съ собою въ третій набегъ более 500 чел. пехоты и то на подводахъ.

5) Въ этой школе зарождаются начала новой русской тактики, и въ этомъ случае, изъ приведенныхъ выше образцовъ, мы можемъ заметить следующее:

Пехота пріучается видеть решающее значеніе рукопашнаго боя (два удачныхъ штурма, атака пехоты 7-го мая). Значеніе наступательнаго боя устанавливается на прочныхъ началахъ. Конница получаетъ двоякое назначеніе: стратегическое, – для деятельности на театре военныхъ действій съ разною целью, отдельными конными отрядами не свыше 10 – 12тыс. коней съ конными орудіями, сообразно требованіямъ обстановки; другое – на поле сраженія въ связи съ прочими родами войскъ, въ томъ или другомъ числе, смотря по условіямъ предстоящаго дела, а не случайно, какъ то было въ допетровскихъ арміяхъ. Въ обоихъ случаяхъ русская конница зарождается одного драгунскаго типа, т. е. способная для действія по пехотному (и тутъ она спешивается почти вся), обращаяся къ этому способу при исключительныхъ обстоятельствахъ, по измененію которыхъ тотчасъ же переходитъ къ действію, какъ конница. Артиллерія, увеличивая свою подвижность, упорядочивая свою матеріальную часть и калибры, делается более чемъ прежде боевымъ родомъ войскъ, оказывающимъ содействіе прочимъ родамъ оружія даже при набегахъ драгунъ.

Осадное искусство совершенствуется (Дерптъ), но склонность къ штурму, получаетъ предпочтеніе передъ другими способами взятія крепости. Окопное дело не выделяется пока особенностями, и потому понятно, что элементъ наступательныхъ действій получаетъ преобладающее значеніе.

Наконецъ, суда речнаго судоходства, оказывавшія до Петра I содействіе арміи лишь при транспортировке войска и тяжестей, теперь въ виде судовъ речной флотиліи служатъ пехоте средствомъ достигнуть даже "небывалого", т. е. взятія абордажными партіями пехоты непріятельскихъ судовъ, неосторожно подошедшихъ къ сухопутной арміи.

6) Перечисленныя выше военно-административныя меропріятія доказываютъ, что армія переустраивалась съ ногъ до головы постепенно, последовательно развивая и видоизменяя свои прежнія формы. Въ этомъ отношеніи; мы замечаемъ: а) къ системе устройства войскъ иноземнаго строя применяются правила, существовавшія для даточныхъ въ иномъ, измененномъ видъ; б) первое обученіе войскъ ведется лицомъ, обучавшимъ уже первыя регулярныя войска до 1699 г. по образцово-простому уставу сравнительно съ западно-европейскими хитростями въ построеніяхъ; в) дело устройства войскъ на новыхъ началахъ поручается лицамъ довереннымъ, которыя на месте вырабатываютъ себе управленіе. Во всехъ случаяхъ являются лица, более или менее знавшія армію и лично выбранныя государемъ; г) "товарищество" при главнокомандующемъ арміею отменяется; взаменъ его занимаетъ свое место единовластіе; д) штабъ арміи образуется изъ самыхъ необходимыхъ органовъ; е) канцелярская работа прежнихъ центральныхъ военныхъ управленій почти прекращаетъ свою обычную деятельность, вследствіе чего выделяется значеніе лица, которому доверено дело.

Таково громадное значевіе въ исторіи военнаго искусства главныхъ событій съ 1699 – 1704 г., послужившихъ фундаментомъ для дальнейшаго развитія помянутыхъ начале во всехъ отделахъ военнаго искусства въ Россіи.